Чтение онлайн

– Ладно. Без ликбеза все равно не обойтись. – Перун поймал ошеломленный взгляд собеседника. – А ты думал, коли я языческий бог, так и мхом порос? А фигу тебе. Мне еще и не такие слова известны... О чем бишь я? А, ликбез! Так вот... Около шестисот лет назад, в эти земли пришел Распятый бог. Волхвы не захотели уступать его служителям своей власти... И обратились за помощью к тем, кому было поручено защищать эти земли.

– Кем поручено? – Поинтересовался Илья, начиная приходить в себя. В конце концов, чего только во сне не увидишь.

– Сварогом, кем же еще. Творцом поручено, мной научены... – Пожал плечами Перун, и нахмурившись, погрозил парню пальцем. – Не перебивай, стажер. М-да. У волхвов и перунцов было много общего, слишком много, что бы не договориться. И они добились своего. Перунцы, большей частью входившие в княжеские дружины, оказались под властью волхвов. И это уже не понравилось князьям. И правильно, в принципе не понравилось. Получив под свою руку такую силу, волхвы стали опасны для них. В результате, битва таки произошла, только не между волхвами и служителями Распятого, а между новыми княжескими дружинами и перунцами. К тому времени, большая часть последних состояла из волхвов, объединивших свои знания с силой перунцов. Их жажда власти, огнем и мечом прошлась по землям славян, уничтожая все на своем пути. В этих сечах погибло много народу. Князья, помнившие какую силу представляют собой мои дети, заваливали перунцов телами, и в конце концов добились своего. Волхвы-перунцы были почти полностью уничтожены. Оставшиеся в живых, были рассеяны по миру. А слуги Распятого очень быстро заняли место волхвов. Еще бы! Князья, обжегшиеся на волхвах, не захотели возвращать православие... Да только яд и лесть, иногда действуют не хуже воина-перунца. Но это уже другая история.

– Так ты хочешь, что бы я язычество здесь восстановил, так что ли? – Помотал головой Илья.

– Молокосос. – Поморщился Перун. – Не делай поспешных выводов, человек. Наше время, время православных богов прошло. С этим не поспоришь. Да и ни к чему... А нужно... перунцы новые нужны. Но не волхвы. Земля без хранителей, мертва. Ясно?

– А почему церковь... – Начал Илья.

– Ты тупой? Распятый – бог, а церковь, это прежде всего люди! И если им изначально не дано их богом хранить, у них ничего не получится. А попытаются, так закончится все как у Иоанна Васильевича с его кромешниками. Распятый хранит души людские, до земли ему дела нет... Как там? Сие юдоль скорби... и чего-то там еще. Понял?

– Угум. – Хмыкнул Илья. Языческий бог пытающийся цитировать Писание, это уже даже не сюр. Это полный бред обдолбанного мерина.

– Ну-ну. Хихикай, смертный. – Спокойно отреагировал на ухмылку Ильи, собеседник. Вот только за этим тихим голосом, парню послышались пока еще далекие, но грозные раскаты грома, и он решил временно угомониться. – Так-то лучше.

– Так что мне, армию что ли набирать? – Спросил Илья.

– Не, во придурок, а? Чему его Ларитас учил? И кому я только что о жадных до власти волхвах талдычил? – Обратился к невнятно-белесым небесам Перун. Но те, в ответ, равнодушно промолчали.

– Лавр... Хранящие... – Какая-то мысль билась в голове Ильи. Наконец, что-то прояснилось. – А от кого хранить-то?

– О! Разродилась гора мышью! – Преувеличенно радостно хлопнул в ладоши среброусый. – От нечисти вьюнош, от нечисти! Правильные вопросы задавать начал. Знать не совсем дурень.

– И что за нечисть?

– А какая попадется. Мавка так мавка, тать значит тать. Ясно?

– Угу. Татары, значит татары. – Продолжил за собеседника Илья.

