Чтение онлайн

— Не факт, что в Сеуле будет безопаснее…

— Откуда такие предположения?

— Да так, есть кое-что… Так или иначе, вопрос решился положительно. Тут сказано, что посещению столицы Свободного Китая Николаем Александровичем будет придан государственный статус. Это будет демонстрация изменения наших отношений с Поднебесной.

— Так мы поэтому два дня зависали в «Одессе» и ночи напролет слушали джаз? Ждали разрешения?

— Ну, почему бы и не совместить приятное с полезным, как думаешь? — лукаво улыбнулся Март, подмигнув своему второму пилоту.

— Когда вылетаем?

— Этой ночью.

— Но Николай еще не встретился с корейским ваном…, вы же сами говорили, что…

— Еще успеется. Я спрашивал Колю, он отнюдь не рвался встречаться с правителем Кореи. Равно как с правителем Маньчжурии Айсингьоро и многими другими важными персонами.

— Может, оно и к лучшему. Все эти официальные церемонии ужасно утомительны и невозможно скучны.

— И ты чертовски права. В любом случае, этот вопрос решился сам собой. «Птица» готова к вылету?

— Так точно. Остается только дозаправить баки… Но синоптики дают по маршруту погоду на «мизере». На грани с нелетной. Шквалистый ветер переменных направлений, горизонтальная видимость двести, грозовая обстановка. Сильные осадки. В горах ночью местами ожидается сильный туман.

— Таня, запроси диспетчера, пусть дают нам добро на старт. УМП[1] для нас в таких раскладах даже выгоднее, чем идеальная ПМУ-сводка [2]. Легче будет пройти незамеченными. Поведу сам, через «сферу».

[1] УМП — условный минимум погоды. Иначе говоря, метеорологический минимум. Сложные метеоусловия от просто пасмурно, до сплошной дымки (тумана) или снежных зарядов.

[2] ПМУ — простые метеоусловия. Норма.

В мирное время добраться до нынешней столицы Гоминьдана было делом достаточно простым. Пересек сначала Желтое море, потом еще пару китайских провинций, и вот он — Чунцин. Но теперь, когда пути над морем были плотно перекрыты японским флотом, пришлось сначала лететь на север, потом, получив коридор от наземных служб, долго и упорно пилить над унылыми пейзажами Маньчжурии, затем Внешней Монголии и лишь потом повернуть на Юг.

Еще в момент прокладки маршрута Татьяна удивленно посмотрела на командира, как бы желая спросить, а почему так, но тот в ответ лишь бросил выразительный взгляд в сторону места цесаревича. Дескать, ты, правда, готова рискнуть нашим стажером?

«Ночная Птица», без происшествий добравшись кружным путем до цели, заблаговременно вышла на связь с диспетчерской башней и обозначила свои позывные, запросив посадку. Но их заставили прождать без малого десять минут, пока на дистанцию прямой видимости, очевидно, для надежного опознавания, к ним не подошел дежурный корвет.

Обстановка на авиабазе русских рейдеров в окрестностях Чунцина напоминала разворошенный муравейник. Небо постоянно обшаривали мощные лучи прожекторов ПВО, на взлетке то и дело стартовали и садились борта, шла непрерывная работа наземных служб, крутились без устали топливозаправщики, технички.

Тяжелые трехосные грузовики с боекомплектом, рыча моторами, везли свой смертоносный чугун, разгружая большой транспорт и по новой доставляя к грузовым аппарелям рейдеров. Подмигивая желтыми фарами и сияя электрическим светом сквозь широкие окна, словно новогодние лампочки, сновали автобусы со сменными экипажами.

Было очевидно, что идет активная работа. Именно ночная. И судя по всему, «отсыпали» конвейерным методом где-то далеко за горизонтом. Вот там сейчас наверняка творилась настоящая «жара» от десятков тонн рушащихся с воем и грохотом с небес на грешную землю тяжелых авиабомб.

— Интересно, наши стараются сдерживать напор врага или наоборот, поддержать наступление китайцев? — по КПУ негромко сформулировал Март свою мысль по поводу происходящей на земле «суеты».

— По сводкам фронт вроде без изменений. Так что, скорее всего, наши работают по тыловым базам, — отозвалась на реплику командира Калашникова. Подумав немного, добавила, — но это не точно.

— Скоро узнаем.

— «Ночная Птица», это Башня. Для вас подготовлена особая стоянка. Следуйте за машиной сопровождения.

— Принято.

Вскоре рядом с бортом появилась небольшая легковушка с новомодной новинкой — включенным синим проблесковым маячком. В европейской части России на аэродромах они встречались редко и исключительно красные, а значит, хорошо заметные с высоты. Здесь же, судя по всему, светомаскировкой не пренебрегали. Ловко развернувшись перед «Ночной Птицей», водитель несколько раз мигнул фарами и без лишних пояснений повел корабль за собой.

— Это куда он нас тащит? Дальше вроде скала…, — выразил свои сомнения Ким.

— Ты через «сферу» посмотри. Там пещеры. Целый город под горой. Эребор или еще какая цитадель гномов Средиземья… Часть явно природная, и много всего уже люди отстроили.

— А что, логично. Если противник сильнее, лучше иметь надежные укрытия от атак с воздуха. Интересно, а нам такая честь по какому поводу?

— Вопрос… Поводов как бы хватает… Да я и не против. Спокойнее будет. А то прилетит снаряд или бомба и…, — Март даже не стал договаривать фразу, до того его вдруг поразила мысль, что «Ночная Птица» может погибнуть от случайного попадания вражеского боеприпаса.

Внутри скального ангара оказалось очень просторно и неожиданно светло. «Город толком не освещен и не электрофицирован, а тут просто торжество цивилизации и почти коммунизм по заветам Ильича…»

Машина сопровождения, доведя корабль до стоянки под четвертым номером, выведенным на прилегающей стене белой краской, выключив проблесковый сигнал, укатила дальше по своим делам, оставив экипаж в некотором недоумении. Что дальше?

— Ну что, пойдем, разомнем ноги? Насиделись мы от души, — предложил Колычев своим товарищам и уже другим, командным тоном, четко распорядился, — Стоп машина. Раздраить главный люк, спустить трап. Выставить охранение. За старшего Калашникова. Ким и стажер со мной.