Чтение онлайн

– Что мы захвачены по приказу рангунов. Это значит, что мы у хавронов только в плену, но вовсе не в их воле. Нас, так я продумал, доставят к Ватуте. Верховному Злодею Рангунии еще не приходилось встречаться с людьми. Он захочет с тобой познакомиться.

– Не уверен, что я хочу такого знакомства, Ланна. Да еще таким способом – напали, превратили в полуинвалида…

К пленным подошли двое хавронов. Они взяли Аркадия на руки и понесли к фургону. От них пахло зверьем. Аркадию какую-то минуту было страшно, что их когти вопьются в тело. Но несли его осторожно.

Хавроны положили человека рядом с киборгом и отошли. Асмодей изобразил улыбку, но голова и лицо его были так измордованы, что получилась гримаса.

– Не находишь ли, Аркадий, что я сделал все, что мог? – хрипло спросил киборг – и голосовой механизм у него был тоже основательно поврежден.

– Ты сражался как лев, – сказал Аркадий.

Киборг относил львов к низшим конструкциям живого мира.

– Что может лев? Ну, куснуть, ну, разок царапнуть. А я разбрасывал обезьян как щепки. Будут долго помнить. Ты и Ланна не очень пострадали?

– Я немного пострадал, а Ланна переменился. Полюбуйся, как он вышагивает среди наших похитителей. Знатный гость, а не пленник.

С дилоном и вправду совершилась перемена. Еще недавно он еле передвигал ноги, испытывая панический страх перед хавронами, – увидев их воочию, он свалился почти без сознания. А сейчас двигался среди воинов, гордо вытянув собаковидную голову; правая рука величественно, в полный обхват, обвивала туловище, лишь левая безвольно висела ниже колен. И хавроны воспринимали такое его поведение как естественное – окружавший дилона десяток хавронов казался скорей почетным конвоем, чем суровой стражей.

Аркадий сделал знак, чтобы Ланна приблизился.

– Нужна помощь? Вам плохо, иновременники? – осведомился дилон – он понемногу привыкал к человеческому обычаю задавать вопросы. – Что смогу, все сделаю.

– Вижу, что ты многое можешь сделать. Но почему ты держишься так, будто вовсе не пленник? И почему наши похитители разрешают тебе так держаться? Ты ведь недавно боялся их!

Ланна пренебрежительно оскалил зубастый рот.

– Хавроны опасны при случайной встрече – рвут в клочья, а если оставляют в плену, то издеваются. И совсем иные, если выполняют приказ своих повелителей. Тупые исполнители! Зачем же унижаться? Пусть видят величие Высшего Разума. Буду держаться так, пока нас не передадут рангунам или пока все не погибнем в этих страшных местах.

Аркадий показал на левую руку дилона.

– Что с ней? Она висит как плеть. Не сосредотачивайся, плеть это… в общем, у людей – полезный предмет. Ты недавно с такой силой ухватил меня обеими руками, чтобы я не рвался к Асмодею.

– Сейчас бы я не мог этого сделать. Левая рука вдруг ослабела. Я боялся этого, иновременник, но думал, что не настанет столь скоро. Ваше появление на Дилоне помешало мне выздороветь.

– Наше появление? Вот уже не думал, что препятствуем твоему выздоровлению. Ты болен?

– У меня рассинхронизирован организм, – с грустью объяснил Ланна. – Главная наша болезнь – рассогласование жизненных времен органов тела.

– У людей рассогласования времен в теле не бывает, – вдруг вмешался в разговор Асмодей, показывая, что прекрасно разбирается в быте людей. – Люди синхронизированы от рождения до смерти.

Дилон посмотрел на киборга со снисходительностью, которая вполне смогла сойти и за жалость. У людей рассинхронизации в организме не наступает? Но не потому ли, что люди мало живут? За ничтожный период в сто земных лет и у дилонов не возникает рассогласования времен. Он, Сын Отцов Различников Уве Ланна, полагает, что и у людей, доживи они до тысячи лет, непременно появится рассогласование: ноги будут пребывать в одном времени, мозг – в другом. Впрочем, о людях он мыслить не будет, он сообщит о себе. У него убыстрилось время в мозгу, время туловища и ног отстает.

– Разве вы не заметили, иновременники, что я кажусь замедленным? Моя быстрая мысль значительно обгоняет движения тела. Мне достаточно маленького размышления, чтобы разобраться в любой проблеме, но совсем иного времени требуют действия.

Для излечения рассинхронизации, продолжал дилон, применяется простое средство – перевоплощение. Два дилона меняются частями своих организмов – и синхронизация восстанавливается. Конечно, подобрать двух дилонов, подходящих для взаимного перевоплощения, непросто. Но все дилоны находятся на строгом учете Стирателей Различий, а наши Старейшины никогда не ошибаются. Безвременно погибший Различник Рина Ронна подобрал для Ланны отличного перевоплотителя, молодого Мат Магона. У Мат Магона мозг в замедленном времени, зато туловище убыстрено. Снабдив Мат Магона замедленным телом и получив от него в дополнение к своей стремительно мыслящей голове столь же быстрое туловище, и сам Ланна, и его перевоплотитель были бы надолго синхронизированы. Хлопоты с пришельцами отодвинули дату перевоплощения, и вот результат – левая рука болезненно замедлилась.

– Но она еще работает, – сказал дилон, пытаясь вытянуть левую руку, – она удлинилась лишь вдвое.

– На человеческий взгляд, твоя левая рука не рассинхронизирована с туловищем и мыслью, а тривиально больна, – сказал Аркадий.

– Я подумаю над этим, иновременник. Ты сказал – тривиально? Тривиально – неизвестная проблема, которую надо…

Аркадий не дал Ланне впасть в размышление. Асмодей изнывает в путах. Если веления Ланны исполняются хавронами, то пусть он попросит их развязать киборга. Оружие у него отобрано, сопротивляться он больше не будет.

– Сделаю, – ответил Ланна и без спешки удалился.

Вскоре двое охранников развязали Асмодея. Киборг замахал руками и ногами, как бы восстанавливая кровообращение. Гимнастика не была у него запрограммирована, но он видел, что люди по утрам, еще в постели, занимаются ею, и считал своим долгом проделывать все, как люди, только лучше людей.

Потом киборг соскочил на почву и громко захохотал металлическим голосом – сейчас, правда, слегка охрипшим из-за небольших повреждений горлового механизма. Оба охранника и другие солдаты, собравшиеся у фургона, с большим почтением наблюдали за действиями Асмодея.

– Так, хорошо! – объявил киборг. – Ужасно люблю быть на свободе. Быть связанным по рукам и ногам – это не моя стихия. По-моему, Аркадий, эти рослые обезьянки – неплохие ребята. Сражаются неважно, но это им можно простить, как и их дурной запах. Уверен, что мы с ними сойдемся по-доброму.

Хавроны пахли не так уж скверно, скорей необычно для человеческого носа. У киборга, правда, обоняние было острее человеческого.

Аркадий сказал с улыбкой:

– Рад твоему доброму настроению, Асмодей! Ланна, нам остается решить одну важную проблему, тут тебе надо сосредоточиться. Как наладить общение с хавронами? Будешь нашим переводчиком?