Гер
Шрифт:
Прыжок, мир переворачивается, и темное помещение сменяется солнечным днем. Выбрались. Меф выскочил следом и через несколько секунд проход закрылся.
– Это было эпично, - заметил мужчина, сидя на асфальте в какой-то подворотне.
– Выбрались и хорошо. Спасибо, что пришел. Что с отрядом военных?
– Половину точно перебили, остальные разбежались.
– Киру видел?
– Нет.
– Тогда надо вернуться.
– В таком виде? Ты ходишь еле-ели. Давай хотя бы еды добудем.
– Хорошо, - сказал я спустя минуту размышлений.
– Как перчаткой то пользоваться?
– Для начала очисти ее от руки. Только здесь не выбрасывай, а то напугаешь кого-нибудь.
– Это понятно. А дальше?
– А дальше потребуется несколько чудовищ, чтобы зарядить. И лучше их подготовить заранее, а то артефакт высосет тебя.
– Эта штука разумная?
– покосился на устройство Меф.
– Скорее нет, чем да. Но точно голодная. Потом просто представляешь точку, куда хочешь попасть и вуаля.
– Будь проклята эта мистика.
Мужчина поднялся и сплюнул. Руку отодрать труда не составило и он припрятал ее между мусорными баками.
– Сиди здесь. Я найду магазин. Скоро вернусь.
Меф выглядел лучше, так что я кивнул. Мужчина ушел, а мне осталось только размышлять над случившимся. Голова раскалывалась, тело гудело, а желудок, такое чувство, что уже начал переваривать сам себя.
Нужно найти Киру и попробовать вернуться в цитадель. Что там, черт его дери, произошло и к чему это приведет?
Эпилог
Рябь захлопнулась и кротус остановился, не в силах понять, что делать дальше. В его мозгу четко прописался приказ, что запрещено переходить в другой мир.
Тем временем тело расстрелянного парня шевелилось, продолжая преобразовываться. Вместо оторванной руки появилась новая, абсолютно черная. Череп раздался вперед, а обычный рот сменился внушительной пастью.
Изменения шли еще долго, пока наконец существо не поднялось. При всем желание теперь в нем нельзя узнать человека.
Глаза наполнились ночью и в них клубилась лишь ненависть.
Встав во весь рост, существо мелко подрагивало, смотря в одну точку. Кротусы сначала обходили настороженно, а потом, словно пронзенные иглой, замерли и выстроились полукругом вокруг нового хозяина.
Конец первой книги. Всем спасибо.