Чтение онлайн

«Люди используют штуковины, называемые телефонами, потому что ненавидят быть вместе, но очень боятся оставаться одни…» © Чак Паланик, «Уцелевший»

Я иду по коридору, одновременно пытаясь делать сразу миллион дел: держать портфель, найти в недрах сумки ключи и набрать сообщение моему новому виртуальному другу.

Или лучше называть его знакомым?

Как нужно называть мужчину, с которым знакома только заочно и всего неделю, но вы уже изредка несмело флиртуете и обмениваетесь селфи?

ВАНИЛЬ: Я справилась! Кто молодец? Машенька молодец!

Бросаю телефон в сумку, захожу в кабинет, на ходу здороваясь с секретаршей и командой моих менеджеров. Мысленно все же задираю нос: мне двадцать пять, а я уже при должности, личном помощнике и управляю целым отделом. Даже если в нем работает всего пара человек. Не зря грызла гранит науки.

— Мария Александровна, я отсортировала почту, переслала вам важное с пометками, — отчитывается Оксана, одна из моих подчиненных.

Помощница уже протягивает телефон, знаками давая понять, что на связи — кто-то из представителей агентства по поиску персонала. Прикладываю трубку к уху, представляюсь и слушаю, одновременно выводя на стикере слово: «кофе». Помощница понимает без слов.

А на часах только десять утра.

Хорошо, что мой внутренний чокнутый трудоголик балдеет от такого режима, даже если к восьми вечера я с ног валюсь от усталости и даже двух слов связать не могу.

Накидываю пальто, снова сгребаю кучу документов и тащусь через почти опустевший коридор. Начальник службы безопасности постукивает пальцем по циферблату своих часов. Складываю ладони в покаянном жесте и машу на прощанье рукой.

На стоянке мой «Ниссан Жук» выделяется своим ярко-желтым цветом и весело подмигивает фарами, когда снимаю сигнализацию и забираюсь в салон.

Выдыхаю.

Тянусь к телефону, который не брала в руки целый день.

Восемь пропущенных от матери — мысленно желаю себе терпения. У них с отцом уже два месяца фаза отношений а-ля «разъехались ради переосмысления». Моя и без того далеко не самая уравновешенная мама все это переносит, мягко говоря, болезненно.

Еще есть пропущенный от Ленки — моей университетской подруги.

Черт, я же обещала поговорить о ней с Грозной.

Мы с Ленкой всегда были не разлей вода. Даже когда я на два года уезжала работать в Москву, мы регулярно переписывались и созванивались.

Набираю ее в ответ и готовлюсь просить прощения за свою дырявую голову, но слова оказываются не к месту, когда в трубке слышу ее совершенно убитое:

— Приезжай меня спасать, Машка. Лучше с канистрой коньяка. И пиццей XXL.

— Опять? — не могу скрыть раздражения. — Лен, ну сколько можно?

— Ты мне подруга или кто?! — воет она.

Прикрываю глаза и мысленно подсчитываю, сколько времени на сон у меня останется.

Пара часов? Когда Ленка в очередной раз расходится со своим новым бывшим-нынешним — может истерить всю ночь. Пьет и не пьянеет, и на утро выглядит как модель с обложки, а у меня вид старого алкаша Васи после недельного запоя.

Но на то мы и подруги — и в горе, и в радости.

— Уже еду, держись там.

От Призрака тоже есть пара сообщений, и это даже хорошо, что я сначала позвонила Ленке, а потом решила их прочитать — рот сразу растягивается в сахарную улыбку.

ПРИЗРАК: Я тобой горжусь, Ванилька!

ПРИЗРАК: Хочу селфи победительницы!))

ПРИЗРАК: В чем-то шелковом…

Я облизываю губы и, хоть очень стараюсь подавить улыбку, ничего не получается.

Мне нравится наша переписка.

Мне нравится, что хоть мы и знакомы всего ничего — связь между нами почти так же видима и осязаема, как нить, натянутая через экраны двух телефонов.

ВАНИЛЬ: Прости, что не отвечала — работу работала

ВАНИЛЬ: Я подумаю насчет селфи, мистер Призрак))

ВАНИЛЬ: Еду спасать подругу от тяжелой душевной травмы.

Он отвечает почти сразу — я как раз выруливаю со стоянки, когда телефон пищит звуком входящего сообщения. Проверяю его на ближайшем светофоре.

ПРИЗРАК: Поздно уже, домой-то когда?

ПРИЗРАК: Меня тоже выдергивают из отпуска — возвращаюсь в Петербург завтра вечером.

Я перестаю улыбаться и нервно постукиваю ногтем по рулю, пока мой телефонный знакомый печатает новое сообщение.

ПРИЗРАК: Я помню, что ты много работаешь, но в пятницу вечером отдыхают даже психбольные трудоголики. Я хочу реальную встречу с тобой.

Устало опускаю затылок на спинку сиденья.

Я не готова к отношениям.

Я хочу рвануть по жизни, как красивая яркая комета, взять максимум и немножко больше.

Мужчина в эти планы просто не впишется.

Плавали — знаем.

Никто «не вывозит» девочку-карьеристку.

ВАНИЛЬ: У меня есть время подумать?

Просто отговорка, конечно же. Но вдруг?

ПРИЗРАК: А оно тебе нужно?

ВАНИЛЬ: Так не честно — ты загоняешь меня в тупик)

ПРИЗРАК: Да я просто не понимаю, в чем проблема просто увидеться

Тут самое время ответить, как есть: прости, я не хочу влезать в отношения, не готова распылять энергию, потому что именно сейчас оседлала волну своей удачи.

Но мне нужно наше уютное общение.

Отказ от встречи, скорее всего, поставит на нем крест.

ВАНИЛЬ: Я правда много работаю. Давай спишемся завтра и все решим?

Сколько бы я не смотрела на экран телефона — ответ так и не приходит.

Я все равно поглядываю на телефон все время, пока рулю в сторону Ленкиного дома.

Почему-то вся эта ситуация меня нервирует, хоть это более чем странно. Подумаешь, какой-то виртуальный мужчина, с которым мы общаемся всего-то чуть больше недели и даже ни разу не созванивались. Какая разница, получу я сообщение или нет, закончится эта переписка с привкусом флирта или продолжится? Это не та ценность, за которую стоит держаться сломя голову. Тем более, переживать.