Чтение онлайн

Серов кивнул, не сводя взгляд с ущелья с уэдом. Потом сказал:

– Ты, Мартин, и ты, Абдалла, не раз говорили мне, что магрибцы не любят турок, а берберские племена питают ненависть к тем и другим. Если кабилы столь воинственны, не могли бы мы натравить их на людей Карамана? Мы дважды проходили мимо их деревень, и нас встречали камнями и стрелами. Но за нами той же дорогой шли турки и магрибцы! Мы бились с ними, и, быть может, кто-то из местных следил за этими сражениями. Во всяком случае, они слышали выстрелы и грохот взрывов.

– Слышали… Ну и что? – спросил Брюс Кук.

– Они же не идиоты. Легко понять, что мы отличаемся от турок и магрибцев. Мы их враги.

– Рразррази меня грром! Ты можешь говоррить яснее, капитан?

– Враг моего врага – мой друг, – пояснил Серов и бросил взгляд на мавра. – Скажи, Абдалла, быстро ли разносятся вести в этих горах? – Он кивнул в сторону потока. – Знают ли про нас в этом селении?

– Да, дон капитан. Мне знакомы главный тропы, но есть другой, тайный, свой у каждый плэмени. Новост здэс лэтит как птица.

– Если так, идем туда, – Серов решительно кивнул в сторону ущелья с рекой. – Далеко ли это селение?

– Солнцэ будэт спускатся к гора, пока дойдем.

– Значит, впереди вечер и вся ночь. За это время я успею придумать какую-нибудь провокацию.

– Прр… Хрр… Это что такое, капитан? – поинтересовался Хрипатый.

– Способ стравить кабилов с турками и магрибцами. Ну, парни, вперед! В дорогу!

Повернув в каньон с уэдом, они шли до вечера. Ущелье и текущая в нем река постепенно делались шире, скальные стены уже не выглядели такими отвесными и недоступными, и, вглядываясь в них, Серов замечал то темный зев пещеры, то намек на тропинку, то нависший над пропастью карниз. У подножия гор росла трава и неизменные сосны, но ближе к вечеру появились оливы, дикие или окультуренные, сказать было трудно – во всяком случае, ухоженными они не выглядели. Затем на горных склонах возникло нечто похожее на поля – крохотные клочки земли, засаженные какой-то зеленью. То был уже явный признак обитаемых мест, как и стены из дикого камня, предохранявшие почву от сползания в ущелье. К полям тянулись довольно широкие тропы, и по одной из них, на высоте двух сотен футов, брели, под присмотром мальчишки, четыре козы. Завидев вооруженных людей, пастушонок заторопился, бросил свое маленькое стадо и исчез за скалами.

– Отлично, – молвил Серов. – Он их предупредит.

– Прредупредит, – заметил боцман. – И нам на головы сбрросят камни пополам с деррьмом.

– Пусть бросают, только не в нас, а в басурман. Искусство стратегии, Боб, в том и состоит, чтобы подставить под камень чужую башку.

– Ты капитан, тебе виднее, – проворчал Хрипатый и смолк.

Деревня открылась за поворотом ущелья. Она оказалась большой, как и предупреждал Абдалла, и походила на прочие селения кабилов, виденные Серовым: сужавшийся кверху конус из домов-ячеек, прилепившийся к склону горы и увенчанный широкой каменной башней. Плоские крыши нижнего яруса, до которых было футов восемьдесят, охватывала серая лента парапета, подобного крепостной стене, и за нею толпились сотни две или три народа, большей частью вооруженные мужчины. Одни поспешно вытягивали приставные лестницы, другие подносили связки дротиков и стрел, а третьи разогревали смолу в огромных чанах, готовясь поприветствовать гостей.

Внизу, на речном берегу, лежали поля и огороды, скудные небольшие угодья, разбитые на тонком слое почвы, принесенной из более плодородных мест. В ботанике Серов смыслил мало и потому не мог сказать, что там со временем вырастет, морковка, капуста или какой-то экзотический овощ, но при виде культурных насаждений он хмыкнул с довольным видом и сказал:

– Не будем тревожить хозяев. Перейдем реку и встанем лагерем за теми скалами.

