Фикс
Шрифт:
– Хорошо. Что ж, благодарю вас за информацию. Вы нам очень помогли.
– Мне нужно будет нанять адвоката? – вдруг выпалила Элли.
Ее вопрос смутил Алекс.
– На самом деле не мне давать вам советы в таких вопросах. Если у вашего мужа был свой юрист или вы знаете кого-нибудь, вам лучше проконсультироваться с ними.
Рассеянно кивнув, Элли снова просунула руку сквозь поручни и схватила руку мужа.
Через минуту вернулся Богарт.
– Всё в порядке, миссис Дабни, – сказал он. – Как сказала ваша дочь, сегодня к вечеру здесь будут все, кроме Натали.
– Натали живет в Париже. Я попробовала дозвониться до нее, но никто не ответил. А такое… такое я не могла оставить на автоответчике или отправить по электронной почте.
– Ваша дочь Джулис связалась с ней и объяснила положение дел. Натали постарается как можно быстрее прилететь сюда.
– Я просто не могу в это поверить, – пробормотала Элли. – Когда Уолт сегодня утром уходил из дома, все было… в полном порядке. А сейчас… – Она подняла взгляд. – Все рухнуло. Абсолютно все.
«Абсолютно все», – мысленно повторила Джеймисон.
Глава 4
Они приехали оттуда, где лежали мертвецы, туда, где лежали умирающие.
Наведя справки в регистратуре, Декер и Миллиган встретились с директором хосписа «Доминион» Салли Палмер. Та была потрясена известием о гибели Анны Беркшир.
– Она была здесь сегодня утром, – пробормотала она, глядя на своих посетителей.
Они находились в ее маленьком тесном кабинете.
– Так мы и предполагали, – сказал Декер. – Вот почему мы здесь. Мы увидели у нее на руке штамп с названием вашего хосписа.
– Да, таковы требования здешней службы безопасности.
– Вашему заведению требуются повышенные меры безопасности? – спросил Миллиган.
– Наши пациенты слабые, они находятся под воздействием сильных лекарственных препаратов, – Палмер строго посмотрела на него. – Они не могут постоять за себя. Эту задачу нам приходится брать на себя, и мы подходим к делу очень серьезно. Все посетители проходят проверку на входе. Штамп на руке хорошо виден, и мы каждый день меняем цвет. Таким образом, любой наш сотрудник с первого взгляда видит, имеет ли посетитель право находиться на территории хосписа.
– У Беркшир здесь кто-либо из родственников? – задал вопрос Декер. – И она навещала его сегодня утром?
– О нет! Анна – волонтер. Она приходила к нам и навещала нескольких пациентов. Бывает, родственники живут далеко и не могут часто навещать пациентов. У нас есть волонтеры – разумеется, тщательно отобранные, – которые приходят к пациентам, беседуют с ними, читают им или просто сидят. Умирать очень нелегко. И еще труднее умирать в одиночестве.
– С кем конкретно встречалась сегодня Беркшир? – спросил Миллиган.
– Это можно легко проверить. Я отлучусь на минуту.
Палмер встала и вышла.
Достав телефон, Миллиган проверил сообщения.
– Жена Дабни в больнице у мужа. Алекс говорит, тот не приходил в сознание и, скорее всего, не придет.
– Жена что-нибудь сказала?
– Она не знала Анну Беркшир и практически уверена в том, что муж ее также не знал ее. Она сообщила, что ничего не смыслит в делах мужа и не имеет понятия, почему он совершил этот поступок. Но Алекс прислала еще одно сообщение. По словам миссис Дабни, примерно с месяц назад ее муж совершил какую-то неожиданную поездку, после которой стал другим.
– Другим в каком смысле?
– Судя по всему, у него изменилось настроение. И он не сказал жене, куда ездил.
– Понятно.
Миллиган обвел взглядом маленький кабинет.
– Ты действительно полагаешь, что нам нужно начинать отсюда?
– Бывает, что кого-то убивает совершенно незнакомый человек, однако в большинстве случаев люди знают тех, кто их убивает.
– Утешил, – угрюмо произнес Миллиган.
Оба не сказали больше ни слова до тех пор, пока через несколько минут не вернулась Палмер.
– Сегодня рано утром Анна Беркшир навестила трех пациентов: Дороти Виттерс, Джоуи Скотта и Альберта Дрюса.
– Это те, кого она навещала обыкновенно? – уточнил Декер.
– Да.
– Вы сказали, что Беркшир пришла сегодня рано утром. Обычно она приходила в это же время?
– Ну, если подумать, нет. Обычно она приходила около полудня. Как правило, к этому времени наши пациенты несколько оживают.
– Мы можем с ними поговорить? – спросил Декер.
Похоже, его вопрос застал Палмер врасплох.
– Вряд ли они смогут вам что-нибудь рассказать. Они очень больные. И слабые.
Амос встал.
– Я все понимаю, но Анна Беркшир была убита сегодня утром, и наша задача – выяснить почему. И если она пришла сюда в неурочный час незадолго перед тем, как отправилась в центр и была убита, мы обязаны проверить эту возможную ниточку. Надеюсь, вы это понимаете.
– Мы будем действовать как можно мягче, – поспешно добавил Миллиган.
Декер ничего не сказал. Его взгляд уже устремился в коридор.
Дороти Виттерс было под девяносто. Слабая и сморщенная, она лежала в последней кровати, которую ей было суждено занимать при жизни. Поскольку вся информация о пациентах являлась конфиденциальной, Палмер не раскрыла, чем именно больна старушка. Проводив посетителей до двери ее палаты, директор хосписа вернулась к себе в кабинет.
Декер стоял в дверях, глядя на крохотное, скудно обставленное помещение.
– С тобой всё в порядке? – негромко спросил Миллиган.
На самом деле Амосу было не по себе.