Финал глазами Карика

Рассказ Карика.

Рассказано и записано со слов Карика.

Я знал, что сознание вернется... Так уже не раз бывало... Но как же это больно!

Вспышка! Бьярни молодец, подготовил мне человека-донора.

В меру достойная вышла заготовка: не придется тратить много времени, восстанавливая свое могущество. Но при этом и никаких перегибов - защитить свой разум мое будущее тело не сможет... Теперь, правда, придется за ним приглядывать и не давать убить... Впрочем, можно просто усилить связь с надгробием, а дальше пусть сам разбирается. Если что, подберу новую заготовку.

Боль продолжает биться о барьеры сознания, а я формирую основу своей души. Когда придет время, я должен буду готов быстро занять свое место.

Вспышка! Номенос ходит рядом с зоной будущих испытаний, но пока не решается войти. Боится, что разбудит меня раньше времени.

Он всегда был таким - перестраховщиком, так и не научившимся рисковать ради самого главного. Как было в тот раз? Он умудрился подчинить себе тень, научился творить, но не остановился на этом... Два из двенадцати моих учеников не смогли преодолеть соблазн описываемого им будущего. Сам король теней решил вмешаться, став к нему плечом к плечу. Даже низшие боги и обычные смертные, наслушавшись его, усомнились в моем праве повелевать ими...

Я сам когда-то похожим образом пробился впервые к Сердцу мира и стал тем самым Кариком. Вот только в отличие от прошлого себя и Номеноса я умею рисковать. Пространственные врата были открыты, загорелись костры новых миров, и будущие марионетки устремились ко мне под руку. Жаль, что не получилось их всех подчинить и откат оказался слишком силен... Но это было не так важно: главное я сделал, Сердце мира оказалось закрыто, и воцарившийся вокруг хаос дарил надежду, что я успею восстановиться к тому моменту, когда придет время.

Вспышка! Медея возвела на трон нового императора.

Молодец - интересно, Номенос поймет, что часть его силы только что сменила хозяина? Впрочем, сейчас важнее, что появление официального верховного правителя остановит разрушение мира. Бьярни, конечно, постарался, удерживая в себе мою силу и не давая миру окончательно умереть, но его способности, конечно, не так уж и велики. Он справился, сильно вырос, но треть территорий оказалась утеряна. Ничего... Вот я вернусь, и все будет рано или поздно восстановлено.

Вспышка! Император Медеи спровоцировал запуск испытания.

А я еще не готов. Сознание слишком часто покидает меня, не давая закрепиться пусть даже в образе духа. Но все в итоге сложилось в мою пользу. Бьярни отправил ко мне заготовку, и я немного погулял по его снам, забирая причитающиеся мне части его души. Жаль только, что он быстро догадался, как это прекратить, но и так все, что нужно, я уже получил. Пусть живет, пусть верит, что его судьба еще принадлежит ему самому.

Вспышка! Номенос все не угомонится. Скрыл силу, чтобы мое беснующееся внешнее проявление его не тронуло, участвует в испытании...

Но он же не сможет принять мою силу, зачем он здесь? В памяти всплыла наша последняя встреча. Номенос стоит прямо передо мной: лицо наполовину серое, и взгляд как будто немного загнанный. Тяжело ему дался этот прорыв, пришлось слишком многое позволить своему теневому двойнику - вон он, почти пробился наружу.

– Ну и чего ты хочешь?
– я развеял созданное им облако смерти, уже успевшее разъесть пару сантиметров пола моего тронного зала.

– Свободы!
– ну, не дурак ли? Я же не мешал ему творить глупости, плести интриги... Занимался бы ими, или его свобода обязательно подразумевает мою смерть?

– Этот день будет для тебя последним!
– а вот и его подруга Аркадия показалась через открытый теневой портал. И как только мои запреты на их создание обошли?

Я бросил быстрый взгляд на девушку с пылающим взором. Между прочим, когда-то она была лучшей ученицей Медеи, подавала надежды, но влюбилась, и все пошло прахом.

Вспышка! Жница пробирается к Сердцу со своим ручным генералом.

Мое внешнее проявление хотело сожрать эту нахалку, узнав, кто ее учил. Но идущая по пути разума нашла, чем его умилостивить. Лишние проценты личности моей заготовки - буду считать, что этого хватит на три дня. Задержится - умрет. А мысли тем временем опять вернулись к прошлому...

Насколько же легко тогда было не допустить краха. Убил бы Номеноса, развеял Аркадию, и все. Но нет, я считал себя всесильным и поплатился.

– Ты думаешь, что неуязвим?
– они только что опробовали на мне свою новую совместную технику «призрачного воина». Забавное решение, но недостаточное, чтобы меня достать.

– Запускай артефакты!
– рявкнул Номенос, и тело скрутила боль, с тех пор так ни разу до конца меня и не оставившая.

Не знаю, где они откопали эту технику, кто им помог все подготовить, но результат не заставил себя ждать. Восемьдесят четыре пирамиды, расположенные в каждой из частей нашего мира, попытались отсечь его от меня. Где-то им это удалось, и те территории превратились в непролазное море хаоса, где-то это произошло лишь частично, так родились мертвые зоны, постепенно скатывающиеся в ничто. А где-то я сохранил контроль, и мир устоял.

– Неужели вы думали, что моя сила существует сама по себе? Тот, кто захочет победить меня, должен быть готов ее принять, или мир будет уничтожен. А вы? Решили, что стоите выше любых законов?

Мне никто не отвечал. Аркадию накрыл откат, обрекающий ее на медленную и необратимую смерть. А Номеноса просто подкосил результат. Он ведь на самом деле думал, что несет благо... И нет бы извлечь из этого урок и попытаться все исправить - вместо этого он обвинил во всем меня и еще долгие годы пытался преследовать и добить, мешая восстановить контроль над остатками мира. Возможно, хоть мне и не хочется это признавать, именно из-за него у меня не хватило сил все исправить.

Вспышка! Номенос подходит все ближе...

А я уже достаточно восстановил контроль, чтобы натравить свой дух на него. Здесь, в средоточии моей возвращающейся силы, у него не будет шанса спастись... Но этот хитрец подстраховался. Заполучил первую ученицу моей заготовки, вылечил и теперь забалтывает, убеждая в своей правоте... Я же, никем не видимый, стоял рядом и слушал.

– Посмотри на этот мир! Разве он стоит того, чтобы за него держаться? Что бы ни случилось, хуже уже точно не будет!