Чтение онлайн

Курс для офицеров под прикрытием проходил в учебном центре в Хендоне, оказалось, что он был рассчитан на две недели, а не на два дня и был чертовски тяжелым — курс обучения включал в себя допросы, ролевые игры, воплощение в определенную роль в режиме реального времени, психометрические и психологические тесты, оценка личности и заключительное собеседование с хладнокровными офицерами этого курса.

Нас поступило двенадцать на этот курс. Я думала, что моя Полицейская Академия своего рода средство высасывания из призывников индивидуальности и промывания мозгов, подразумевая беспрекословное подчинение иерархии власти во все времена, но этот курс для офицеров под прикрытием разрушал и жестко перемалывал рекрутов, накачивая своего рода «стероидами».

В течение двух недель мы подвергались жутким стрессам, усталости и дезориентации, при этом имея невероятно интенсивный график и недостаток сна. Однажды я легла спать в 5.30 утра и должна была уже вернуться в аудиторию в 8.00, наши преподаватели часто злоупотребляли своими обязанностями, унижая нас и совершенно не стеснялись этого. Один даже назвал меня сучкой. Троих просто выгнали, и мы больше никогда их не видели. Двое разрыдались и ушли сами.

Как-то нас фактически вынудили пить до раннего утра с персоналом, участвующих в ролевых играх на протяжении всей ночи, чтобы посмотреть сможем ли мы сохранить созданные нами образы, когда будем пьяны. Даже выходные не приносили нам передышки — поступали новые задания, при которые требовалось облазить весь Лондон, и заканчивали мы только в полночь.

Мой первый допрос превратился в полный бардак. Я должна была взять на себя роль сбежавшей стриптизерши, которая баловалась наркотиками и искала работу в стриптиз клубе. Напряженно, я взяла стул и взгромоздилась на кончик сиденья. Они начали заваливать меня своими вопросами.

Сначала они притупляли нашу бдительность, создавая в нас самих чувство ложной уверенности, что все О’кэй, задавая самые простые вопросы. В моем случае это были наркотики, которые я принимала.

Все шло гладко, и я расслабилась.

Затем они спросили у меня о ценах на эти препараты.

Я ответила.

Затем они спросили о последнем хостеле, который я посещала.

Я была подготовлена, и рассказала.

— На какой улице?

Я сглотнула. Я знала на какой улице, потому что выучила, но моя голова была совершенно пуста.

— Тот, что стоит рядом с супермаркетом «Аldi»? — спросил один из них, сверкая глазами и чувствуя мою слабость.

Я все еще барахталась, потому что не имела ни малейшего представления, есть ли там этот супермаркет.

— Я не уверена, в последнее время я не часто хожу туда, — уклонилась я от прямого ответа. Черные мысли стали кружиться у меня в голове. После всего что я здесь пережила, я не собиралась так просто сдаться. Но я чувствовала себя очень плохо, слезы щипали уголки моих глаз, но я поняла, что если только позволю себе заплакать, то получу от них очередную порцию издевок, и они меня уж точно не пощадят. Я видела, как они не один раз выплескивали это дерьмо на других. Я прикусила губу и с тяжестью на сердце посмотрела им в глаза.

— Так ты была в этом хостеле год назад?

Блин.

— Я... Я не помню, — пробормотала я.

— Это чушь собачья, — взревел один.

— Полная херь, — согласился другой дознаватель, фиксируя на мне взгляд.

Я распадалась внутри, но удерживала невозмутимое выражение на лице.

— Послушайте, я не хотела говорить этого раньше, но, когда была в том хостеле последний раз, то была совершенно не в адеквате. Я принимала столько наркоты, что даже не могу вспомнить, была ли я там уже или не была, — сказала я, немного прикрыв глаза, и тоном человека, как будто он пришел на исповедь.

После этого я отбила еще больше вопросов. К тому времени, когда я присоединилась к своим товарищам, меня трясло от нервного возбуждения, но они не сломили меня.

По окончании курса я была морально настолько истощена, что потеряла свой вес почти в половину. Нас всего осталось пятеро. Нам не дали никаких наград или медалей, не было никакой торжественной церемонии, на которой сказали бы какие-то напутственные слова, ничего. Мы просто собрались в ресторане на ланч, вот и все.

Двое из нас отправились в иностранный легион, еще двое стали работать, как бы офицерами под прикрытием, но «неполный рабочий день», это означало, что они будут работать ими заочно, поскольку будут выполнять свою обычную дневную работу в любом отделе полиции, в который они распределены. И я, единственная, была принята как часть полноценной команды UCO.

Я прошла!

 Детектив-сержант Миллс, ерзал в своем большом черном кресле и созерцал мрачное серое небо за окном, пока я с удивлением пялилась на точеное, варварски красивое лицо Джека Идена, имеющего прозвище «Кристальный Джейк», крупного авторитета и наркоторговца. Я с трудом верила в происходящее. Задание — внедриться в один из его семейных клубов «Эдем» и выяснить все подоплеку их скрытой и огромной наркоимперии.

С того момента, когда я только пришла в полицию, единственное, о чем я могла мечтать, получить именно такую возможность. Я собиралась отправиться к «большому парню», чувствуете разницу. Воображая, что такое задание по счастливой случайности, вот так вдруг свалилось в мои руки, я была в восторге и мне хотелось выбросить кулак в воздух и крикнуть.

Я аккуратно положила фотографию обратно в тонкий файл, здесь же были фотографии его братьев: Шейна и Доминика Идена. Оба чрезвычайно хороши собой, но в них не было того опасного качества, как у их брата, что-то от пантеры.

— Мы давно хотели внедрить агента в его организацию, но необходимо, чтобы это был правильный человек.

Я посмотрела на детектива-сержанта Миллс, его лицо ничего не выражало.

— Что заставляет вас думать, что я именно тот человек?

— Этот мужчина, стоящий у руля дьявольской банды настолько мистический и таинственный, что почти мифический. Он никому не доверяет. Внедрение мужчины офицера при таких обстоятельствах, вероятно, не даст результатов, даже может стать опасным для него. Цыгане применяют свои собственные средства борьбы со стукачами.