Чтение онлайн

Обойдя озеро я стал искать источник звуков. Им оказалась маленькая девчушка, сидящая на ветке в такой же больничной пижаме как и я. Всё бы ничего, но пока я присматривался к девушке над ней возникла прозрачная табличка:

Плачущий дух.

Тип: призрак.

От оторопи я чуть оступился, и стал падать в воду, лишь извернувшись я смог упереться тростью и выровняться.

Тренировка: Ваша ловкость повышена на 1.

Второе сообщение окончательно выбило меня из колеи и я таки рухнул в прудик. Хорошо, что хоть глубина у него не большая, по крайней мере у берега сантиметров сорок, как раз, чтобы намокнуть и извазюкаться, но недостаточно чтобы утонуть.

Отплёвываясь от воды, я вылез на берег. Во всей ситуации хорошо лишь то, что неожиданная ванная остудила мою голову, и я чуть спокойнее стал относиться к призраку. Подумаешь, ещё одно проявление 'игры' или шизофрении. Чего спрашивается нервничать, были уже менюшки и кошмар. Пора бы проявиться и призраку, тем более, что я на них и специализируюсь.

– Дядя, Вам больно?
– раздался всхлипывающий голосок с ветвей.

Подняв голову я смог наконец-то рассмотреть лицо, прятавшееся за ниспадающими словно ширма волосами. Точнее, то что заменяло это лицо. С ветвей на меня смотрела ровная пластмассовая маска, с символическими отметками бровей, носа и губ. Провалы глаз были затянуты чёрной пеленой.

Пока я смотрел, 'девочка' всхлипывала но не спешила что-то делать.

– Извини, если напугал тебя. Нет, не больно, но очень обидно.
– решился я ответить призраку, выбрав за основу манеру общения, взрослого с ребёнком. Холодная ванна и апатичные мысли заглушали внутренний страх, словно пелена, огораживая и сберегая целостность моего рассудка. Придёт пора и за это спокойствие придётся заплатить сполна, но сейчас оно хранит мой разум и позволяет мыслить условно адекватно.

– Вы меня не напугали. Дядя, Вы меня видите и слышите? А то остальные на меня почему-то не смотрят.

– И вижу, и слышу. А почему ты здесь сидишь и плачешь? Разве тебе не пора уходить?

– Не пора!!
– Маска пошла волной, и волосы девочки взметнулись в разные стороны. Если это не гнев, то я ничего в этой жизни не понимаю.
– Вы как они!! Вы хотите меня забрать от мамы.

– Я не как они. Я не буду тебя забирать. Мама тебя не учила, что на взрослых кричать нельзя!
– нахмурив бровь, пошёл я в атаку на призрака. Столкновения даже со слабеньким призраком я сейчас не переживу, так что надо идти нахрапом.

– Ой.
– волосы опали и девочка застеснялась.
– Не говорите маме, она расстроится.

– Хорошо, не буду, но ты должна вести себя хорошо. А то, это было некрасиво.
– пожурил я её.
– Так, что ты здесь делаешь? И кто тебя хотел забрать?

– Я потерялась и не могу найти маму, а забрать меня хотели дяди с крыльями и рожками.

– Дядя с крыльями и рожками?

– Да нет! Не дядя! А дяди! Один с крыльями, он хотел, чтобы я ушла с ним, а второй с рожками и хвостиком, он хотел меня забрать с собой, даже за руку схватил, но дядя с крыльями его прогнал. И теперь я сижу здесь и больше ко мне никто не приходит. Почти никто, только чужая бабушка.
– Поток слов. Мало логики, но вроде выходит следующее: ангел приглашал её уйти в рай, но она отказалась, горюя о маме, а в ад ей просто не за что попадать, вот она и застряла призраком, но кто тогда 'чужая бабушка'?

– А бабушка тебя никуда не звала?

– Нет. Она сама здесь живёт. Вон там, с дядей сторожем. Она ходит и жалеет всех больных, и они становятся радостнее. Она и меня пожалела, теперь у меня лицо не болит.
– Девочка незатейливо махнула рукой в направлении небольшой пристройки, рассказывая про бабушку, и погладила лицо, когда хвасталась маской.

– А как тебя зовут девочка? Меня дядя Саша, а то всё девочка и девочка.

– Я забыла.
– Вновь начиная всхлипывать, выдала она.

– А маму хоть как зовут помнишь?

– Маму зовут МАМА. Ты что глупенький?

– Видимо глупенький.
– улыбаясь детской наивности, сказал я.
– Ты помнишь где твоя мама?

– Там - махнула девочка рукой в сторону больницы.

– Её мать в травматологии, реанимационная палата номер семнадцать.
– раздался старческий голос у меня из-за спины.

Резко обернувшись, я опять стал заваливаться и едва успел упереться на трость. За моей спиной оказалась пожилая женщина сильно за семьдесят. Аккуратная и чистенькая, она сохранила черты интеллигентного и немного властного человека. 'Призрак целительницы' возникло над ней.

– Здравствуйте.
– я слегка склонил голову, символизируя поклон, перед ней.
– Александр.

– Чужая Бабушка.
– улыбается мне в ответ призрак.
– Была целительницей, теперь вот жду.

– Чего ждёте?

– Пока жизненные силы совсем уйдут, иначе меня не заберут ни те, ни другие.
– женщина многозначительно посмотрела вверх и вниз.

– Но вы же уже мертвы?

– Да и это мешает мне избавиться от того запаса жизненных сил, что во мне скопился. Очень уж трудно призракам жизненные силы высвобождать, а с собой их уносить нельзя, вот и маюсь, по крупице нуждающимся раздавая. Дайте я Вашу ногу гляну.
– Склонившись к моей стопе, она провела рукой вдоль штанин и лёгкие зеленоватые искорки проскочили между ладонью и ногой.

С Вас снята травма, Разрыв голеностопа.

Скорость заживления рёбер увеличена на 15%

– Как странно. Молодой человек, а Вы уверены, что Вы живы?
– Смотря мне в глаза, спросил призрак.

– Сложный вопрос. Скорее да, чем нет, хотя уже почти неделю, как не уверен, но врачи говорят, что жив. А что случилось?

– Мне удалось отдать вам много сил, как если бы Вы были мертвы, но могли принять их. Разрешите я залечу Вам рёбра?
– С надеждой спросила она.
– тогда мне останется передать свой дар и я смогу освободиться.

В первый момент, я хотел согласиться, но потом остановился. Слишком много вопросов возникнет, и так со стопой не знаю, что буду говорить.

– Прошу прощения, но не стоит. Зажившие за день рёбра слишком странное событие, у меня будут проблемы с врачами.

– Тогда давайте, я наложу на вас постепенное восстановление, что бы не возникало вопросов?

– А дар свой мне Вы передать не хотите?

– Хочу, но Вы для этого не подходите, Вы слишком мертвы, хотя частицу всё же передать можно попробовать.
– Бабка сложила ладони и стала на них дуть. Секунда за секундой, в них стал накапливаться свет, словно жемчужина он подёргивался поволокой и вспыхивал с новой силой становясь с каждой секундой всё сильнее.