Чтение онлайн

Милли – жена Хью – всю жизнь провела на ферме и требовала, чтобы охотники сами ощипывали добычу. А потому все трое уселись на скамье, сколоченной специально для этой цели, и принялись за работу, лениво перебрасываясь фразами о том о сем.

Росс взял острые ножницы и начал отрезать фазану крылья: близко к тушке, как учил дядя, и складывая разные куски в отдельные пластиковые пакеты – для супа, для жаркого и в отходы.

Роб поднял отрезанную голову птицы и закрякал, заставив брата рассмеяться. Росс ненадолго отвлекся и задел большим пальцем за обломок фазаньей кости.

– Черт, – выругался мужчина, заметив выступившую каплю крови.

– Ты же знаешь, надо быть внимательнее, – укоризненно заметил Хью.

– Да, да. Во всем виноват этот балбес.

Пока Росс свежевал фазана, их кровь смешалась.

Закончив работу, братья отмыли птичьи тушки в ледяной воде из колодца и понесли их в дом.

Женщины собрались на большой кухне. В воздухе витали ароматы выпечки. От очага исходило тепло.

Росс застыл, наслаждаясь этим зрелищем, идеально соответствующим понятию домашнего уюта. Затем сложил добычу на широкий стол, подхватил свою тридцатидевятилетнюю жену и закружил в объятиях, заставив ее рассмеяться.

– С возвращением, охотнички! – поприветствовала их Энджи, чмокнув мужа в щеку.

При виде груды тушек Милли одобрительно кивнула так, что собранные в пучок на голове рыжие кудри едва не рассыпались от энергичного жеста.

– Достаточно, чтобы зажарить на праздничный ужин, да еще и останется. Как насчет пирога с мясом птицы? Насколько помню, ты от него без ума, Робби.

– Пожалуй, нужно пойти подстрелить еще парочку фазанов, чтобы и остальным хватило, – ухмыльнулся в ответ мужчина, похлопав себя по животу, который нависал над ремнем.

– Раз ты собираешься выставить себя обжорой, придется нагрузить тебя работой, – заявила жена Роба Джейн, ткнув мужа пальцем в бок.

– Хорошая мысль, – согласилась Милли. – Хью, вытащите с ребятами длинный стол в большой зал и накройте скатертью к празднику. Той, что с кружевами. И поставьте нарядные подсвечники. А еще достаньте из кладовки дополнительные стулья.

– Только ты ведь все равно заставишь потом передвинуть, куда бы я их ни приткнул.

– Тем более лучше побыстрее приступить к работе, – рассеянно отозвалась Милли, не отрывая взгляда от фазанов и потирая руки. – Что же, дамы, давайте отправим наших мужчин и сами займемся делом.

Позже вся счастливая семья собралась за ужином, чтобы насладиться пиршеством: жареными фазанами, приправленными эстрагоном и шалфеем, начиненными апельсинами, яблоками и луком-шалотом; запеченным картофелем, томатами и морковью, а также горошком и ржаным хлебом из печи с фермерским маслом.

Последнюю трапезу года дополнили две бутылки дорогого шампанского, которое Росс с Энджи привезли из Нью-Йорка как раз на такой случай.

За окнами падал легкий пушистый снег, когда все начали прибираться и мыть посуду, сияя от предвкушения предстоящего праздника. Женщины принялись зажигать свечи и выставлять на стол приготовленную в течение двух дней еду, бутылки вина, виски и шампанского. Традиционные угощения, такие как ячменные булочки, хаггис [4] и местные сыры, всегда подавали в канун Нового года.

Кое-кто из соседей и друзей явился еще до полуночи, чтобы посплетничать за едой и напитками, притопывая ногой в такт звукам волынки и скрипок. К тому времени, как старые часы на стене начали отбивать двенадцать, дом был наполнен музыкой, разговорами и приятной компанией.

С последним ударом уходящий год умер, и собравшиеся гости приветствовали наступление нового года криками, поцелуями и тостами. Постепенно все голоса слились в песне «Старое доброе время» [5] .

Росс с теплом следил за происходящим, одной рукой прижимая к себе Энджи, а другую положив на плечо брату.

Когда отзвучала песня и все подняли бокалы, входная дверь широко распахнулась.

– Первый гость! – воскликнул кто-то.

Росс уставился в темный проем, ожидая появления одного из сыновей Фрейзера или Делроя Макгрудера. Все они были хорошо воспитанными темноволосыми юношами, как и требовала традиция. Первый, кто переступит порог в новом году, должен обладать этими качествами, чтобы принести удачу.

Но в дом проникли лишь несколько снежинок, порыв ветра и непроглядная темнота, какая бывает только в сельской местности.

Росс стоял ближе всех к двери, а потому подошел к выходу, выглянул наружу и шагнул на крыльцо. Пробежавший по спине мороз мужчина воспринял как следствие царящего на улице холода и странной, выжидающей тишины.

Сам воздух замер.

Показалось или на самом деле раздался шорох крыльев и протянулась длинная тень – чернильно-черная на фоне темноты?

Росс Маклеод вздрогнул и шагнул обратно в дом. Мужчина, которому не суждено было насладиться следующим праздничным ужином и поприветствовать следующий новый год, оказался первым, кто переступил порог.

– Наверное, неплотно закрыли дверь, – произнес он, спеша к камину, чтобы согреться.

Возле огня сидела пожилая женщина – прабабушка молодых Фрейзеров. Она куталась в теплую шаль. Рядом лежал костыль.

– Вам принести виски, миссис Фрейзер? – вежливо предложил Росс.

Собеседница неожиданно крепко схватила его за руку своими тонкими, в старческих пятнах пальцами. Темные глаза впились в лицо мужчины.

– Все уже забыли то, что было предсказано много лет назад, – проскрипела она.

– Что же?

– Щит будет разрушен, а завеса порвана с помощью крови Туат Де Дананн [6] . Грядут конец и беда, распри и ужас – начало и свет. Не думала, что доживу до этого времени.

Росс мягко и снисходительно потрепал ее по руке. Кое-кто говорил, что в миссис Фрейзер течет кровь фейри. Другие считали старуху выжившей из ума. Однако от ее слов по спине снова пробежал холодок, а волосы на затылке встали дыбом.

– И ты станешь всему причиной, дитя древних.