Голубая кровь
Шрифт:
Спорить больше Петр не стал, а развел огонь и быстро приготовил завтрак. Доели остатки вчерашнего рагу, напились горячего чаю. Лепешки у них кончились, и Фомич пообещал:
– Вот немного передохну и тогда покухарничаю. Напеку оладий, ощиплю птичек. Как вернешься – пир устроим. У меня еще целая фляжка спиртянского осталась.
Накинув армейскую плащ-палатку и захватив с собой все необходимое, Петр вышел под проливной дождь. Найдя отмеченное Фомичом место, стал оттаскивать в сторону камни; когда полностью его расчистил, принялся долбить киркой и копать лопатой. Брезентовый плащ и резиновые сапоги хорошо спасали от влаги, работа шла споро.
Опытный старатель, Фомич, как всегда, оказался прав. Первая же, сделанная им проба грунта дала отличный результат – четыре мелких самородка и один размером в небольшое птичье яичко. Петр с азартом продолжал работать, пока не промокла спина и не набрали воды в сапоги. К этому времени – три крупных самородка и два десятка мелких.
Но хватит, пожалуй, а то и заболеть можно! Петр обуздал свой азарт – пора возвращаться. Старика он застал у пылающего костра – готовил еду. Но цвет лица у него землистый, движения замедленные, лучше ему не стало.
– Ну как успехи? – спросил Фомич, не отрываясь от своего занятия. Нашел там что-нибудь?
Петр молча, не раздеваясь высыпал перед ним найденные самородки, скинул мокрую плащ-палатку, снял сапоги, вылил из них воду. Обтеревшись полотенцем, надел на себя все сухое, а промокшую одежду разложил поблизости от костра.
За это время Фомич, отварив куропаток, уже слил горячую воду и с удовольствием рассматривал их новую добычу.
– Доброе золотишко! – заключил он, ссыпая его в холщовой мешочек. – Очень похоже, что здесь вся земелька богатая. Самое место для прииска! И все же не успокоюсь, пока не доберусь до главной жилы, которую открыли мы с Лукой. Иначе он мне этого, – суеверно перекрестился Фомич, – ни в жисть не простит!
Постелил на походный столик салфетку, поставил миску с куропатками, тарелку с горячими лепешками, разлил в стаканы разведенный спирт.
– Ну что ж, Петя, теперь можно пропустить по чарочке за наш успех! – И чокнулся с ним стаканом. – Цель-то нами еще не достигнута, но результат уже есть! Пустыми не вернемся.
– А зачем нам еще чего-то искать, Фомич? – вернулся к своему Петр, когда выпили и закусили. – Сам же говоришь – здесь, где мы нашли золото, промышленную добычу вести можно.
Окинув критическим взглядом неблагоустроенное жилище и скудные запасы, серьезно предложил:
– Давай намоем еще столько золота, сколько сможем на себе унести, оставим здесь инструмент и оборудование – и домой!
Фомич молча ел. Тогда Петр добавил:
– Оформим все необходимые документы, хорошо подготовим новую экспедицию и вернемся – будем заниматься добычей золота на промышленной основе.
Старик с задумчивым видом продолжал жевать, – что же он, не слушает? Тут Фомич словно очнулся.
– Может, ты и дело говоришь, Петя. Только я отсюда не уйду, пока не отыщу нашу с Лукой жилку! Ты бы меня понял, если б всю жизнь, как я, поколесил по тайге. – И с какой-то мрачной убежденностью заключил: – Должен я довести до конца то, о чем мечтал всю жизнь! Даже если суждено мне лечь в эту землю…
Петр справедливо решил, что спорить с ним бесполезно. Он-то не согласен – нет у них надлежащей базы для продолжения работ. Но ему и в голову не приходило, что Фомич произнес вещие слова.