– Верно мыслишь, паря. – Хитро ухмыльнулся Перун, и расхохотался, увидев как у Ильи полезли глаза на лоб. Вволю насмеявшись, среброусый заметил. – Не волнуйся, с татарами Иоанн Иоаннович и без тебя если что, справится. Но для самообразования запомни: Саксы, готфы, гунны – не прошли в славянские земли, именно потому, что их не пустили хранящие. Так-то. А вообще-то, Илья, все что нужно тебе знать я сказал. Чему мог научить, научил. Пора бы и честь знать. Бывай!

– Постой, среброусый! – Окликнул начавшего растворяться в воздухе Перуна Илья, и задал может дурацкий, но единственный внятный вопрос крутившийся у него в голове. – А когда оно кончится... Я, ну... ты... сможешь меня вернуть обратно?

– Если захочешь, почему бы и нет? – Пожал плечами бог. И исчез. Только далекий гром донесся до Находника. – Вопрос в том, захочешь ли?

Илья проснулся от громкого ржания и криков во дворе. Кузнец выглянул на двор. Близился рассвет, и вокруг домика стелилось низкое одеяло тумана, а в центре небольшой полянки, запаленно храпела лошадь, запряженная в телегу.

– Эй! Есть кто живой? – Тонкий голос, явно детский, заставил Илью сорваться с места и во мгновения ока подлететь к телеге. Здесь, Илье открылось удручающее зрелище. На дне телеги, положив голову на колени худенькому вихрастому пацану, лежала женщина, и тихо стонала от боли. Одежда на ней намокла от крови. Глянув на паренька, Илья аккуратно поднял женщину на руки, и осторожно, но быстро перенес в дом. Мальчишка тут же метнулся следом.

Илья уложил женщину на стол, и без лишних слов разорвал на несчастной одежду. На боку у женщины отсутствовал солидный кусок плоти, а вокруг рваной раны запекалось кровавое пятно. Хорошо еще плотно прижатая к телу ткань, хоть как-то приостанавливала кровотечение. Но сейчас, оно открылось вновь... Илья выругался сквозь зубы, и глянул на паренька. А тот расширенными потемневшими глазами смотрел на рану, и не шевелился. Не долго думая, Илья отвесил пацану подзатыльник.

– Тащи котелок с водой, и выметайся из комнаты. Иди за лошадью присмотри, что ли. – Рявкнул он на паренька, и тот словно укушенный помчался исполнять приказ.

Илья пометался по избе, поминая добрым словом запасливого волхва, собрал необходимые травы, и почти моментально вскипятив воду, принялся за обработку раны. Через час, зашив и заговорив ее, Илья аккуратно перевязал так и не пришедшую в себя женщину, и устало мотнув головой вывалился во двор, где маялся от неизвестности мальчишка.

– Мать? – Спросил его Илья, когда тот убедился, что с женщиной все более или менее в порядке, и устроился на завалинке рядом с Находником.

– Тетка. – Тихо ответил паренек. – Нас волки гнали. Чего они посередь лета взъярились? Один вцепился, так тетка Марфа его топором зарубила. Тут ее другой и хватил. Остальные-то у зарубленного остались, а этого я насилу кистенем зашиб. Вот. До села еще верст пять, мы бы не доехали, вот тетка и велела сюда править, дескать здесь старик-ведун живет, авось поможет... А ты на старика-то и не похож вовсе. – Неожиданно заключил паренек.

– Умер он. – Коротко ответил Илья, и сменил тему. – Тебя как звать-то, храбрец?

– Ильей крестили. – Степенно, явно подражая кому-то из старших, ответил тот.

– Тезка значит. – Вздохнул Находник. – Ну что ж, Илья. Идем, что-нибудь поесть сообразим, а там ты домой съездишь, родных предупредишь...

– Нет у нас родни. И без тетки я не уеду. – Набычился паренек.

– Эй, не ершись. Я же только предложил. – Поднял руки Илья. – Нет, так нет. Оставайся. Через пару-тройку дней, Марфе полегчает, и вернетесь с ней вместе.