Чтение онлайн

После обеда Ванька снова заснул, с трогательной серьезностью нацепив на глаза черную махровую повязку. Оля не сразу поняла, для чего эта смешная штука предназначена. Малыш первым сообразил — это чтобы свет не мешал глазкам спать. Сама она больше не уснула, хотя перелет был долгим. Что-то ждет их в дальних заморских странах?

Встречал их Макс. Только они прошли через контроль, как сразу увидели его. Оля едва удержалась, чтобы не рассмеяться слишком громко.

Суровый Макс был одет совсем по-пляжному. Широкие бежевые шорты, футболка с хитророжим Микки-Маусом и, главное, какая-то детская красная панамка в белый горох. Прямо Микки-мухомор, а не серьезный громила-охранник.

По прикиду Макса Оля тотчас поняла, что все ужасы России остались далеко-далеко. Точнее, их просто не осталось! Были только солнце, беззаботные люди и какая-то безудержная роскошь вокруг. Здесь и запахи были другие — пахло

вкусной едой, сладким парфюмом, раскаленным асфальтом.

— Оля, тебе здесь понравится, — говорил Макс, выруливая на своем огромном джипе с бескрайней по размерам автостоянки от аэропорта. — Ванька-то не очень устал?

— Вроде бы ничего, — Оля поправила воротничок рубашки сына. — Вань, ты как себя чувствуешь?

Ванька не ответил, завороженно глядя в окно на огромного негра, который ехал в соседнем ряду в длинной открытой машине ядовито-красного цвета. Машина буквально сотрясалась от чудовищно громкой музыки. Негр при этом еще и пел, используя при этом руль в качестве барабана... Руки его так и мелькали, отбивая ритм... Похоже, дорога его совершенно не интересовала, он, что называется, «ушел в себя и не вернулся». И вид у него был не вполне нормальный. Оля испуганно посмотрела на Макса... Тот усмехнулся: мол, здесь еще не такое увидите!

— Сейчас я вас по главной улице Майами-Бич провезу.

— Типа нашей Тверской, что ли? — улыбнулась Оля.

— Да нет, Оль. Тут вдоль одной стороны океан и пляжи, вдоль другой — гостиницы и запредельные особняки. Правда есть тут один нюансик...

— Какой такой? — рассеянно спросила Оля, глазея в окно под стать Ваньке.
–

— Тут голубых, Оль, как ментов в Москве во время праздников. И русских до фигищи. Знаешь, как они друг друга называют?

— Откуда ж мне-то знать? — засмеялась Оля. .

— Прикинь: барсиками! Один тут ко мне подвалил. Так я ему такого барсика вмазал, долго теперь помнить будет.

Оля представила себе эту картинку и расхохоталась. Макс удивил ее: обычно такой сдержанный и неразговорчивый, он здесь как-то расслабился, даже черты его каменного лица стали мягче. Наверное, солнце и морской, точнее, океанский воздух благотворно влияют даже на таких вот суровых бойцов.

— Балсик — киса, — сказал вдруг Ваня, оторвавшись от окна. — Где киса?

— У тебя будут две кисы, — торжественно объявил Макс.

— Ура-а! — восторженно крикнул Ваня. — Абака?

Он совсем недавно, очень рано начал говорить, и у него получались только отдельные слоги. Притом максимум — два слога. Вместо собака, например, выходи-

ла «бака». Но взрослые прекрасно поняли его.

— Собаку заведем, места хватит, — успокоил его Макс.

—, Только собаки нам не хватало, — скептически отозвалась Оля.

Они проехали мимо стаи огромных, в человеческий рост, диснеевских утят, громко призывавших прохожих покупать пиццу.

— Что-то здесь шумновато, — забеспокоилась она.

— Оль, не бери в голову, это же Оушен-драйв, здесь все тусуются, развлекаются и шоппингом занимаются. Национальный вид спорта — шоппинг. В Майами, как наши местные объяснили, вся Америка отоваривается. Таких распродаж нигде больше нет. Прикинь — за кучу километров едут, чтобы какую-то хрень купить подешевле, — в голосе Макса послышалось снисходительное презрение к привыкшим «экономить на спичках» аборигенам.

— Потому они, наверное, такие богатые, — заступилась за американцев Оля, разглядывая проносившиеся за окном фасады домов самого фантастического вида.

Казалось, они едут мимо выставки достижений американского народного

хозяйства и одновременно музея архитектуры под открытым небом. Гостиницы, особняки, магазины и рестораны были выдержаны в самых невероятных стилях: модернистском, колониально-испанском, мавританском, китайском и прочая, прочая, прочая. Оля чувствовала, что у нее кружится голова от обилия впечатлений. Она притихла...

Макс обернулся к заметной подуставшей Оле:

— Скоро на месте будем. Не бойся, у нас там не так пестро. И совсем спокойно. Наш район Бэл-Харбор называется.

Оля кивнула. Они остановились перед светофором.

— Киса! — истошно завопил Ваня.

«Перевозбудился, — подумала Оля, — зря ему Макс кошек наобещал». И,, взглянув на дорогу перед собой, ахнула:

— Ничего себе экземплярчик!

Дорогу переходила сладкая парочка.

Чудовищных размеров белоснежная котяра на поводке и с розовым бантом на шее, и его хозяин или хозяйка — сразу было и не понять. Это человеческое существо неопределенного пола, казалось, было ростом чуть выше, наверное, полутора метров, а в ширину примерно столько же. Существо было в шортах и в майке, и все его телеса колыхались

при каждом шаге, будто плохо застывшее желе.

— Тут таких полно, — прокомментировал ситуацию Макс. — А все потому, что они эту дрянь жрут: гамбургеры, чизбургеры... Помнишь, как наши на Тверском бульваре у первого Макдональдса в километровые очереди выстраивались? — Макс осуждающе покачал головой.