Галактический следопыт
Шрифт:
«Что ж, Глэмфайр — довольно-таки унылый мир, на самом краю Ойкумены. Я связался с нашим торговым агентом в этом секторе и попросил его навести справки». Сэр Айвон вынул из ящика стола документ и передал его Хетцелю: «Вот его отчет».
Письмо было отправлено за месяц до встречи Хетцеля с Просекантом неким Урвиксом Ламборосом из космопорта Эстанс-Уно на планете Глэмфайр:
Сэру Айвону Просеканту
в усадьбе Харт на Луговине,
Харт, Дельта Рас-Альхага
Высокочтимый сэр Просекант!
Выполняя Ваше поручение, я выехал в Ультимо, где навел соответствующие справки среди местных жителей. Партии продукции поступали на склад компании „Истагам“ 19 марта, 4 мая и 6 июля по стандартному ойкуменическому календарю. Затем я расспросил работников космопорта Ультимо, где приземляются звездолеты компаний „Кругг“ и „Красный грифон“, а иногда и компании „Озирис“. Непосредственно перед наступлением вышеупомянутых дат доставки продукции в космопорте Ультимо производилась разгрузка следующих звездолетов:
12 марта „Паэско“ (компании „Красный грифон“)
17 марта „Бардиксон“ (компании „Кругг“)
3 мая „Фулиас“ (компании „Кругг“)
3 июля „Канзаспара“ (компании „Кругг“)
Мне не смогли сообщить, в каких портах загружались перечисленные корабли.
Надеюсь, что смогу и в дальнейшем оказывать Вам полезные услуги, и остаюсь, с глубочайшим почтением, Вашим надежным сотрудником,
Хетцель вернул письмо хозяину усадьбы. Сэр Айвон сказал: «Связавшись с работниками компании „Кругг“, я узнал, что каждый из трех последних кораблей из списка Ламбороса заходил в один и тот же порт». Сэр Айвон сделал драматическую паузу, чтобы подчеркнуть необычность дальнейшей информации: «Они загружались в порту Аксистиля на планете Маз».
Хетцель напряженно наклонился к собеседнику: «Маз?»
«По-видимому, вас это настораживает», — заметил сэр Айвон.
«Не столько настораживает, сколько удивляет и вызывает недоумение, — ответил Хетцель. — Кто может изготовлять микронные компоненты на Мазе?»
Сэр Айвон откинулся на спинку кресла: «Вот именно. Кто бы это мог быть? Гомазы? Какой абсурд! Лиссы? Олефракты? Уму непостижимо! Перед нами тайна, чреватая любопытнейшими последствиями».
Хетцель согласился: «Действительно, незаурядное дело».
На веранду вышла высокая женщина впечатляющей внешности в модном вечернем платье из складчатой коричневой, красной и золотистой материи, с плюмажем черных перьев над пересекающей лоб черной бархатной лентой. У нее были повелительные манеры, и она практически игнорировала Хетцеля, снова поднявшегося на ноги — сэр Айвон, с некоторой задержкой, последовал его примеру.
«Айвон, умоляю тебя, сделай что-нибудь! — воскликнула женщина. — Необходимо принять меры! Фелиция еще не вернулась из Грейторпа — несмотря на то, что, как тебе известно, я дала ей самые недвусмысленные указания».
«Да, дорогая, — отозвался сэр Айвон. — В свое время я этим займусь, но сейчас, как видишь, я занят неотложными делами». Промышленник покосился на Хетцеля, поколебался, после чего неохотно представил его супруге: «Это висфер [2] Майро Хетцель, частный детектив. Он проведет кое-какие расследования по поручению консорциума. Висфер Хетцель, позвольте представить вам леди Бонвенуту Просекант».
2
Висфер (сокращенно: «в-р») — первоначально «виасвар», пострижник древнего легиона Истины; со временем это звание превратилось в почтительное обращение к представителям низших слоев общества, неспособным претендовать на аристократическое происхождение.
«Возможность познакомиться с вами — большая честь», — поклонился Хетцель.
«Очень приятно,» — ледяным тоном обронила леди Бонвенута. Повернувшись к супругу, она сказала: «Вынуждена настаивать на том, чтобы ты серьезно поговорил с Фелицией. ВГрейторпе, как тебе известно, ошиваются сомнительные личности».
«Я так и сделаю».
Слегка наклонив голову, Леди Бонвенута попрощалась с Хетцелем и вернулась в усадьбу. Сэр Айвон и Хетцель снова уселись, и промышленник продолжил пояснения: «Таким образом, судя по всему, продукция компании „Истагам“ поставляется с планеты Маз — достопримечательное обстоятельство, мягко говоря».
