Гость из ночи, Ашкенази Людвик

Гость из ночи

на обложку

Ашкенази Людвик

Шрифт:

Ремунда. Что мы можем, вы еще не знаете.

Гупперт. Ну, поговорили, и хватит. Хватит. Мой магнитофон. Чуть не забыл. Вам больше не понадобится мой паспорт?

Старшина. Нет.

Милиционер протягивает Гупперту паспорт.

Гупперт. Я свободен?..

Старшина. Да.

Гупперт. Благодарю за… корректное обращение. (Старшина хмуро смотрит на него.)Дамы… Господа… много счастья… и до свидания! (Направляется к выходу).

Калоус (внезапно вытягивается с карикатурным почтением. С негодованием, на какое только способен, он сдавленным голосом рапортует).Заключенный номер 30012 докладывает: все в порядке. В помещении чисто и прибрано. (Затем тот же текст по-немецки.)Хефтлинк нумер драйсик таузент цвёльф мельдет зих гехорзам. Алес ин орднунк. Штубе райн унд заубр!

Гупперт (захваченный врасплох, резко оборачивается. Опомнившись, качает головой и говорит).Но, но, пан кельнер… Такие шутки…

Гупперт стоит в дверях, на лице медленно появляется подобие улыбки. Выходит. Все молчат. В полной тишине слышно, как отъезжает «мерседес». Понадобилось время, чтобы люди пришли в себя.

Милиционер. Калоус, передайте матери кассу!

Калоус (отдает матери бумажник и ключи).Вот скотина! Уехал и не заплатил — ни за вино, ни за ремонт машины…

Старшина. Занесите в протокол.

Калоус. Ничего, пусть… Чаевые от официанта.

Старшина (смущенно).Пойдем, Калоус!

Ремунда. Да, не завидую я тебе, Грабал… Недавно тут сидел, лимонад через соломинку тянул. И все знал… что было, что будет.

Старшина. А что бы вы сделали? На моем месте?

Ремунда. Я? Что бы я сделал? Сказал бы что-нибудь хорошее…

Калоус. А ты чего, мама, смотришь и ничего не говоришь?

Мать. Не могу я ничего сказать… Погоди… Что здесь происходит? Что вы с ним делаете? Постой, Грабал! Я тебя помню совсем мальчишкой, у тебя еще вечно рубашка из штанишек вылезала. И все время клянчил: «Тетя, дайте мне желтую грушу, а то у нас растут только зеленые!» А с твоим отцом мы в одном классе учились и вместе пели в церковном хоре…

Старшина. Пели, тетя.

Мать. А то, что это Калоус, ты видишь?

Старшина. Вижу, тетя.

Мать. И его отца помнишь?

Старшина. Помню, тетя. И все знаю. Знаю, кого отпустил и кого увожу. Но нельзя же самому суд вершить. Это для нихбыло просто. А нам нельзя. Как ты думаешь, Калоус?

Калоус. Нельзя… А ведь здорово рванул, Грабал. На восьмицилиндровом…

Старшина. Выбрось ты его из головы.

Калоус. Этого уже не выбросишь. (Как бы про себя.)«Мерседесы» прут по всем магистралям — на полной скорости.

Старшина (присаживается к столу).Калоус, дай мне лимонаду. Или рому.

Калоус (готовит напиток, глядит в окно).Смотри-ка, люди… огни, огни, огни… Когда я вижу цепь огней в темноте, мне кажется… идет колонна заключенных. Не сердись, Грабал, кто-нибудь должен помнить и напоминать… (Калоус подходит к репродуктору, включает его. Слышна песня.)

Гора, гора, три долины,

Не ходи, девушка, по малину.

Калоус (Ремунде).Амеба, а?

Старшина. Не пора ли?

Ремунда (старшине).Грабал, возьмешь меня с собой по старому знакомству?

Старшина. Конечно, поедем…

Калоус (отходит с Яной в сторону).Скажи мне те слова.

Яна. Какие?

Калоус. Ну… те, мамины.

Яна (оглянувшись, тихо).Ты мой стеклянный стаканчик…

Калоус. Да…

Яна. Ты мой цветочный горшочек на окне…