Чтение онлайн

Не теряя времени, Махони стремительно направилась к столу Ханта и объявила ему новость, однако Хант с крайним неудовольствием оторвался от бумаг.

— Мне уже доложили. — Он снова опустил голову, игнорируя подчиненную.

— Видите ли… — взволнованно произнесла Карен, ожидая незамедлительной реакции начальника, но тот даже не шелохнулся.

— Видите ли, сегодня воскресенье, и у меня есть более важные дела. Мы еще вернемся к этому вопросу.

Карен нахмурилась. Дела более важные, нежели убийство?

Интересно, какие?Карен так и подмывало задать этот вопрос, но она вовремя вспомнила о том, что ее совсем недавно назначили детективом. Она так долго шла к этому, так много работала, и ей совсем не хотелось расставаться с новой должностью.

— У этого человека криминальное прошлое. Я думаю, полезно будет проверить его. Могу я…?

— Можете что?

— Можно мы с Мэтт поедем и зададим ему несколько вопросов?

Хант нахмурился. Карен никак не могла понять, почему он морщит лоб.

— Сейчас? — спросил Хант так, словно отбивался от назойливой мухи. — Вы хотя бы отдаете себе отчет в том, что мы уже произвели арест?

Карен снова кивнула:

— Так точно.

— И помните, что на руках у того парня была кровь жертвы, а на орудии убийства отпечатки его пальцев?

Карен кивнула в очередной раз:

— Сэр, я считаю, что мы должны отработать все версии.

Хант поднял брови и сурово посмотрел на нее, явно недовольный тем, что кто-то из его команды подбрасывает ему лишнюю работу.

— Я не имела в виду… Просто это могло бы подкрепить основную версию… — запинаясь, проговорила Карен.

— Хорошо, идите, — небрежно бросил Хант. — Но только чтобы никого сюда не тащили на допрос, и никаких арестов.

По крайней мере, это было лучше, чем отказ.

— Только несколько вопросов, — заверила Карен сержанта.

Махони привыкла к тому, что шеф не воспринимает ее всерьез; она полагала, что это участь всех начинающих детективов. Но сейчас ее удивило пренебрежение, с каким он говорил с ней. Карен была уверена в том, что не делает ничего плохого и не заслуживает такого отношения.

— Мне совершенно не нужно, чтобы вы усложняли дело, когда у нас есть идеальный подозреваемый.

Усложняли дело?

Находясь в недоумении, Карен оставила сержанта Ханта и уже через минуту договорилась с детективом Мэттом Паркером встретиться внизу у лифта.

— Пока, Джимми, — бросила она Кассиматису. — Желаю тебе хорошо повеселиться в тату-салонах. — Джимми целый день опрашивал мастеров по татуажу, пытаясь выяснить что-нибудь об экзотической татуировке на пояснице девушки, которую нашли мертвой на помойке.

— Пока, — усмехнулся он. — Давай вяжи там всех.

Махони хотелось задать Уорвику О’Коннору всего два вопроса: откуда он знает Меган Уоллас и, главное, почему отпечатки его пальцев были обнаружены в ее квартире?

— Заткнись, женщина! — рявкнул Уорвик О’Коннор. — Дай мне подумать.

Уорвик пребывал в паническом замешательстве: ему светил либо самый большой в его жизни куш, либо тюремный срок… на этот раз гораздо более длительный.

Его жена, Мэдлин, металась по кухне в своем поношенном розовом халате, не переставая курить. Она была заядлой курильщицей, и с кухонного стола не убиралась пепельница в форме сердца с надписью ВЕГАС — сувенир, купленный во время их единственной поездки за океан, где они провели медовый месяц. В пепельнице высилась гора окурков.

Мэдлин все расхаживала из угла в угол, ее морщинистое лицо было мрачным, взгляд — диким. Она давно привыкла к оскорблениям мужа и даже не пыталась осадить его.

— Он пытается думать, как же! Хотела бы я видеть результат! — огрызнулась она.

— Я тебе все-таки вмажу, сука! — Уорвик встал из-за стола и замахнулся для удара.

— Кишка тонка, — холодно произнесла Мэдлин и пыхнула сигаретой.

Уорвик и Мэдлин были женаты семь лет. Хотя она и доставала его изрядно, Уорвик отдавал должное преданности супруги. Она ждала его и поддерживала, пока он отбывал двухлетний срок тюрьме Лонг-Бэй, и это дорогого стоило.

— Мэдс, говорю же тебе, я пытаюсь что-то придумать, — уже более мягко произнес Уорвик.

— Что он сказал, когда ты ему позвонил? — упорствовала Мэдлин, закуривая очередную сигарету.

Она имела в виду Джека Каванага.

Уорвик дал Джеку на раздумья двадцать четыре часа, а когда он перезвонил ему, Джек повесил трубку. Нагло повесил трубку. С субботы Уорвик мучительно размышлял над тем, что ему делать. Какие у него есть козыри? Может, все-таки содрать денег с Симона Астона и остановиться на этом?

— Ну… — Мэдлин буравила мужа ненавистным ему тяжелым взглядом.

— Он… повесил трубку, — признался Уорвик.

— Похоже, он не воспринимает тебя всерьез, милый. Прижми их. Просто…

— Я же сказал тебе, Я ПЫТАЮСЬ ДУМАТЬ.

— Хорошо, почему бы тебе…

— Заткнись!

Игнорируя крик мужа, Мэдлин продолжала:

— Почему бы тебе не взять видеозапись и…

— У меня ее нет, — тихо произнес он, глядя на потертую клеенку, покрывавшую кухонный стол.