Чтение онлайн

Старая Мэг со вздохом кивнула:

– Да, конечно. И если ты не можешь вынести их из дома сама, то я позабочусь, чтобы они попали в твои руки.

– Спасибо, Мэгги. Для меня будет большим утешением хранить эти вещи у себя.

– Неужели ты и впрямь собралась замуж за этого болвана без подбородка?

– Да, собралась. Они хотят, чтобы я вышла за него замуж, и на сей раз я собираюсь сделать так, как они мне говорят. Чтобы не разочаровать их. Как я уже сказала, мне почти двадцать два года, а за мной до сих пор еще никто не ухаживал. И я еще даже ни с кем по-настоящему не целовалась. – Сесилия представила, как ее будет целовать сэр Фергус, и от одной этой мысли ей стало плохо. – Мэгги, я мечтаю о детях, а для этого нужен муж. Уверена, что все будет хорошо.

По глазам Старой Мэг стало понятно, что у нее на сей счет было другое мнение. Но она кивнула и тихо промолвила:

– Нам надо молиться, чтобы дети, о которых ты так мечтаешь, не унаследовали его подбородок.

– Что ж, по крайней мере, ты выглядишь подобающе.

Сесилия робко улыбнулась, решив принять эти слова Анабеллы за комплимент. Она опустила глаза, стараясь не смотреть на изысканное золотое ожерелье с гранатами, красовавшееся на шее Анабеллы. Сесилия прекрасно знала, что это ожерелье отец преподнес ее матери в день свадьбы. Эта вещь напоминала о прошедших временах и о любви, которая соединила когда-то ее отца и мать. На сердце у девушки стало очень тяжело. Она с горечью подумала о том, что скоро выйдет замуж за человека, которого – в том не могло быть сомнений – никогда не сможет полюбить.

Сесилия окинула взглядом людей, собравшихся в зале на пиру. Этот пир знаменовал начало двухнедельных празднеств, которые должны были закончиться ее свадьбой с сэром Фергусом Огилви. Девушка почти никого не знала из гостей, потому что ей редко позволяли принимать участие в пирах или выезжать в гости вместе со своими родственниками. Она подозревала, что все люди, собравшиеся сейчас на пиршество, явились сюда лишь для того, чтобы всласть поесть, выпить и вдоволь поохотиться в чужих владениях.

Заметив своего жениха, Сесилия невольно вздохнула. Он стоял рядом с двумя мужчинами и разговаривал. Все трое казались очень важными и надутыми. Сесилия вдруг осознала, что ей совсем не интересно, о чем они беседуют. Она подозревала, что это очень плохой знак, не сулящий ей ничего хорошего в будущем. Ведь бесспорно, что жена должна разделять интересы своего мужа и интересоваться его делами.

Пока Анабелла рассказывала ей о каждом из гостей – кто они такие, откуда приехали и почему так важно потакать их малейшим капризам, – девушка добросовестно пыталась найти в своем женихе хоть что-то привлекательное. Он не урод, но также и не красавец. У сэра Фергуса и впрямь был очень уж невыразительный подбородок и слишком длинный и тонкий нос. А его темные волосы уже изрядно поредели. Впрочем, Сесилия отметила, что цвет глаз у него довольно приятный – зеленовато-коричневый. Но глаза были маленькие, а ресницы – редкие и очень короткие. Убедив себя в том, что у ее жениха хорошая осанка и что он щегольски одет, Сесилия вздохнула с облегчением – ей все-таки удалось отыскать хоть что-то положительное. Так что можно было сделать ему комплимент, если в том возникнет необходимость.

– Ты меня слушаешь? – Анабелла повысила голос. – Учти, это очень важно. Очень скоро ты будешь общаться с этими людьми.

