Чтение онлайн

Кремер нетерпеливо хрюкнул и заерзал в кресле.

– Я уже заканчиваю, – заметил Вульф. – В присутствии мисс Мерфи вы не могли открыть коробку. А потом приехали полицейские. Вам, должно быть, пришлось несладко. При первой же возможности вы взломали коробку, и я могу только догадываться, насколько велико было ваше разочарование, когда вы убедились, что баночки в ней нет. В коробке лежали только детские пинетки и конверт! Вы попали в переплет и от страха совершили глупую ошибку. Ясно, что вам не хотелось оставлять у себя коробку, что вы должны были от нее избавляться, но почему, черт возьми, вам взбрело в голову отправить ее инспектору Кремеру?

Почему было просто не выбросить ее в реку? Думаю, что, прочитав содержимое конверта, вы решили, что полиция заподозрит в убийстве Филипа и Гатри Джадда. Тут вы сами себя посадили в лужу. Вместо того чтобы навести подозрение на Филипа и Джадда, вы своим поступком отмели их – разве мог кто-то из них, будь они повинны в убийстве, отправить коробку в полицию? Очевидно, что это сделал кто-то иной.

Гвендолин Йейтс сидела, словно воды в рот набрав.

Она смотрела прямо перед собой и даже не пыталась жестикулировать или кричать о том, что Вульф лжет.

Словом, держалась с достоинством.

– Но сейчас вы, разумеется, собрались с мыслями, – продолжал Вульф, в голосе которого прозвучало уважение. – Вы уже поняли, что я не в состоянии доказать ничего из сказанного. Я не могу доказать, что именно сказал вам Тингли, как не в состоянии установить точное время вашего возвращения домой или то, что именно вы отправили коробку в полицию, мистеру Кремеру. Я даже не могу доказать, что в восемь вечера в кабинете Тингли не было никого, кто мог бы сымитировать его голос. Словом, я не могу доказать ничего. Кроме одного.

Он отодвинул кресло назад, извлек что-то из ящика стола, встал, обогнул стол, подошел к Кэрри Мерфи и предъявил ей какой-то предмет.

Пожалуйста, посмотрите внимательно, мисс Мерфи. Как вы видите, это баночка, заполненная на две трети. На маленькой белой этикетке карандашом выведено: «одиннадцать, тире, четырнадцать, тире, и краткое». Говорит ли это вам о чем-нибудь? Означает ли «и краткое» – Йейтс? Посмотрите…

Но Кэрри не успела даже рта раскрыть, как мисс Йейтс, сидевшая в восьми футах от нее, молнией взметнулась с кресла и, стараясь выхватить из руки Вульфа баночку, едва не высадила ему глаз. Вульф попытался было схватить ее за руку, но промахнулся, однако ближайший к Гвендолин сыщик успел подскочить сзади и заломил ей руки за спину.

Мисс Йейтс только заверещала, глядя прямо на Вульфа безумными глазами:

– Где она была?

Вульф рассказал…

Мы сидели и уписывали потрясающий ужин, когда в дверь позвонили. Я пошел открывать.

Вошедшей парочке явно требовалось чем-то взбодриться. Леонард Клифф выглядел как подвыпивший покойник, а Эми Данкен была бледна как смерть, одутловатая, с налитыми кровью глазами.

– Мы должны поговорить с мистером Вульфом, – заявил Клифф. – Мы только что были у адвоката, и он сказал…

– Его это не интересует, – отрезал я. – Он больше не занимается этим делом. Все. Конец. Баста.

Эми ойкнула. Клифф схватил меня за руку.

– Не может быть! Это невозможно! Где он?

– Ужинает. Кстати говоря, я пытался до вас дозвониться. Есть кое-какие новости. Мисс Йейтс арестована: ее только что увели прямо отсюда. Мистер Вульф хотел бы, чтобы ее осудили за то, что она подсыпала ему хинин, а вот полицейские предпочитают, чтобы она понесла наказание за убийство. Она виновна и в том и в другом.

– Что!

– Что?

– Угу, – небрежно махнул рукой я. – Я нашел улики. Дело закрыто. Больше ваши фотографии в газетах не появятся.

– Вы хотите сказать, что она… они… это… мы…

– Да, можно и так сказать. Словом, операция блестяще завершена. Вы теперь снова – простые сограждане.

Они ошарашенно уставились на меня, потом переглянулись, а в следующий миг упали друг к другу в объятия. Учитывая состояние, в котором оба пребывали, это было им на пользу. Я стоял и терпеливо смотрел на них. Наконец, не выдержав, прокашлялся. Ни один из парочки даже ухом не повел.

– Когда устанете вот так стоять, – сказал я, – имейте в виду, что в кабинете есть одно кресло, способное уместить вас обоих. Мы присоединимся к вам после ужина.

Я вернулся помочь Вульфу расправиться с бекасом, зажаренным в бренди.