Чтение онлайн

У нас в школе все до смерти хотели посмотреть «Город зомби». Все, кроме меня.

Я ненавижу ужастики. Мне из-за них кошмары сняться — даже днем не отпускает! Стыдно, конечно. Как-никак, мне уже двенадцать. Они уже не должны меня пугать, верно? Но я ничего не могу с собой поделать.

— Ну? — спросила Карен. — Пошли же, Майк. Пошли, заценим!

— Сама же знаешь, что будет мерзость, — напомнил я. — Гниющие зомбаки жрут людей и вырывают у них кишки.

Она засмеялась:

— Класс!

Класс? А чего еще ждать от Карен, подумал я. Она не боится ничего на свете.

— Пожалуйста, Майк, — умоляла Карен. — Не будь нюней. Все же знают, что никаких зомби не существует.

Я пытался придумать себе другое занятие. Помочь соседу, мистеру Брэдли, сгребать листья? Нет. Вот-вот начнется дождь. Поиграть с младшим братом Заком? Фи! Прошвырнуться по магазинам с мамой и папой? Скукотища! Прибраться в комнате? Неужели я настолько отчаялся?

Я очень, очень не хотел смотреть это кино. Но и вести себя как нюня я тоже не хотел.

— Ладно, пойду, — сдался наконец я. — Но ты мне купишь попкорн!

— Другое дело! Встречаемся на остановке через десять минут!

Карен побежала через дорогу, а я отправился к себе, дабы сообщить предкам, куда мы идем. Я уже нервничал — а ведь еще из дому не успел выйти!

Держись, подумал я. В конце концов, последний ужастик я смотрел год назад. Может теперь, когда мне двенадцать, я выдюжу.

Может быть.

Если б только я остался дома…

ГЛАВА ВТОРАЯ

Полчаса спустя мы с Карен сошли с автобуса у торгового центра. Поливаемые дождем, мы бросились к синеплексу через дорогу. На стене сбоку висел огромный плакат, изображавший зомби с налитыми кровью глазами и разинутым ртом. Клочья человеческой кожи свисали с его гниющих зубов.

У меня свело желудок.

— Забудь про попкорн, можешь не покупать, — простонал я.

Мы оплатили билеты. Карен купила себе гигантский стакан попкорна. После чего мы прошли в кинозал.

Там не было ни души.

— Странно, — сказал я, когда мы шли по проходу. — Это же, вроде, суперхит? Где же все?

— Ну и здорово, — отвечала Карен, сворачивая во второй ряд. — Не придется смотреть на экран поверх чьей-нибудь башки.

— Наверное. — По правде говоря, меня не волновало, будет ли мне что-нибудь видно. Я бы рад и вовсе ничего не увидеть. Вот бы сюда завалилась веселая компания двухметровых баскетболистов, села впереди и совершенно перекрыла обзор!

Прошло две минуты. Никто не пришел и перед нами не сел. Никто даже не зашел в зал.

Я огляделся. Все что я видел — бескрайние ряды пустых кресел. Это уже не просто странно, подумал я. Это неправильно. Совсем неправильно.

А потом я услышал это. Низкий скрип. Скрип становился все громче.

Я подскочил, услышав грохот.

— Что это было?! — выдохнул я.

— Я вижу зомби! — завопила Карен. — Беги! Спасайся!

— Где! Где! — вскричал я.

Она захохотала.

— Остынь, Майк. Это же просто дверь закрыли. Только и всего.

Я оглянулся через плечо. Карен была права. Кто-то захлопнул дверь. Теперь в зале стало еще темнее. Я поглубже вжался в сидение.

— Мы тут по-прежнему совсем одни.

— Ну и что? — спросила Карен.

— Это бессмыслица какая-то, вот что! — крикнул я. — Это сейчас самый популярный фильм в стране. А мы тут совсем одни. Куда все подевались?

— Да кого это волнует? — Карен запихнула в рот полную пригоршню маслянистого попкорна. — Вот и классно, что тут ни души, — пробубнила она, пережевывая еще одну горсть. — Все места — наши.

Не нужны мне были все места. Мне и вовсе не хотелось тут находиться.

— У меня реально жуткое ощущение, Карен. Думаю, мы…

— Цыц! — шикнула она. — Начинается!

Свет окончательно погас. Через несколько секунд по экрану заскользили размытые темные фигуры. Из динамиков послышался тихий пугающий стон.

А что, рекламы не будет? — подумал я. И анонсов новых фильмов — тоже? Да что же здесь творится?

А потом я услышал голоса. Детские голоса.

Экран стал ярче. Трое ребят примерно моего возраста гуляли по парку, смеясь и подтрунивая друг над дружкой. Один из них уронил свой рюкзак. Оттуда вывалились тетрадки и листочки. Ребята остановились их подобрать.

Стенания становились все громче, но ребята этого не замечали. Камера переместилась в заросли кустов у них за спиной.

Мое сердце заколотилось.

Кусты зашелестели. Чья-то рука отодвинула в сторону ветки. Человеческая рука, с черной землей, забившейся под длинные, обломанные ногти.

Черная земля — из разрытой могилы.

Я съежился, когда из кустов выглянуло безобразное лицо. А потом еще одно. И еще.

Кожа на лицах была зеленой. У одного нос был совершенно черен от грязи. Но потом, в то время, как они разглядывали ребят, я кое-что заметил.

Нос не почернел от грязи. Он попросту отсутствовал. Посреди лица у зомби зияла черная каверна.

Это всего лишь грим, напомнил я себе. Это всего лишь кино!

Зомби заворчали.

Это было голодное ворчание.

Карен пихнула меня в бок.

— Приготовься, — прошептала она. — Они съедят их первыми. Им нужно есть людей, чтобы оставаться живыми, ты знаешь.

— Не напоминай, — буркнул я, вцепившись в подлокотники.

Зомби раздвинули кусты и вывалились на открытое место. Камера приблизилась к лицу безносого зомби.

Когда он жадно уставился на ребят, один из его глаз вывалился из глазницы.

Меня чуть не вывернуло. О Боже! — подумал я. Как же я позволил Карен уболтать меня на это?

На экране ребята повернули головы. Их глаза широко раскрылись от ужаса. Зомби нависли над ними, стеная и причмокивая гниющими, распухшими губами.

Я знал, что будет дальше. И не хотел этого видеть. Когда ребята в ужасе завопили, я изо всех сил зажмурился.

Душераздирающие крики не умолкали.

Я хотел уже зажать уши, но крик резко оборвался. Потом я услышал странный звук, словно смялся пластиковый пакет.