Взглянув на Анабеллу, Сесилия насторожилась. Что-то снова вывело ее опекуншу из себя. Было видно, что Анабелла с трудом сдерживалась, и у девушки сердце ушло в пятки. Она лихорадочно пыталась вспомнить хоть что-нибудь из того, что говорила ей сейчас эта женщина. Анабелла ясно давала понять: ей очень хочется, чтобы этот брак состоялся. Значит, у нее, у Сесилии, просто не было выхода – что бы она ни думала про сэра Фергуса. Да, она прекрасно понимала, что ее вынудили бы вступить в этот брак, даже если бы она не дала своего согласия.

– У сэра Фергуса очень хорошая осанка, – пробормотала Сесилия.

– Да-да, он прекрасный человек. Ты будешь им гордиться.

У Сесилии имелись очень большие сомнения на сей счет, но она послушно кивнула:

– Конечно, буду гордиться.

– И я надеюсь, что ты станешь ему хорошей женой, – продолжила Анабелла. – Правда, у тебя далеко не ангельский характер, так что тебе надо запомнить следующее: хорошая жена внимательно относится ко всем пожеланиям и приказаниям мужа, ее долг – ублажать супруга во всем, а также быть покорной, милой и любезной.

Выслушивая эти скучные нравоучения, Сесилия сделала вывод о том, что замужество – настоящая пытка и сущий ад для женщины.

– Ты должна вести домашнее хозяйство и содержать все в идеальном порядке. Следить, чтобы еду готовили вовремя и вкусно, чтобы белье было чистым и свежим, а слуги – прекрасно обучены и исполнительны.

Сесилия решила, что домашнее хозяйство может представлять для нее некоторую трудность, потому что Анабелла никогда не учила ее этому. Но девушка, проявив благоразумие, предпочла воздержаться от комментариев; она была достаточно наблюдательной и имела представление о том, что необходимо делать, чтобы вести хозяйство. И все же Сесилия очень сомневалась, что сумеет угодить мужу. Разумеется, она кое-что умела, но едва ли сэр Фергус оценит это по достоинству. Напротив, он, наверное, будет неприятно удивлен, узнав, что его невеста умеет стирать белье и выгребать навоз из конюшен.

– Хорошая жена относится терпимо к слабостям мужа, – продолжала тем временем Анабелла.

Что-то подсказывало Сесилии, что у сэра Фергуса имелось множество этих самых слабостей, но она запретила себе думать об этом – ведь ей совсем скоро предстояло стать его женой. Да-да, ей следовало находить в этом человеке только хорошее. И конечно же, следовало смириться со своей участью.

– Кроме того, хорошая жена закрывает глаза на частые уходы мужа, на других женщин…

– Других женщин? Каких других женщин? – Сесилия с удивлением посмотрела на Анабеллу – это был какой-то новый поворот сюжета в изрядно надоевшей теме.

Анабелла вздохнула и округлила свои большие голубые глаза – предмет ее особой гордости.

– Мужчины – похотливые животные, моя девочка. Они испытывают вожделение к любой женщине, на которой останавливается их взгляд. Но супруга должна смотреть сквозь пальцы на подобные вещи.

– Но почему? Не понимаю… Ведь муж дает такой же священный обет перед Богом, как и жена. Выполнять свои клятвы – его долг.

Анабелла начала озираться по сторонам. Убедившись, что на них никто не смотрел, она схватила девушку за руку и увлекла ее в уголок, подальше от гостей.

– Не будь глупой. Мужчины не способны на верность. Они считают своим неотъемлемым правом спать с любой женщиной – с кем заблагорассудится.

– Но мой отец хранил верность моей матери.

– Откуда ты можешь это знать, а? Ты была еще слишком мала. Поверь мне на слово: ты будешь только рада, что твой муж удовлетворяет свое сладострастие на стороне и не слишком часто тебя беспокоит. Потому что это – постыдное и отвратительное занятие, от которого только мужчины способны получать удовольствие. Мужчины почему-то считают, что у них должен быть целый выводок сыновей, и тебя так утомит необходимость пускать мужа в свою постель, что любая передышка обрадует.