«Несомненно. Что, в точности, вы хотели бы мне поручить?»
Сэр Айвон бросил на сыщика быстрый озадаченный взгляд, словно поражаясь наивности собеседника: «Первоочередная цель заключается в сборе информации. Наблюдается ли попытка лиссов или олефрактов проникнуть на ойкуменический рынок? Если это так, согласятся ли они покупать ойкуменические товары? А если это не так, кто стоит за компанией „Истагам“, кто на нее работает? И каким образом им удалось добиться такой невероятной экономии затрат на производство?»
«На первый взгляд, не слишком сложная задача».
Обняв себя руками, сэр Айвон созерцал вид, открывающийся с террасы: «Вряд ли следует лишний раз упоминать о том, что „Истагам“ представляет собой угрозу, которую в конечном счете придется устранить. Естественно, я не предлагаю саботаж или убийства по заказу, об этом не может быть речи. Тем не менее, у вас есть свои методы — именно благодаря их применению вы заслужили завидную репутацию».
Хетцель нахмурился: «Следует ли понимать ваши слова так, что, по вашему мнению, я заслужил репутацию убийцы и саботажника, что вызывает у вас зависть?»
Резко взглянув на сыщика, сэр Айвон решил проигнорировать бестактную шутку: «Еще один вопрос, который может быть связан или не связан с „Истагамом“. Время от времени я храню здесь, в Харте, кое-какие важные документы — обычно не дольше одного или двух дней, но иногда и в течение недели — для того, чтобы внимательно изучать их на досуге. Примерно три месяца тому назад у меня похитили портфель, содержавший ценную информацию об организации сбыта. Если эти бумаги попадут в руки конкурентов, они предоставят им существенные преимущества; для „Истагама“ получение этих сведений было бы равносильно обнаружению сокровища. Кража совершена мастерски; никто не видел преступника, он не оставил никаких следов, а я обнаружил хищение только тогда, когда решил еще раз просмотреть бумаги. Упоминаю об этом только для того, чтобы предупредить вас о возможном характере деятельности компании „Истагам“. На нее работают люди, явно неразборчивые в средствах».
«Учту ваше предупреждение со всей возможной серьезностью, — заверил промышленника Хетцель, — допуская, что вы доверите мне решение этой опасной и трудной задачи».
Сэр Айвон возвел очи к небу, будто взывая к звездам с мольбой о защите от алчности ненасытного следопыта. Опустив руку в карман, промышленник достал брошюру и передал ее Хетцелю: «Это карта Аксистиля, опубликованная на Мазе местным туристическим агентством. Как вы можете видеть, Аксистиль — небольшой населенный пункт. Пограничная площадь и Трискелион находятся в юрисдикции триархов. В Ойкуменическом секторе, обозначенном светло-зеленым цветом, расположены, в частности, космопорт, отель „Бейранион“, где вы остановитесь, и колония, известная под наименованием Собачьей слободы. Окраина Собачьей слободы — на территории гомазов, то есть не контролируется ойкуменическими властями; там скрываются уголовники, бродяги и прочий сброд. В секторе лиссов, светло-лиловом, лиссы содержат свой собственный космический порт. Сектор олефрактов раскрашен в светло-оранжевую полоску». Тон сэра Айвона стал искренним и дружелюбным: «Говорят, это поразительный город! Вероятно, во всей Галактике нет ничего подобного — место стыковки и взаимодействия трех межзвездных цивилизаций! Представьте себе!»
«Все это очень замечательно, — пожал плечами Хетцель. — Вернемся к вопросу о моем гонораре…»
Сэр Айвон умоляюще поднял руку: «Позвольте мне вкратце повторить то, что нам известно, и то, что вам предстоит узнать. Компания „Истагам“ поставляет продукцию через ойкуменический космопорт. Откуда берется эта продукция? По-видимому, существуют три возможности. Оборудование может производиться в Империи Лиссов, в Империи Олефрактов или непосредственно на Мазе. В том маловероятном случае, если лиссы или олефракты производят товары и пытаются сбывать их в Ойкумене, проблема становится исключительно трудноразрешимой. И лиссы, и олефракты ненавидят и боятся представителей других разумных рас; они ни в коем случае не допустят никакого возмещения в виде сбыта человеческой продукции на их территории и в их солнечных системах. Значит, остается Маз! Но опять же, это практически невероятно! У гомазов, несмотря на их достопримечательные свойства и способности, нет никакой дисциплины; невозможно представить себе группу воинов-гомазов, занятых конвейерной сборкой аппаратуры». Сэр Айвон развел руками: «Головоломка, достойная использования ваших талантов».