И опять я на коне

Весной 1950 года Орел Дж. Скин, начальник исправительной тюрьмы в штате Западная Вирджиния, высококомпетентный в своем деле джентльмен, уроженец Юга страны, для которого кодекс чести является в жизни путеводной звездой, оказался в очень затруднительном положении. В соответствии с законом он должен был казнить заключенного Роберта Балларда Бейли, который, как ему подсказывали опыт и интуиция, был не виновен. Все возможные средства защиты уже были безуспешно использованы заключенным. Ни на что не надеясь, без цента в кармане, беспомощный человек проводил отведенное ему жизнью время в узкой камере – в ожидании свидания с электрическим стулом.

И тогда начальник тюрьмы вспомнил о недавней статье в журнале «Аргози» под названием «Последнее прибежище».

Он набрал номер телефона Тома Смита и объяснил ему свое затруднительное положение.

Комитет по расследованию, созданный при журнале, возглавил его президент, Гарри Стигер. Туда вошли доктор Ле Мойн Снайдер, имевший одновременно научную степень медицины и юриспруденции, специалист судебной медицины и исследователь; Алекс Грегори, один из самых квалифицированных во всей стране специалистов по расшифровке детектора лжи; Том Смит, несколько лет возглавлявший исправительную тюрьму штата Вашингтон в Волла-Болла; Боб Рэй, тюремный психиатр; Раймонд Шиндлер, частный детектив международного класса, и Эрл Стенли Гарднер, адвокат и писатель. Они собрались вместе, чтобы заново проштудировать документы, касающиеся дела Бейли.

Времени в распоряжении комитета оставалось мало, на счету был буквально каждый час, поэтому Смит, Грегори и Гарднер срочно отправились в тюрьму штата в Маундсвилле, чтобы взять интервью у приговоренного к смерти.

После этого трое направились в столицу штата Чарлстон, чтобы снова тщательно изучить и проверить все факты этого дела, побеседовать с ведущим процесс судьей и поговорить с кем-то из имеющихся свидетелей.

Гарри Стигер, президент журнальной корпорации «Аргози», известный журналист, бросил все дела, связанные с изданием трех десятков различного рода журналов, сел на самолет и догнал группу в Маундсвилле. Путь его лежал в Чарлстон, где нужно было принять участие в новом расследовании.

Началась лихорадочная работа. Следователи на местах постоянно перезванивались по телефону с членами комитета, находящимися в других городах, вносили корректировку в имеющуюся информацию, отчаянно стараясь воспроизвести наиболее полную картину происшедшего, – ведь уже в самом начале расследование содержало безнадежные противоречия.

Когда свидетель показывал, что он видел совершенно трезвого Бейли, совершившего убийство, в одном из районов Чарлстона, муниципальная полиция уверенно утверждала, что она опознала Бейли в это же самое время, совершенно пьяного, за несколько миль от указанного свидетелем района.

Полиция попыталась арестовать Бейли за вождение машины в нетрезвом состоянии, но, несмотря на бешеные гонки и стрельбу, Бейли после долгой погони все-таки удалось скрыться.

Позже машину нашли, без труда ее опознали: вся она была пробита пулями, что само по себе являлось молчаливым доказательством случившегося.

И все же свидетель настаивал: именно в этот момент он видел Бейли на месте совершенного преступления.

Несмотря на форсирование расследования, только к полудню в субботу представители «Аргози» смогли со всей ответственностью заявить, что, по их мнению, факты дела требуют нового, более тщательного и детального расследования, а потому необходима отсрочка для приведения в исполнение смертного приговора над Бейли.

Субботним утром, в одиннадцать часов сорок пять минут, чувствуя себя не совсем уверенно, представители комитета «Аргози» позвонили в офис губернатора Западной Вирджинии Л. Петтерсону. К телефону подошла секретарша, мисс Розалинд Функ, которой они и изложили свою позицию. Мисс Функ попросила подождать минут десять, чтобы проинформировать губернатора, и попросила членов комитета перезвонить.

Последовавший ответ был типичным для людей его ранга. Стояло лето, было очень жарко, и губернатор собирался провести свой уик-энд с семьей в горах, где царила приятная прохлада. К тому же следует заметить, что представитель власти уже изучил свидетельские показания и факты по делу Бейли и был абсолютно уверен, что осужденный виновен в преднамеренном убийстве. Однако ничего такого вслух не сказал, предпочтя ответить уклончиво:

– Если вы, ребята, безвозмездно тратите свое время и даже уик-энд посвящаете этому делу, то и я готов принести в жертву свои выходные дни. Нет вопросов!

Итак, члены комитета встретились с губернатором Петтерсоном и Розалинд С. Функ, которая тоже пренебрегла своим отпуском, – в 1 час 15 минут пополудни субботы.

Здание Сената штата было пустынным. Электричество отключили, кондиционеры не работали. По мере того как шло совещание, в комнате становилось все более душно и влажно, но губернатор Петтерсон, его секретарь и начальник тюрьмы Скин провели в этом помещении всю субботу, по крупинке изучая информацию, которую им доставили.

А когда начало смеркаться и на столицу опустился вечер, губернатор Петтерсон, оттолкнув в нетерпении кресло, встал:

– Итак, джентльмены, вы убедили меня, что в данном деле необходимы новое расследование и отсрочка по приведению в исполнение смертного приговора. Я намерен официально назначить представителя от департамента полиции штата Вирджиния, который бы взаимодействовал с комитетом. Надеюсь получить полный отчет при завершении вашего расследования и повторяю: склоняюсь к тому, что Роберт Бейли виновен. Однако здесь прозвучало достаточно информации, которая убедила меня, что точку в данном расследовании ставить еще рано…

И потребовалось еще несколько недель, прежде чем разбирательство было завершено. Вряд ли стоит приводить все обнаруженные факты, так как цель данного повествования – поведать читателю об одном официальном представителе нашего общества, который не пошел ни на какие компромиссы с совестью, отбросил политические амбиции, едва дело коснулось справедливости и правосудия.

Достаточно сказать, что в конце концов, после долгого и трудного процесса губернатор Петтерсон заменил смертную казнь на пожизненное заключение. Он призвал полицию штата повторно начать вести это расследование публично и непредвзято.

Не каждый губернатор штата способен пожертвовать своим отдыхом в конце недели, чтобы скрупулезно заниматься делом никому не известного бедняка, против которого было выдвинуто огромное количество улик.

Автор книги, признаться, был поражен неординарностью личности губернатора Петтерсона, его отношением к людям, неизменной любезностью и способностью становиться в случае необходимости выше собственных политических амбиций. И нам всем нечего опасаться за исход подобных дел, их справедливое решение до тех пор, пока ключевые посты в правительстве занимают такие люди, как он.