Чтение онлайн

Вопрос застал врасплох, но я моментально начал отвечать.

— Член НАТО, США развернули там систему противоракетной обороны, вооруженные силы немногочисленны, не имеют боевого опыта. Авиация слаба, патрулирование воздушного пространства в основном осуществляется самолетами НАТО. Военно-морские силы в основном представлены корветами и катерами береговой охраны…

— Достаточно, — перебил меня генерал-полковник. — Румыния не столь слаба, как нам кажется, хотя вояки из них никчемные. Так вот, главное, что эта страна — член НАТО, а у них есть пятый пункт, мы все знаем, о чем этот пункт.

Оратор сделал паузу, выпил немного воды и продолжил:

— Я курирую в Министерстве Обороны ВКС и летную подготовку, и именно с этим связано ваше задание.

Я нервно сглотнул — приближалась развязка, именно для этого и нужно было все это вступление.

— Месяц назад, наш самолет МиГ-35 ослепили в водах Черного моря, за двести километров от береговой линии. Истребитель смог вернуться на базу, сказалось мастерство летчика. Две недели назад СУ-35 не смог вернуться, вся электроника вышла из строя, моторы заглохли. Самолет мы потеряли, но спасли летчика.

Генерал встал и начал расхаживать по комнате, выдерживая паузу.

— Двумя днями позднее, — чиновник из Минобороны подошел вплотную к карте и указал на точку, — два наших «калибра» сбились с навигации и залетели в Молдавию. Хорошо, что обошлось без жертв, иначе Запад завопил бы о дикарях-русских. А если бы ракеты упали в Румынии? Это был бы повод для НАТО вмешаться, они и так напичкали Украину оружием, — генерал-полковник разошелся не на шутку, лазерная указка сломалась в его огромных ручищах. Чертыхнувшись, генерал взял протянутую ему ручку.

— Так вот, сопоставив все наши данные с материалами разведки, в Минобороны пришли к выводу, что украинцам поставили самое современное радиочастотное оружие. Все данные, аналитика говорят о том, что, вероятней всего, оно размещено в Килии, максимально близко к румынской границе. Радиопомехи и облучение не новинка, но возможность вводить новую навигацию во время полета — с таким мы сталкиваемся впервые. Есть все основания предполагать, что в настоящее время не закончен полный монтаж всего оборудования, и когда все это произойдет — дело будет совсем плохо.

Замолчав, генерал выжидательно посмотрел на меня, ожидая реакции. Сглотнув, обратился к собеседнику:

— Разрешите обратиться?

— Разрешаю!

— Если это оружие заработает на всю мощность, какова теоретическая площадь покрытия?

Генерал-полковник одобрительно хмыкнул:

— Прав был Палыч, когда выделил вас среди всех своих офицеров. Предположительно, пока нет точных данных, слепая зона для нашей авиации и крылатых ракет включит всю юго-западную и центральную Украину и половину акватории Черного моря. Мы не можем нанести удар по Килии, не зная точного местоположения. Кроме того, если не нарушить работу станции, нашему противнику ничего не стоит увести наши ракеты на территорию Румынии или Польши. Отсюда ваша задача состоит в следующем: первый этап — обнаружение. Второй этап — постановка маячка, по которому будут наведены ракеты. В случае постановки маячка, а у нас есть защищённые от любого воздействия, ничто не сможет увести ракеты с курса, — генерал-полковник хрустнул пальцами.

Оба генерала в комнате напряженно ждали ответа. Мне было абсолютно ясно, что задача трудновыполнимая. Возможно, мне удастся обнаружить сам объект. При невероятной везучести — я смогу поставить маячок. Но совершенно фантастическим казалось предположение, что, завершив оба этапа, я смогу благополучно покинуть территорию противника. Под ложечкой засосало — это был билет в один конец.

Мое молчание расценили неправильно: генерал-лейтенант Спицин тяжело вздохнул, словно я разочаровал его, а в глазах второго генерала промелькнуло что-то похожее на презрение.

— Разрешите обратиться?

Генерал-полковник вяло махнул рукой, дескать, знаем мы, что ты можешь сказать.

— К выполнению поставленной задачи готов, служу России, — четко и достаточно громко отрапортовал, заставив улыбнуться усатого.

— Тебя с большой вероятностью поймают, Найденов, — Спицин сделал попытку успокоить свою совесть.

— У нас есть пара полковников на обмен, главное — не геройствуй, — генерал-полковник подошел ко мне, протягивая огромную ладонь, — благодарю тебя от имени Министра Обороны, твой поступок будет высоко оценен.

— Служу России! — в который раз произнес заученную фразу.

— С деталями тебя познакомят уже сегодня, будет новый паспорт, «легенда», познакомят с работой маячка. Через час приедет машина, тебя отвезут на новое место. Никому не звонить, никакой утечки информации, даже лучшему и самому надежному другу. Если тебя поймают, можешь говорить все, кроме настоящего предназначения маячка и твоей задачи. Удачи, сынок, — генерал-полковник обнял и притянул меня к себе, удивив меня таким поступком.

— Разрешите выйти? — по-уставному обратился к генералам, поняв, что им надо обсудить детали наедине.

— Разрешаю!

Получив согласие, вышел в приемную, где молодой скучающий лейтенант раскладывал пасьянс на своем компьютере. Пришлось просидеть минут двадцать, прежде чем генерал-полковник покинул базу, а меня вызвал Спицин.

— Для всех ты отправляешься в Грозный, на базу Ханкала. Полчаса на сборы, и дуй сюда, вместе поедем на место.

— Есть, — козырнув, поспешил в казарму. Наши казармы существенно отличались от обычных — даже телевизоры имелись. Было место для отдыха с русским бильярдом и теннисным столом. Родных у меня не было, девушкой обзавестись не было времени, сборы заняли всего десять минут. Торопливо попрощавшись с коллегами по службе, раньше времени прибыл в приемную, встреченный любопытным взглядом адъютанта.

Следующую неделю провел на секретной базе в подмосковном лесу, где со мной по очереди беседовали психологи, картографы и электронщики. Сам маячок был идеально замаскирован под пачку сигарет «Собрание». Даже на ощупь материал был картонным. Электронная начинка представляла собой плату размером с сим-карту старого образца. Плата была на магнитной основе, крепилась к любому металлу. Пачка из-под сигарет тоже была непростой — это был защитный контур Фарадея, не дававший заглушить работу маячка. Моя задача была трудной и одновременно простой — при обнаружении объекта пристроить маячок не далее, чем в десяти метрах.