Граф Витте
Шрифт:
Праиндустриализация
В 1890-м Сергей Юльевич был уже министром путей сообщения, а спустя два года подсидел своего начальника Вышнеградского и стал министром финансов.
Вышнеградский всячески покровительствовал Сергею Юльевичу, но когда министр финансов достиг пенсионного возраста, Витте первым начал распространять слухи о его безумии и нашептывать Александру III, что неплохо бы отправить старика в отставку. Что и было сделано. Витте занял кресло своего бывшего покровителя.
Витте был крупнейшим министром финансов дореволюционной (да и послереволюционной) России. По существу, он был первым экономистом в современном понимании этого слова, который мыслил категориями макроэкономики. Он управлял Российской Империей только при помощи финансовых рычагов.
В 1897-м он ввел золотое денежное обращение -- и в Россию потекли иностранные капиталы. Неисчерпаемым источником дохода для государства стали косвенные налоги и винная монополия, также введенная Витте. Только в 1913-м казна получила 700 тысяч рублей "винных" денег.
В те годы финансовое ведомство было государством в государстве, со своими банками, таможней, теплоходами и паровозами. Кроме торговли, промышленности и финансов, министерство занималось пограничными и таможенными службами и внешней политикой.
К началу века Витте стал самым главным бюрократом России.
!!!!!!!!!!ВЫНОС!!!!!!!!!!!!!!!!!! За годы министерства Витте Россия вышла на первое место по добыче нефти. С 1895 по 1899 год было построено рекордное количество железных дорог. В год вводили три тысячи километров новых путей. Витте был инициатором строительства Транссибирской магистрали. Ее проложили в десять лет -- куда быстрее БАМа -- и используют до сих пор. !!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
Последняя тайна богдыханши
Как известно, экономика есть отражение политики. Министр финансов Витте не мог не вмешиваться в дела внешней политики. Китай, Монголию, Корею и Персию он считал российскими сферами влияния.
В то время никто из высших сановников не разбирался в делах Дальнего Востока. Даже министр иностранных дел князь Лобанов-Ростовский не мог ответить на вопрос, где находится Маньчжурия и что такое Мукден.
Впервые Витте побывал в Китае в начале 1890-х, когда у него возникла мысль пустить ветку Транссибирской магистрали напрямую через Маньчжурию к Владивостоку. Это позволило бы России в будущем установить протекторат над Китаем. Сергей Юльевич подружился с Ли Хунчжаном, самым влиятельным сановником при дворе богдыхана.
Ли Хунчжан был приглашен на коронацию Николая II. Чтобы тот не скучал в пути, Витте послал ему навстречу востоковеда Э.Э.Ухтомского. Китайского посланца встретили в Одессе, как главу государства, военным парадом и с великими почестями проводили до Петербурга.
"Когда имеешь дело с китайцами, -- писал позже Витте, -- прежде всего не надо спешить, так как это считается у них дурным тоном". Обольщение важного гостя длилось несколько недель. За курением кальяна Витте осведомлялся, как здоровье богдыхана, его супруги и детей, как чувствует себя сам господин Ли, его близкие и дальние родственники. Потом наступал черед Ли Хунчжана спрашивать о самочувствии членов царской семьи. В конце концов Витте удалось всучить хитрому китайцу взятку в полмиллиона золотых рублей. (Витте вообще поставил подкуп китайских чиновников на широкую ногу, учредив для этого специальный фонд.)
22 мая 1896 года было заключено тайное русско-китайское соглашение. Россия получала право на строительство Китайско-Восточной железной дороги и множество торговых льгот вплоть до разрешения на эксплуатацию угольных месторождений.
Правда, спустя некоторое время Ли Хунчжан был с треском отправлен в отставку, а его ближайший помощник казнен. Не пощадили даже китайского посла в Санкт-Петербурге, почтенного доктора философии Сюн Кинчшена: его отозвали в Пекин и там публично повесили. Но все это мелочи: Витте добился, чего хотел -концессии на железную дорогу.
В 1900-м, подавляя "боксерское" восстание, русские войска (вместе с немцами и англичанами) вошли в Пекин. Во дворце, в спальне богдыханши, был найден тот самый тайный договор за подписью Витте.
В 1903 году Витте убрали с поста министра финансов: он не хотел воевать с Японией. Но идея маленькой победоносной войны грела душу министра внутренних дел В.К.Плеве. Николай II оказался на стороне партии войны -- и Витте был смещен.
За те два года, пока он был в опале, Россия потеряла флот при Цусиме, сдала японцам Порт-Артур и оказалась на грани самого унизительного поражения после Крымской войны.
И тут снова вспомнили об экс-министре.
Граф Полусахалинский
14 июля 1905 года Сергей Юльевич отплыл в США на мирные переговоры с Японией. Миссия его была почти невыполнимой: японцы чувствовали себя победителями и требовали денег и территорий. Николай II велел не уступать ни пяди земли. Платить же контрибуцию для Российской Империи было унизительно.
"Только не Витте", -- умолял Николай II министра иностранных дел Ламсдорфа, когда обсуждали кандидатов на переговоры с Японией. Но никого другого просто не нашли. Понимая невыполнимость задачи, остальные чиновники честно отказались. Для Витте это был шанс вернуться в политику -- и он рискнул.
Чтобы расположить американское общественное мнение в пользу России, Витте сформулировал для себя правила поведения. Прежде всего "держать себя, как подобает представителю величайшей империи, у которой приключилась маленькая неприятность". (Это при том, что Россия была фактически проигравшей стороной.)
Хорошо понимая, какую роль играет пресса в жизни Америки, первое свое интервью Витте начал с комплиментов в ее адрес, воздав должное великому американскому народу и в конце назвав президента Теодора Рузвельта гениальным вождем.
Если бы в начале века существовало телевидение, Витте стал бы так же популярен, как Горбачев. Вел он себя безукоризненно: посетил биржу, встретился с банкирами, проехал через бедные эмигрантские кварталы, побеседовал с соотечественниками и на радость репортерам поднял на руки маленькую девочку и поцеловал ее. Витте пожал руки всем кочегарам и механикам парохода, доставившего его и делегацию в Портсмут. Он мгновенно стал самым популярным человеком в Америке.
Переговоры проходили с громадным трудом. Японцы требовали весь Сахалин и контрибуции. Витте соглашался уступить пол-Сахалина, но в окончательном варианте договора слова "контрибуция" быть просто не могло. Не раз казалось, что обсуждение зашло в тупик, и дипломаты паковали чемоданы. Из Петербурга летели истеричные телеграммы Николая II.