Шрифт:
Глава 1
Глядя на мир со всех точек зрения, не переверни глобус.
Из редакционной статьи «Очерки нового времени».
«Новый журнал», Санкт-Петербург, 2098 год
«Закон о гражданском долге», принятый в 2051 году, разделил тогдашнее российское общество на тех, кто признавал свой долг перед страной и обществом, и тех, кто считал, что он им ничего не должен. При всей полярности оценок нужно сказать, что в тексте закона не содержалось ничего такого, что выходило бы за рамки общественного договора. Но вот то, что за неоказание помощи в критической ситуации теперь можно было получить реальный срок, а за публикацию заведомо ложных сведений о государстве и государственных деятелях запросто лишиться гражданства, раздражало очень многих. Показательные суды и последовавшие депортации подняли градус антироссийской истерии до немыслимых высот, но к этому времени во всем российском обществе сформировалась устойчивая реакция отторжения ко всему, что доносится из-за границ страны. Тем более что соответствующие организации опять снизили плату, и теперь для получения приличной зарплаты бывшим русским приходилось писать по триста комментариев в день.
Но большинство граждан России восприняли новый закон с одобрением. Курсы самообороны, первой медицинской и психологической помощи, добровольных спасателей стали повсеместно распространены, и все чаще на персональных коммуникаторах граждан рядом с личными данными высвечивался символ добровольной медицинской, спасательной, военной или внутренней службы.
Это в конечном итоге и предопределило провал попытки переворота, предпринятой после смерти Владимира Сытина, когда воцарилось прямое парламентское правление.
Длилось оно недолго, но за пять лет так называемые народные избранники, а по сути популисты и болтуны, смогли ослабить основы государственного управления так, что в некоторых местах России организовались настоящие бандитские анклавы.
Созданные под прикрытием «Закона о свободном обращении валют и об экстерриториальных зонах», эти образования быстро стали рассадником бандитизма, терроризма и беззакония вообще.
За последние пять лет конституционный порядок восстановлен на территориях бывших Амурского, Брестского и Калининградского анклавов, а ликвидация Красноярского и Казанского лишь вопрос времени.
Совершенно секретно.
Только для адресата. Копий нет.
Архивный индекс 22748 V000392
Проект «Муар».
Сообщение № 11.
Объект № 5 доставлен в точку, определенную распоряжением «Муар № 9». Персонал для работы с объектом сформирован и в настоящее время разворачивает лабораторно-исследовательский комплекс. Аналитическая группа, работавшая с самого начала, согласно распоряжению, была уменьшена до пяти сотрудников. К трем выбывшим применена процедура, согласно директиве 81 KER.
Нью-Йоркская сплетница, выпуск № 2085
Пассажиры монорельса, следующего сразу после полудня между станциями Эдисон-Метучен, могли наблюдать как «Ровер-400», несущийся с огромной скоростью, врезался в ограждение газового коллектора и через несколько секунд был буквально разорван в клочья мощным взрывом. Судя по полицейскому протоколу, погибшие — трое сотрудников частной исследовательской фирмы — только что хорошенько отметили завершение очередного контракта и, сильно перебрав, решили проехаться «с ветерком».
К счастью, никто, кроме пассажиров «Ровера», не пострадал, и это можно считать большой удачей, так как наземное движение на этом участке магистрали довольно плотное.
21-е управление ОРУ.
Ведомость на списание специальных материалов и средств.
Форма № 49
1. Келеар — 500 граммов в стандартной упаковке, производство «Дженерал Кемикл». Код хранения: 223–647235.
2. Взрыватель универсальный «Kora-D» мод. 22–3 штуки, производство «Рейтеон». Код хранения: 223–647546.
Конец списка.
Подпись и расшифровка
Россия, Казань, Верхний город.
Университетский городок
Тщательно охраняемый вход в университетский комплекс Алиса преодолела легко и непринужденно, словно на прогулке. Команда поддержки зря свой хлеб не ела. «Гнутые» чипы сработали как надо, и вот она идет спокойным, уверенным шагом по заполненной народом площади перед главным корпусом. Повсюду куда хватало глаз радостно суетились ярко одетые студенты, чинно шли по своим делам преподаватели и сотрудники научных центров. Взрывы хохота, щебет девичьих стаек в разноцветных платьях, и книги, книги, книги…
Придав своему лицу выражение легкой озабоченности, девушка, одетая в легкое светлое платье, нырнула в прохладу холла и свернула к служебным помещениям. Специальным образом построенный облик заставлял любой взгляд соскальзыватьс ее фигуры, модификаторы внешности превратили красивое лицо в нечто плохо запоминающееся, а роскошную рыжую гриву — в короткую стрижку светло-русых волос.
Слегка вальяжной походкой Алиса спустилась в хозяйственный блок. Но стоило ей свернуть за поворот, где начинался технический коридор, ее движения резко изменились. Теперь она шла четко, целеустремленно и совершенно не глядя по сторонам, словно десять раз на дню проделывала этот путь.
Дверь на кухню даже не закрывалась. Охранник лениво мазнул взглядом по синей карточке на высокой груди Алисы, чуть слышно вздохнул и вновь повернулся к экрану, на котором мелькала спортивная программа.
Еще один поворот, и маленький тупичок, в котором находился туалет, на несколько важных минут приютил ее. Крошечный рюкзачок, в котором студенты носили планшет и немногочисленные личные вещи, оказался заполнен массой интересных предметов, вовсе не имеющих отношения к учебе.
Комбинезон из тонкого полихроматика и смывший имитацию загара специальный крем сделали ее неотличимой от орды бледнокожих техников, обслуживающих огромный комплекс Университета, который занимал два квартала.
Ровной, уверенной походкой она спустилась по металлической лестнице и прошла через пищеблок, отметив по дороге звероватого вида повара и набор устрашающего вида ножей на доске перед ним.
Еще одна лестница — и тупик, тускло освещенный крошечным закопченным плафоном, и так необходимое ей окно, выходившее на узкий бортик, который проходил рядом с силовыми конструкциями перехода из главного в исследовательский корпус.
Алиса достала из кармашка на поясе горошинку транслятора, прикрепила шарик к стеклу и придавила, запуская сложное устройство.
— Заработало, — донесся из имплантированного переговорника голос Ким, оператора группы взлома. — У тебя тридцать секунд.
Алиса перевела дух. Пока все гладко. А там посмотрим.
— Сигнализация отключена.
— Спасибо, Ким.
Она выдернула из кармашка на боку универсальный ключ и вставила его в гнездо. Щелчок, и с небольшим скрипом окно начало приоткрываться.
— Сработал внешний контур защиты! — прошелестел переговорник. — Кобра, убирайся оттуда!
— А то я сама не знаю, — прошипела Алиса, выдергивая ключ-отмычку и быстро оглядываясь.
«Черт бы побрал этих параноиков! Мало им сигнализации на внутреннем контуре. Они еще понатыкали датчиков на внешнем».
План эвакуации на данном этапе предполагал уход через мусоросборник. Но это означало не только пару часов в баке с отбросами, но и то, что о премиальных можно забыть. А минимальный платеж за участие в операции никак не устраивал Алису. Жизнь в Нижнем городе легка и приятна лишь тогда, когда у тебя есть деньги. Как, впрочем, и везде. А гонорар за эту операцию был таким, что можно было лет десять жить на широкую ногу и не беспокоиться ни о чем. Десять миллионов юаней в Первом атлантическом банке, расположенном на огромном плавучем острове, отлично мотивировали на достижение результата.