Греховные тайны
Шрифт:
— Изабель, твой отец умер.
Но Изабель не ощутила ровным счетом никаких эмоций. Как будто со стороны, она услышала свой собственный голос:
— О, мама, я так огорчена! Это ужасно!
Ее слова прозвучали так, как будто она говорила о каком-нибудь дальнем родственнике или случайном знакомом.
Изабель не виделась с родителями уже много лет.
Постепенно под влиянием времени и расстояния их образы стерлись из памяти, как старые фотографии. Одновременно стирались и горечь, и память о старых обидах.
Теперь она писала им лишь на Рождество, посылая вместе с письмом дорогие, тщательно выбранные подарки.
Через некоторое время получала короткие туманные ответы со словами благодарности от матери. Изабель давно уже решила, что так лучше для всех.
— Ты слышишь меня, Изабель? Он умер!
— Да, мама, я слышу.
С другого конца провода донесся шепот:
— Я не знаю, что мне делать.
Изабель чувствовала, что не в состоянии воспринять чью-либо смерть всерьез. Только сегодня утром актер, падавший на тротуар от смертельного выстрела, несчетное число раз поднимался и снова падал в повторных дублях. Вчера Джулио Санчеса, характерного актера из Мексики, облили бензином и подожгли. На глазах Изабель он умирал с душераздирающими криками, а немного позже сидел в здании комиссариата, жуя булочку и перелистывая иллюстрированный журнал. Торопился домой на день рождения дочери, которой исполнилось семь лет.
«Она ни за что не станет задувать свечи, пока папа не придет», — говорил он Изабель, покатываясь со смеху.
Не стоит маме так расстраиваться, неожиданно для самой себя подумала Изабель. Папа тоже встанет и пойдет по своим делам.
— Тебе больше нечего мне сказать? Ты даже не хочешь знать, как он умер? — Голос матери дрогнул. — Он ведь такой молодой. Ему еще шестидесяти не было.
Изабель попыталась осознать, что произошло. Умер ее отец…
— Да, мама. Мне так жаль. А что произошло? Несчастный случай?
Шепот матери был едва слышен в трубке:
— Нет, Изабель, он покончил с собой. Наложил на себя руки. А перед этим напился. Около него нашли пустую бутылку. Наверное, был не в себе.
Рядом с Изабель заведующий реквизитом раздавал автоматы молодым людям в итальянских костюмах и темных очках. Ассистент режиссера делал пометки на доске.
— О Боже! Он… он застрелился?
— Застрелился?! Нет, он отравился газом. С помощью выхлопной трубы от моей машины. Той самой, что ты мне подарила. — Это прозвучало так, будто на Изабель теперь лежала часть вины. — Это все ужасно! Разговоры, пересуды и все эти репортеры. Они, конечно, все знают о тебе, и о Кристиан, и об Арран. Все это так недостойно. Он терпеть этого не мог. Я не знаю что делать. Не могу разговаривать с ними. Изабель, ты должна приехать! Ты мне нужна. Я знаю, ты страшно занята, но… пожалуйста…
— Я понимаю, мама.
Уехать в самом разгаре съемок фильма стоимостью в тридцать миллионов долларов!.. С другой стороны, завтра пятница. Она постарается обернуться как можно быстрее, а они пока могут отснять другие эпизоды.
— Я постараюсь приехать как можно скорее. Надеюсь вылететь завтра с первым утренним рейсом.
— Слава Богу! И еще, Изабель, пожалуйста, позвони остальным. Я даже не знаю, где Кристиан сейчас живет.
— Хорошо, мама.
— Скажи им, пусть приедут. Я хочу видеть вас троих.
Есть кое-что такое, о чем вы все должны знать.
«Слишком поздно, — подумала Изабель. — Ты уже не можешь сказать мне ничего нового».
Она позвонила Арран в Сан-Франциско и оставила сообщение на автоответчике. Когда Арран работала — писала очередной роман, — она до пяти вечера не снимала трубку.
Потом Изабель попыталась связаться с Кристиан.
В последнее время ни она, ни Арран не могли дозвониться до средней сестры. Изредка та звонила им из каких-нибудь отдаленных мест с экзотическими названиями.
Год назад Кристиан внезапно оставила блестящее общество светских бездельников, готовых в любую минуту сесть в самолет и мчаться за развлечениями на другой конец света. Исчезновение Кристиан произошло за день до ее свадьбы с Сэмом Старком — миллиардером, многообещающим яхтсменом, победителем многочисленных гонок, надеявшимся завоевать кубок Америки. Кристиан исчезла, оставив Сэму лишь короткую записку с вежливыми сожалениями. Вместе с запиской в конверт был вложен обручальный перстень с огромным бриллиантом, подаренный ей Старком. Кристиан покинула блестящее светское общество ради полуцыганской бродячей жизни на корабле с неизвестным и загадочным человеком по имени Лудо Корей, и с тех пор ни Изабель, ни Арран не видели сестру. Они ничего не знали о Лудо, за исключением того, что Кристиан в него безумно влюблена и счастлива от этого.
Теперь Изабель оставила для сестры сообщение в каком-то спортивном клубе в западной части Пуэрто-Рико. Она передала сообщение человеку, с трудом говорившему по-английски и, судя по голосу, пьяному вдрызг.
О Кристиан, Кристиан, думала Изабель, что же ты сделала со своей жизнью! Она все больше укреплялась в мысли, что сестра связалась с каким-нибудь торговцем наркотиками. «А что же еще можно предположить?» — не раз с тревогой спрашивала она Арран.
Но сейчас Изабель решительно прогнала эти мысли.
Она вновь стала холодной и практичной. Позвонила своему агенту, занимавшемуся путешествиями, и попросила заказать билет первого класса до Лондона и номер-люкс в отеле «Дорчестер». Потом вернулась к работе.
Оставшаяся часть дня прошла очень продуктивно.
Она почти без проблем закончила свою сцену, затем просмотрела вместе с режиссером отснятый за день материал.
Вернувшись домой, Изабель дала указания прислуге на время своего отсутствия, пообещала француженке-гувернантке отпуск, как только вернется из Англии, и сказала близнецам, что на этот раз не сможет взять их с собой. После чего начались долгие, утомительные споры.
К вечеру в ответ на ее сообщение позвонила Кристиан. Она, видимо, была потрясена новостью. Еще через полчаса последовал звонок от Арран, которая казалась такой же отстраненной и равнодушной, как и сама Изабель, когда утром разговаривала с матерью. Однако, к величайшему облегчению Изабель, обе сестры в конце концов согласились поехать в Лондон. Как здорово будет снова увидеть их. Прошло столько времени, столько изменилось в их жизни…
Только когда Изабель упаковывала чемодан, до нее наконец дошел смысл случившегося. Она выложила одежду на кровать и неожиданно поняла, что не может решить, какие вещи взять с собой. Она бессмысленно глядела на разбросанную одежду, непроизвольно сотрясаясь всем телом.