Чтение онлайн

— Это был он, да? — воскликнул Талер. — Это был Кастер?

— Ублюдок, что ты со мной сделал? — просипел я.

— Твою же мать, — Шики начал ходить по маленькой комнате взад-вперед, хватаясь за голову. — Мне хана. Твою же мать. Он жив. Мне точно хана. Надо сообщить госпоже. Или сбежать? Слушай, малыш, ты это… Не обессудь. Надо было сразу сказать, что же ты молчал, а? Ты это, отдохни пока, а? Глядишь, очнешься и источник восстановится. Немного. Отдохни.

Он положил руку мне на голову, и знакомая тьма раскрыла свои объятья. Но в этот раз я ей был даже рад. Можно и путником побродить немного по калейдоскопу. Я уже отвык от постоянной боли во всем теле. И, честно говоря, очень этому рад.

Милах и Абгийлосч (вместо всех слов). Это как Акуна-Матата, только Абгийлосч.

Почему-то вспомнился тот урок в академии, когда нам показывали два похожих сновидения каких-то псов-зомби-мутантов. Наверное, это из-за слов Кастера.

На самом деле сновидения были кардинально разными, как сон и явь, инь и янь. Но при этом очень и очень похожими. Только один пес был порождением кошмара, олицетворяющего страх и боль, а другой — нюхачом, верным питомцем и отрадой для глаз хозяина.

Проблема в том, что второе сновидение было осквернено. Оно не превратилось в кошмар, это так не работает. Просто Архитектор перекроил его по своему желанию, как он видоизменяет все, до чего может дотянуться.

Вспомнить хоть милых танцующих рыбок, ставших кровожадными тварями, что разорвали то сновидение величественной черепахи.

И вот внешне этих псов почти не отличить, для этого надо смотреть глубже. Но я так пока не умею. Знаю, что эфирные каналы у оскверненных выглядят хаотично, несуразно и постоянно вибрируют, изламываются, словно бьются в конвульсиях.

Это мне Бион рассказывал, для которого разглядеть тварь Архитектора — вообще не проблема. А теперь оказывается, что можно еще и якорь как-то маскировать тенями, но как? И как разглядеть что там? Это может быть очень важно. Это может пригодиться.

В такие моменты я немного жалею, что не стал продолжать обучение в академии, как будто у меня был выбор. С другой стороны, на то были свои причины. И даже если отбросить саму ситуацию с цветом мантии и событиями последних месяцев, турнир наглядно все расставил по своим местам.

Может быть через десять лет все изменится и тот же Кай станет на голову сильнее меня за счет обучения, а может он, как и все, будет прикрываться сновидением в бою, не решаясь подставить тушку опасности.

Студенты даже второго курса откровенно слабы и не готовы к реальным трудностям. Как будет дальше — не знаю, но теория не поможет тебе в бою против Шики, головорезов, наркобаронов, Сумрака и Архитектора. А вот опыт поможет.

Я был уверен в этом в прошлой жизни, я снова убеждаюсь в этом сейчас. Все-таки мой путь лежит далеко от работы какого-нибудь городского мастера, главной проблемой которого является падеж скота или прорыв в канализации.

— Согласен? — спросил я Врума, но тот так и не ответил.

Хотя связь я ощущал уже гораздо лучше. Восстанавливается малыш.

— Нет, — раздался голос в голове. — Идея сраная, высраная воспаленным мозгом недалекого и примитивного создания, неспособного даже на простейшие умозаключения. Очевидно, существо неспособно к самостоятельному выживанию в этом ужасном и суровом мире. И живо лишь благодаря покровительству и благосклонности некоего могущественного, великолепного, грациозного, совершенного, восхитительного…

— Ой, не нуди ты, — пробурчал я. — Че такого? Зашли, поговорили, попили кофе с пироженками, анекдоты потравили. Делов-то? Даже убивать всех не надо, половину хватит. Остальные сами разбегутся.

— А можно мне нормального ловца? — прорычал Скай. — Не обязательно прям ловца, согласен на тумбочку. Можно пенек или камушек. Все равно мозгов больше.

Так, я постарался оглядеться по сторонам, чтобы понять, где нахожусь. Незнакомые дома, архитектура тоже странная. Широкие мощеные улицы, фонари светят странным, холодным светом, непохожим на магические светильники или масляные лампы.

Окна застеклены, а я вообще стекло видел только витражное в этом мире. Дома тоже необычные, с плоскими крышами, покрытыми листами металла, а не черепицей или кровлей. В основном из громоздкого кирпича. Я в Крауне? Конечно в Крауне, где же еще быть?

Какое это время? Лаэр все такой же самоуверенный и наглый. А еще он сказал «кофе»? Мне показалось? Это бред воспаленного сознания с поврежденным источником? Да, третье принудительное погружение подряд явно не идет ловцу на пользу, но вдруг не показалось? Тогда это самый лучший день в новом мире, и даже неприятности с Шики не смогут его омрачить.

— Есть идеи, где их искать? — спросил я.

— Предлагаю начать с кондитерских магазинов. Они выглядят очень подозрительно. Наверняка Шики отравили все пудинги в городе, мы обязаны это проверить.

— Да, вы с камушком бы точно спелись.

— Лаэр, ты идиот. Камни не умеют петь.

— Точно. И как я мог такое забыть.

— Опять эти твои непонятные словечки?

— Нет, просто несу всякий бред, как обычно, — усмехнулся я. — Ты же меня знаешь.

Дальше события начали размазываться, не задерживаясь в памяти. Это было похоже на флешбеки после хорошей вечеринки с морем алкоголя. Отдельные моменты помню, а что было между — не могу сказать.

Пудинги мы все-же нашли и уплели. Только почему-то ели мы их не в кондитерской, а на берегу реки, свесив ноги с высокого моста. Потом почему-то мост превратился в край высокой крыши, хотя пудинги остались.

Были какие-то разговоры, но я не мог уловить их суть. Все-таки сказывается мое состояние и частое погружение в калейдоскоп без соответствующей подготовки.

Все уперлось в белую фарфоровую маску в каком-то темном переулке. И таких масок было несколько, Шики окружили меня с двух сторон, а еще парочка была сверху, перекрывая путь на крышу.