Чтение онлайн

– Ты же знаешь, что после нескольких стопок для него все становится «крайне срочно».

– Потому-то он такой хороший редактор.

– Пойду узнаю, вспомнит ли он, зачем ты ему понадобился, – хихикнула Джейн.

Она направилась в кабинет шефа, а в трубке послышалась мелодия «Голубого Дуная» – последнее изобретение телефонщиков. Техническая служба редакции очень им гордилась. Репортеры – кляли на все лады. Возможно, вальс Штрауса действовал успокаивающе на желающего дать в газету рекламное объявление. Но репортера, жаждущего передать сенсационное сообщение, раздражал. Какие уж тут вальсы, когда в голове вертятся заголовок вроде «Здание законодательного собрания сгорело дотла» или «Губернатор только что убежал с женой сенатора».

– Привет, Флетч, ты где? – прохрипел Френк Джефф.

Годы неограниченного потребления виски отразились на его голосовых связках.

– Доброе утро, многоуважаемый вождь. Я в кабинете бухгалтера отеля «Парк Уорт».

– А что ты там делаешь?

– Вчера вечером передал отсюда материал для первой полосы. Об открытии дирекцией ипподрома нового ночного клуба. Разве вы не видели этой статьи?

– О, да. Ее дали на тридцать девятой странице.

– Да это же невозможно.

– Слушай, ты, часом, не остановился в «Парк Уорт»?

– Нет. Просто заглянул в этот отель, чтобы вернуть двадцать пять тысяч долларов.

– Это хорошо. Только издатель, он же владелец нашей газеты, может позволить себе цены «Парк Уорта». Да и он не позволяет.

– Вы просили позвонить. Срочно.

– О, да.

Флетч ждал. Френк Джефф молчал.

– Эй, Френк? Вы хотите, чтобы я подобрал материал для другой статьи, раз уж я здесь? О чем пойдет речь?

Френк шумно выдохнул воздух.

– Полагаю, суть этой статьи в том, что... ты уволен.

Флетч помолчал. Глубоко вдохнул. Наконец, заговорил.

– А что еще новенького? Как жена, дети?

– Ты напортачил, Флетч. Напортачил. Крепко напортачил.

– И как мне это удалось?

– Я-то откуда знаю? Спроси что-нибудь полегче.

– А что я такого сделал?

– Процитировал человека, умершего два года тому назад.

– Не может быть.

– Тома Бредли.

– Я знаю, о ком вы говорите. Он – председатель совета директоров «Уэгнолл-Фиппс».

– Он уже два года как умер.

– Глупости. Во-первых, Френк, я не цитировал Бредли. Я даже не разговаривал с ним.

– Какое счастье.

– Я привел несколько фраз из его служебных записок.

– Недавних записок?

– Разумеется, недавних. Даты я указал в статье.

– Мертвые не пишут служебные записки, Флетч.

– А кто сказал, что он мертв?

– Сотрудники «Уэгнолл-Фиппс». Жена покойного. Ты поставил «Трибюн» в глупое положение, Флетч. Получается, что мы даем недостоверные сведения.

Флетч вдруг обнаружил, что сидит на стуле. Хотя и не помнил, что садился.

– Френк, должно же быть объяснение.

– Естественно. Ты передал непроверенную информацию. Это слабость молодых репортеров. А тебя поймали за руку.

– Френк, я давал выдержки из недавних служебных записок, с датами, подписанных «Ти-би». Я держал их в руках.

– Должно быть, есть другой «Ти-би». Короче, ты дал пустую, ни о чем статью об «Уэгнолл-Фиппс, Инкорпорейтед», с неоднократными ссылками на служебные записки Тома Бредли, ее руководителя, а теперь выясняется, что он два года как на том свете. Откровенно говоря, Флетчер, я рассердился. Неужели ты думаешь, что после подобных выкрутасов читатели будут верить даже прогнозу погоды, опубликованному в нашей газете? Я, конечно, понимаю, что бизнес – не твоя сфера, Флетч. Не следовало поручать тебе подготовку этой статьи. Но хороший репортер должен уметь написать о чем угодно.

Флетч положил бумажник на стол и вытер о штанину пот с левой ладони.

– Вот что мы сделаем, Флетч. Я отстраню тебя от работы. Ты писал неплохие статьи. И ты еще молод.

– Надолго отстраните?

– На три месяца? – в голосе редактора слышалась вопросительная интонация, словно он советовался с Флетчем.

– Три месяца! Френк, три месяца я не протяну. Мне надо платить алименты. Оплачивать купленную в кредит машину. А у меня нет ни цента.

– Может, тебе найти другую работу? Возможно, мое предложение не получит поддержки издателя. Я еще с ним не говорил. Вдруг он посчитает, что это слишком мягкое наказание.

– Какой ужас, Френк.

– Это точно. Тут над тобой все смеются. Такие проколы долго не забываются.

– Френк, я не чувствую за собой вины. Вы понимаете?

– Ты у нас не Жанна д'Арк.

– По крайней мере дайте мне шанс проверить мои источники информации.

– Проверить? – Френк Джефф хохотнул. – У святого Петра? Когда свяжешься с ним, дай мне знать.

– Ладно, Френк, я отстранен от работы, уволен или что?

– Пока считай, что отстранен, а дальше посмотрим, Наш издатель сейчас в Санта-Фе. А финансовый директор требует твоей головы. Возможно, тебя уволят. Позвони мне на следующей неделе.

– Спасибо, Френк.

– Эй, Флетч, если хочешь, я пошлю тебе чек с твоим недельным жалованием по почте. Джейн его отправит.

– Нет, не надо.

– Я думал, что после происшедшего, тебе не захочется приходить в редакцию.

– Ничего страшного. Я приду.

– Мужества тебе не занимать, Флетч. Если надумаешь придти, не забудь надеть футбольный шлем и прочую амуницию <Речь идет об американском футболе.>.

– »Узгнолл-Фиппс». Доброе утро.

– Мистера Чарлза Блейна, пожалуйста.

Флетчу удалось изгнать дрожь из голоса. Из кабинета бухгалтера отеля «Парк Уорт» он набрал номер «справочной» междугородных переговоров, а затем, использовав редакционную кредитную карточку, позвонил в «Уэгнолл-Фиппс». Пальцем он оттянул свитер от мокрой от пота груди.

– Приемная мистера Блейна.

– Мистер Блейн на работе?

– Сожалею, но мистер Блейн уже ушел.

Флетч глянул на часы.

– Но еще половина двенадцатого.