Поток здесь разливался шире и был не таким стремительным и бурным, как у входа в ущелье, однако течение могло сбить с ног. Реку перешли с трудом, погружаясь в воду где по колено, где по пояс, волоча за собой упиравшихся мулов. На узком восточном берегу поднимались утесы, служившие хорошим укрытием, и росли сосны, впившиеся корнями в каменистый грунт. Серов велел нарубить смолистых ветвей и разложить костер. Поужинали на виду у деревни, выставили часовых и легли спать, всем видом показывая, что доверяют опасному соседству.

Утром не вышли в дорогу, а сели завтракать, после чего Серов, сопровождаемый Куком и Хрипатым, осмотрел прибрежные скалы и назначил позиции стрелкам. Уэд, с его ледяной водой и быстрым течением, защищал их не хуже стен цитадели; преодолеть поток под обстрелом окажется задачей непростой. Был бы порох!.. Но ввиду скудных запасов придется отступать, и Серов, помня об этом, послал Абдаллу на разведку. Они могли ретироваться вдоль речного потока, скрываясь за утесами, или, бросив мулов, лезть по склону вверх, расположиться на горной вершине и скатывать на сарацинов камни. Наверняка имелись и другие варианты.

Абдалла удалился, а Серов вытащил зрительную трубу и начал изучать зеленые насаждения на другом берегу и плоские крыши деревни. К полям и огородам в это утро никто не спустился, лестницы были подняты, на нижнем ярусе дежурили воины с луками и копьями, а повыше тут и там виднелись кучки вооруженных кабилов. Должно быть, мужчины толковали о своих делах и о самом из них насущном – как бы спровадить незваных гостей? Отпустить ли с миром или устроить где-нибуть засаду и вышибить мозги?

Проблема, видимо, была серьезной, и кабилы совещались все утро напролет, пока не дождались гонца – наверняка из стражей, следивших за ущельем. После этого в деревне начался переполох, мужчины бросились к стене нижнего яруса, а через несколько минут из-за поворота стало выползать магрибское воинство.

Впереди шли араб с крупным пегим псом и турецкий старшина – видимо, невысокого ранга, если судить по дырявой епанче и сбитым сапогам. За этой парой нестройными рядами валили пираты, кто с мушкетом, кто с пистолетом, кто при холодном оружии. В головном отряде было с полсотни человек.

– Брюс, в собаку попадешь? – спросил Серов.

– Хоть в глаз, хоть в дырку в заднице, – послышалось в ответ.

– Османа тоже надо бы прикончить. Люк, справишься?

– Как Бог свят.

– Тогда стреляйте!

Грохнули два мушкета, пес завизжал, забился на земле, турок рухнул без звука. Передние ряды смешались, подались назад, послышались проклятия и крики. Затем, вне досягаемости выстрелов, появился турок поважней убитого и стал осматривать скалы и берег реки в подзорную трубу. Кабилы и их деревня его внимания не удостоились.

– Мортимер! – позвал Серов. – Видишь того турка?

– Да, капитан.

– Он ведь тебе не нравится?

– Гори я в пекле, если не так!

– Ну, покажи, как ты его не любишь.

Морти прыгнул на камень, спустил штаны и принялся мочиться, делая обеими руками непристойные жесты. Потом развернулся задом к реке хлопнул себя по ягодицам.

– Щас он тебя поцелует, – сказал Кактус Джо, заржал и, расстегивая пояс, тоже полез на камни.

– Вниз, – распорядился Серов. – Беритесь за оружие, и чтобы ни единый выстрел даром не пропал!

Турок – наверняка предводитель – выхватил саблю, указывая острием в водный поток. По камням с привычным звуком защелкали пули, сотня пиратов бросилась к реке, завывая и безжалостно топча посевы, и в деревне тоже взвыли. Боевой клич кабилов был дик и яростен; он раскатился эхом по ущелью, и казалось, что горы отзываются на вопль людей. Но даже сквозь этот адский шум Серов услышал, как хохочет Хрипатый Боб.