Город разбитых надежд
Шрифт:
Купив билет на ближайший рейс, присела в зале ожидания. Вещей у меня с собой нет, только клатч с паспортом и документами на машину. Посмотрела на дисплей мобильного телефона, в очередной раз увидев номер звонящего абонента. Доминик… Зачем же он мучает меня? Трубку не беру. Ни хочу больше лжи и фальши.
— Бель, девочка! А ты куда летишь? Или ждешь кого-то? — весело проговорил Алекс Ванрей, подходя и присаживаясь рядом со мной.
— Уезжаю, господин Ванрей. — устало сообщила ему я. Говорить не хотелось вообще. Ни с кем. В груди была пустота. Хотелось просто сжаться в комочек, зажмуриться, скрыться от мира и больше никогда никого не видеть.
— Бель, ну какой я для тебя господин, красавица моя. Ты же мне как дочка, хоть и не виделись давно… Называй меня дядя Алекс. Ну или просто Алекс. — искренне и по-доброму улыбнулся мне старый друг моего папы.
— Хорошо, дядя Алекс. — не смогла проигнорировать то тепло, что шло от этого человека.
— А ты куда летишь? На долго?
— Эээ… в Сидней. — прочитала я на билете пункт назначения, так как до этого мне было абсолютно все равно куда направляться, главное сбежать отсюда.
— О! Это замечательно! У меня не далеко от Сиднея есть домик на краю океана. Приглашаю к себе. Обещаю вниманием не донимать. Что скажешь, девочка? Порадуешь старика, примешь приглашение? — хитро улыбнулся мне Алекс.
Конечно, это не самая лучшая идея, но, с другой стороны, кто-то знакомый рядом — это всегда легче.
— С радостью! — без особых эмоций ответила я, пытаясь выдавить улыбку.
Уже сидя в самолете написала смс-сообщение Карине, чтобы не переживала за меня и не искала. Обещала ей набрать через несколько дней и все подробно рассказать.
После этого, не дожидаясь ответа, выключила мобильный и закинула его в сумочку.
И вот мы поднимаемся в воздух, а я бросаю последний взгляд на этот город. Город, где слишком много было боли и отчаяния, слишком много предательства и лжи. Всего слишком много..
Он скрывается за облаками, и я закрываю шторки. Закрывая глаза и мысленно молясь за этот город разбитых надежд. Такой родной и теперь такой далекий…