Чтение онлайн

– Что это мы развлекаемся светской беседой на улице? Раз ты приехал по делу, проведем переговоры на должном уровне и в соответствующей обстановке.

Она первой направилась ко входу в офис "Примы", сокурсник за ней. Охранник заблаговременно распахнул дверь и радостно приветствовал ее:

– Здравствуйте, Алла Дмитриевна! С выздоровлением вас!

– Спасибо, Дима, - сдержанно ответила она.

Очевидно, весть о появлении любимой начальницы уже облетела весь коллектив, и сотрудники почти в полном составе высыпали в коридор.

Улыбаясь в ответ на их радостные улыбки и на ходу здороваясь, Алла мысленно усмехнулась: "Оказывается, нужно было на пять месяцев выпасть из обоймы, чтобы узнать, как я дорога своим подчиненным".

– Ты болела?
– спросил Сергей, когда они вошли в её кабинет.

– Было дело.

– Что-то серьезное?

– Бандитская пуля, как говаривал герой фильма "Старики-разбойники".

Очевидно, сокурсник решил, что она пошутила, хотя Алла сказала чистую правду.

– Поухаживай за бывшей дамой сердца. Еще недавно стояла несусветная жара, а сейчас дожди каждый день. Вот и пришлось опять обрядиться в плащ.

Она повернулась к нему спиной, ожидая, что сокурсник ей поможет. Сергей дождался, пока Алла расстегнет пуговицы и потянул плащ за плечики. Из правого рукава она выскользнула, а вот с левым было посложнее, и ей пришлось самой стянуть рукав. И только тогда он заметил, что её левая рука неподвижно висит вдоль тела, а из-под манжета джемпера виднеется край марлевой повязки.

– Что у тебя с рукой?

– Я же сказала: бандитская пуля.

– Не понял?..

– Ну что тут непонятного? Меня подстрелили.

– Тебя-а?!!!

– Меня-а!
– Она в точности воспроизвела его интонации.

– Кто?

Сергей все ещё не верил и смотрел на неё изумленно. Алла была любимицей всего курса, - умна, остроумна, верный друг, к тому же, красива, а потому пользовалась заслуженным вниманием сильного пола. Такую женщину "подстрелить"? Немыслимо. Пусть сейчас время криминальное, но все же огнестрельным оружием балуются мужчины и не используют его против красивых женщин. Да и верная боевая подруга всегда умела за себя постоять.

– Серега, у тебя что-то с интеллектом, - подколола Алла.
– Как сказала бы мой любимый психиатр, ты загружен своими переживаниями. Не врубаешься, мой дорогой. Раз пуля бандитская, то отсюда закономерно вытекает, что меня подстрелили бандиты.

– А какие у тебя могут быть дела с бандитами?

– У меня с ними дел быть не может, - усмехнулась верная боевая подруга.
– Но у них имелись ко мне претензии.

– И за это в тебя стреляли?

– Именно.

– Киллер?

– Примерно так, но во множественном числе. Их было пятеро.

– Пятеро против одной женщины?
– Сергей все ещё не верил, тем более, Алла говорила в своей привычной манере, как о чем-то несерьезном.

– Многовато, по-твоему?

– На мой взгляд, даже один - и то чересчур.

– Ну, одного бандита я бы запросто одолела. И с четверыми, бывало, справлялась. А вот пять, как оказалось, уже перебор. Опыт - источник нашей мудрости, - одарила она его перифразой.
– А наша глупость - источник нашего опыта. В следующий раз буду умнее - как увижу, что меня догоняет тачка, битком набитая головорезами, оповещу их, что пятый лишний.

– Ты, как всегда, шутишь?

– Да почти нет, - усмехнулась Алла и опять решила блеснуть эрудицией: - Опыт - это совокупность наших ошибок.

– Тебе не хочется об этом вспоминать?

– В общем-то ничего особенно тягостного в той ситуации нет. За исключением того, что на данный момент я однорукая. Но можно было бы этого избежать. Правда, эти подонки намеревались изрешетить мое красивое тело, но, как выяснилось, не на ту напали24. Поспешили господа бандиты, а потому попали впросак и теперь всей бандой дружно отправились топтать зону. Обычно я сама наказываю мерзавцев - есть у меня любимая игра под названием "гусарская рулетка", но в тот момент я валялась в реанимации, а Слава Миронов, мой защитник, дабы у меня в будущем не возникло намерения поквитаться испытанным способом, использовал все рычаги и быстренько отправил их в места отдаленные25, в надежде, что я не поеду туда с предложением каждому зеку сыграть в мою любимую игру.

– А за что тебя хотели убить?

– За то, что слишком много знала. Намеренно подставилась, но недооценила противников - сочла их банальной компашкой алконавтов, хотя меня предупреждали, что они вооружены. Но я, с присущей мне самоуверенностью, решила, что они своими пушками лишь пивные бутылки открывают. Оказалось - не только. Ошибаясь, приобретаешь не опыт, а шишки. Или ранения, как я. Если бы я не была везунчиком по жизни, мы бы с тобой сейчас не разговаривали.

– Когда тебя ранили?

– Пять месяцев назад, в канун Нового года. Два месяца провалялась в больнице, зато теперь на свободе. И как видишь, опять почти на коне. Правда, одной рукой затвор не передернешь, так что поиграть с оружием мне пока не светит, но, как говорится, ещё не вечер.

– Извини, Алла, я не знал...

– Да ладно, - отмахнулась верная боевая подруга.
– Не сомневаюсь, что ты непременно продемонстрировал бы заботу и внимание. Не печалься, что не удалось проявить сострадание. Меня в больнице столько народу навещало, что всем места в палате не хватало, в коридоре очередь стояла из желающих пообщаться, а принесенными ими витаминами и калориями я обеспечивала все отделение. Еще больше вширь раздалась от немереной заботы друзей. Оказалось, их хорошее отношение имеет и оборотную сторону - пришлось кардинально сменить гардероб и успокоить себя любимой присказкой: лучше быть толстой и душевной, чем тощей и злющей. Правда, теперь я слегка похудала, так что мои прежние туалеты не пропадут.

– А как твоя рука?

– Да пока никак. Не желает слушаться. Правда, меня все успокаивают, что это временное явление, мол, со временем двигательные функции восстановятся, но что-то верится с трудом. Олег, мой лечащий врач и любимый мужчина, блюдет меня, велит соблюдать щадящий режим, а я категорически уклоняюсь. Потому, на его взгляд, процесс выздоровления затянулся.

– Почему же ты не соблюдаешь предписанный тебе режим?

– Тебе ли не знать мой бедовый характер, Серега! На редкость вредный, надо признать, характер. Вот и довыпендривалась. Уже конец мая, скоро все красивые женщины будут носить легкие наряды без рукавов, а я утратила львиную долю своей привлекательности. Придется носить платья с длинным рукавом, и стану я похожа на старую деву, - притворно пригорюнилась она.