Шрифт:
Вместо предисловия
Его учительница открыла дверь и войдя, едва скользнув по нему взглядом, внимательно оглядела пустой класс. После этого она снова посмотрела на мальчика сверху вниз мелкими и колкими, как тонкий, утренний лёд на лужах глазами, и строго спросила:
– С кем ты только что разговаривал? Почему опять кричал? И зачем стучал ногами в дверь, когда тебе было велено спокойно дожидаться в этом кабинете своих родителей?
– Мисс Нейман, – очень тихо, глядя на неё расширившимися от ужаса глазами, произнёс мальчик, – этот мужчина снова был здесь, – вздрогнув, он затравленно оглянулся, выглянул в коридор, и затем добавил:
– Только что…
– Гм, вот как?! – снимая очки и потирая переносицу, задумчиво произнесла Джулия Нейман, неопределённого возраста женщина с постным, бледным лицом и гладко зачёсанными назад, несвежего вида волосами. Коричневый, висевший на ней мешком костюм – тройка, казался снятым с чужого плеча. Она внимательно посмотрела на своего ученика, рыжеволосого, веснушчатого мальчишку лет восьми или девяти, и холодно поинтересовалась:
– То есть ты продолжаешь утверждать, Патрик Мак Кензи, что в твоём отвратительном поведении снова повинен некий господин в чёрном пальто и золотых очках, которого никто кроме тебя ни разу не видел?
Патрик прекрасно расслышал в её голосе угрожающие нотки, которые, насколько он знал из своего, почти трёхлетнего пребывания в начальной школе ничего хорошего ему лично не обещали, но страх перед тем таинственным и страшным, о чём пытался сказать ему тот странный человек, был гораздо больше даже всесильной и ужасной мисс Нейман. Поэтому он опустил голову, шмыгнул носом и дважды кивнул.
– Ну, знаешь, – слегка наклонившись к ребёнку, почти не разжимая губ, произнесла учительница начальной школы небольшого, провинциального городка на юго-западе страны, – это слишком даже для тебя, Мак Кензи… Да будет тебе известно, что из этого кабинета никто не выходил, так как я с мистером Брауном, всё это время находилась в коридоре… До каких пор, в конце концов, ты будешь испытывать моё терпение? – она выдержала паузу, затем медленно выпрямилась и отчеканила:
– Так вот, я отстраняю тебя от занятий на два учебных дня, с обязательным посещением психолога.
– Я говорю правду, мисс Нейман, – всхлипнул малыш, – прошу вас, поверьте мне… Мама! – кинулся он к заглянувшей в класс высокой женщине с ярким румянцем и пышными каштановыми волосами, поднятыми кверху и частично опадающими наподобие волнистого, с проблёскивающими золочёными прядями, веера. Женщина находилась на большом сроке беременности.
… – Как же может быть так, что этого человека никто не видел? – не поворачивая головы, и глядя прямо на дорогу, – спросила Натали Мак Кензи сына, когда они ехали домой. – Надеюсь, ты не станешь сейчас утверждать, что он взял и просто растворился в воздухе?
– Нет, – хмуро ответил Патрик, наклонив голову, – он сказал: «До скорой встречи, малыш», и спокойно вышел через дверь.
– Почему же его никто не видел, ведь в это время в коридоре было много людей? – спросила Натали так, как задают вопрос люди, ответ на который им отлично и притом давно известен.
– Я не знаю! – отчаянно закричал Патрик, затем насупился, скрестил руки на груди и резко отвернулся.
… Ник Мак Кензи уже выходил из комнаты сына, когда тот вдруг тихо и грустно спросил его:
– Папа, я сумасшедший? Ник быстро развернулся и снова подошёл к мальчику:
– Нет, что ты, – мужчина присел на край кровати, – что за мысли у тебя такие? Мы же только что обсудили это… И доктор Брайли считает, что волноваться не о чем…– он взъерошил Патрику волосы, с улыбкой наблюдая, как рыжеватые, тугие вихры сына, немедленно и упрямо принимают прежнее положение.
– Просто за последнее время произошло столько всего, – продолжил он, поправляя одеяло и наклоняясь к мальчику, – признаюсь тебе по секрету, – шепнул он ему на ухо, – не каждый взрослый бы выдержал. Ник выпрямился и уже обычным тоном произнёс:
– Ну, сам посуди, происшествие с твоим дедушкой, когда у него случился приступ, а ты оказался с ним один… Да такое кого угодно могло напугать… И потом, одна школа чего стоит, – продолжал он, – многочисленные недоразумения с мисс Нейман, сорванный урок музыки из-за пронесённого в рюкзаке кота, история в бассейне, – отец нахмурил брови, стараясь замаскировать прячущуюся в усах улыбку.
– Гуашь в бассейн вылил Стиви, я уже говорил, – вяло отозвался Патрик.
– Охотно верю, – кивнул головой Ник, – однако только ты решил прыгнуть в ярко-зелёную воду, громко призывая к этому же своих одноклассников…
– Ну да, – вздохнул мальчик, – знаешь, я хотел сказать, что теперь всегда-всегда буду слушаться…
– Рад это слышать, сынок, – ответил Ник, глядя на ребёнка, – мне тоже кажется, что пора уже заканчивать с детскими шалостями, неужели тебе самому не надоели постоянные замечания?
– Я не о том, пап, – Патрик на секунду замялся, но вскоре продолжил:
– Ты знал, что непослушных детей забирают?
Ник опять нахмурился, но на этот раз совершенно естественно:
– Куда забирают? – он помотал головой, – Подожди, кто тебе вообще такое сказал? Какое-то время мальчик молча смотрел в потолок, затем негромко произнёс:
– Я не знаю куда… Он не успел рассказать… Из-за мисс Нейман… Ник встал и прошёлся по комнате, лихорадочно что-то обдумывая и при этом тревожно взглядывая на сына. Затем снова сел и горячо заговорил:
– Послушай, Патрик… Я всё понимаю… У тебя скоро появится сестричка и, возможно, это обстоятельство каким-то образом…
– Да нет же, папа… Дело совсем не в этом… А в том, что мне никто не верит… Даже ты…
– Я верю в то, что можно увидеть собственными глазами… Доказать, подтвердить фактами… Ты хоть представляешь, чего мне стоило убедить шерифа устроить проверку всех помещений школы и прилегающей территории? И как, по-твоему, я теперь выгляжу в глазах этих людей? Он взял мальчика за плечи и несильно встряхнул:
– Нет никакого человека в чёрном пальто, Патрик, понимаешь? Это продукт твоего воображения, только и всего… Он вздохнул и погладил сына по щеке:
– Я обещаю, с тобой не случится ничего плохого… А сейчас, спи… Может и неплохо, что ты останешься дома до конца недели… Отдохнёшь, соберёшься с силами… Мужчина поцеловал сына, поднялся и направился к двери:
– Мама очень злится на меня, папа, да? – спросил Патрик.
– Не думаю, что это продлится долго… Мама любит тебя, как и я…Спокойной ночи, сын…