Герцог Ворон

Annotation

Асхан.

Величайшее сокровище первородной богини Асхи.

Почти тысяча лет прошло с тех времен, как Сар-Илам начал эру магии и мир вновь стоит на пороге гибели. Темный мессия скоро должен появится на свет и весь мир замер в ожидании его появления.

В то же время в герцогстве Ворона рождается мальчик, обладавший знаниями из совсем другого мира. Как он поступит, оказавшись на пороге катастрофы? Что-то изменит или останется в стороне? Появилась новая переменная и неизвестно как сложится её судьба.

Герцог Ворон

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Nota bene

Герцог Ворон

Глава 1

Рождение и осознание

Ильда, месяц Смеющегося ветра, 949 год Седьмого Дракона.

Резиденция герцогов Воронов, Пик Воронов, Герцогство Воронов, Священная империя Грифона.

Рождение это больно.

Просто невероятно больно.

Откуда я это знаю?

Так все это ощущал всего пару часов назад, испытывая такой букет ощущений, что описать ругательств не хватит. И это у меня, выросшего не в самой культурной компании, человека. Я часто слышал, как женщины в разговорах о материнстве и беременности говорили, что роды это второе по боли действо, после сожжения на костре. Полностью с ними согласен. Но болезненное оно не только для матери, но и для самого ребенка.

И тот факт, что он в этот момент ничего не видит, ни капельки не помогает. Наоборот — делает только хуже. В один момент холодный и жесткий, будто ветер в сорокаградусный мороз, воздух обволакивает тебя, в нос, по ощущениям, бьют сотни незнакомых и противных запахов, уши наполняются криками десятков что-то говоривших женщин и мужчин, кожа начинает жечь так, будто сразу после утробы младенца купают в кипящем масле. Незабываемые ощущения.

Так что ничего удивительного, что стразу после того как из моих ноздрей и рта ушла находившаяся там слизь, я заорал как резанный. Мне, зараза, было больно! Очень больно!

Слава Богу или тому кто меня сюда засунул, что у младенцев во время рождения еще нормально не функционирует нервная система, иначе ощущаемая мной боль была бы гораздо сильнее. Ничего удивительного, что никто не помнит своего рождения. Психика человека устроена так, чтобы сделать все, чтобы отвратить его от плохих воспоминаний, которые могут привести к той же депрессии или психозам. А это сильно мешает жизни и размножению, основным биологическим задачам живого организма.

Вот так и поступил мой организм — поняв что его владелец сейчас заработает несколько психических травм и навсегда может остаться овощем, он меня вырубил и затер основную часть воспоминаний о произошедших событиях. И, повторюсь, слава Богу.

Так что очнулся я в следующий раз уже маленьким и беспомощным комочком, что было прогрессом по сравнению с прошлым агонизирующим овощем, что уже было который мог только орать.

Ведь одно из самых трудных испытаний в жизни любого человека — рождение, я прошел и впереди меня ждало лишь детство, не знаю, безрадостное или наоборот.

Кого меня, спрашиваете? Позвольте представится — Хромов Александр Васильевич, инженер-биотехнолог, работавший на производстве ликероводочного завода одного большого российского города, известного своими большими запасами соли и плохой погодой. Имя можете даже не запоминать, уверен в новом мире мне точно дадут новое. Главное чтоб не хуже первого — быть Акакием или Дележем, родись я в семье каких-нибудь коммунистов, мне точно не хотелось.

Попал я в эту, со всех сторон экстраординарную ситуацию, очень просто и банально.

Я умер.

Да, просто умер, как и любой человек, которому Вселенной был отведен его срок. Просто в один момент, когда я дома сидел за компьютером и играл в старую, но любимую, стратегию неожиданно появилась сильная, сдавливающая боль за грудиной, из ниоткуда появился страх, заболел локоть правой руки, заныли челюсть и шея, а сердце начало биться медленнее и стало трудно дышать. С трудом сопротивляясь страху, я быстро сопоставил происходящее в голове и мне сразу все стало понятно.

Инфаркт. Как по методичке. Не зря же я в университете курсы первой помощи посещал, для повышения квалификации. Правда это не сильно помогло.

Вызвал скорую. Те, к их чести, приехали достаточно быстро. Всего за 15 минут, что было даже быстрее их норматива. Отвезли в больницу, где молодой врач, всего на пару лет меня младше, быстро провел все анализы и дал наверно самый худший из них.

Инфаркт миокарда. Первый по внезапной смертности и смертельности вообще. Я уже было отчаялся, но врач меня успокоил и сказал, что мне повезло. При стационаре велики шансы купировать последствия некроза тканей сердца и продолжить жить дальше. Да, бегать как раньше я больше не буду, но и не сильно хотелось. Ведь главное остаться в живых.

Я было обрадовался, встал с кушетки, куда меня усадили, но последовал сильнейший укол в сердце и перед глазами все потемнело. Дальнейшее я помнил плохо и урывками. Громкие приказы врача, крики медсестёр, зычный голос старого хирурга… все это проплывало мимо меня. И в какой-то момент я просто упал во тьму.

Темнота поприветствовала меня пустотой.

Абсолютным ничто, в котором, словно сердце, билась огромная белоснежная точка.

То что произошло дальше я до сих пор объяснить не могу. Просто в какой-то момент я почувствовал, будто всю мою жизнь на глазах разобрали, просканировали и отбросили куда подальше.

Мои годы в детском доме, которые на удивление были хорошими. Созданный несколькими энтузиастами, при поддержке пары честных (что для российских 90-х было невероятной редкостью) бизнесменов средней руки, которые не дали мне сравнится в криминал и вырасти нормальным человеком.

Школа, где благодаря помощи парней из приюта, я больше учился, чем ерундой страдал.

Университет с моим любимым биологическим факультетом, где пользуясь соотношением девушек и парней 1 к 10, я знатно покуролесил. И чуть не вылетел, лишь чудом и заботой своего старосты (с которой позже встречался целых 5 лет) остался в университете.