Господь
Шрифт:
С этим видением нам следует сопоставить приведенные в первых Евангелиях судные речи Господа. Оно ЭДязано с ними и представляет собой их окончательное выражение. Есть в нем и особые черты, например, образ великого белого престола, блистательно возвышающегося, и устрашающие слова о «Сидящем» на нем, Который не назван, а лишь обозначен выражением благоговения. Наконец, могучая картина воскресения, когда море, и смерть, и глубины земли отдают своих мертвых, так что все собираются перед престолом, чтобы свершился суд, по обеим книгам - по книге вины, и по книге животворящей, благодатной воли Божией... В особенности же то, что сказано о святом лике: что от него «бежало небо и земля, и не нашлось им места». Такова сила Того, Кто влил Свою мощь в Свою истину. Суд. Испытание Судией мира на прочность. Апокалиптическое наступление на историю святого вечного. Мир сотрясается, он сходит с рельсов, выбивается из колеи упорядоченного бытия, и это так страшно, что небо и земля «бегут»; они извергаются из бытия, в них его больше нет, и при этом обнаруживается, что в них хорошо, и что плохо, - а потом ими вновь овладевает творческая благодать и принимает их в лоно нового неба и новой земли.
Так и мы, воскреснув, окажемся перед престолом. Исчезнет все, на что мы опирались, все покровы, все законы, всякое наше оружие, все земные защитники и соучастники, все права, почести, дела, успехи - вообще все, что помогало нам избегать необходимости являться на суд истины. Все это ломается, обращается в бегство, исчезает перед могуществом Судии. Мы сами будем задавать себе вопрос, существуем ли мы еще. Для нашего собственного бытия уже не найдется никаких прикрытий. Мощь, нас сотворившая, будет испытывать его реальность. Ибо она слагается только из правды и справедливости, веры и любви; поэтому реальность нашего бытия будет поставлена под вопрос. Мы почувствуем, как нас увлекает прочь Ничто.
Только наша обнаженная совесть останется пред взором Божиим. Да сохранит нас тогда Его милосердие!
Победитель и Судия воссиял. После этого снова появляется Агнец, как жених вечного града. О нем речь пойдет позже. Дальше говорится: «И сказал мне:... неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится; праведный да творит правду еще, и святый да освящается еще. Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его. Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний» (22.6-13).
Он - «Начало и Конец», Тот, Который был до всего и будет после всего, Тот, через Кого все было сотворено и Кто все завершает.
В «конце» станут явными каждое устремление, каждая мысль, каждое слово, каждый поступок. В особенности же откроется внутреннее.