Чтение онлайн

— Тюлень — это, несомненно, Карлссон, — сказала Рул, пробегая глазами по страницам.

— А Феррет? — спросил Ли.

Рул уже не проглядывала, а начала читать.

— Здесь отчет о том, как он был завербован, — сказала она, — что позволяет с уверенностью его идентифицировать.

Читая страницы, она ощутила переполнявшую ее печаль.

— Мне так жаль, Кэт, — сказал Ли. — Я знаю, как это неприятно тебе.

Рул встала.

— Мне надо несколько минут подумать, Уилл.

Она вернулась обратно в гостиную и сжалась там в большом кресле. С полчаса она обдумывала эту проблему, оценивая различные выборы. Наконец она сняла трубку телефона и попросила телефонистку соединить ее с Соединенными Штатами. Она набрала номер главного коммутатора Центрального Разведывательного Управления и попросила соединить ее с кабинетом директора.

— Кабинет Директора Центрального Разведывательного, — ответил чей-то мужской голос.

— Это Кэтрин Рул, — сказала она, — из Советского отдела. Нельзя ли мне прямо сейчас поговорить с директором, пожалуйста.

Голос зазвучал холодно.

— В данный момент директор разговаривать не может. Какой у вас вопрос, миссис Рул.

— Будьте добры сообщить директору, что я звоню из Стокгольма, — сказала Рул. — Я уверена, что он захочет поговорить со мной.

— Пожалуйста, подождите минутку, — проговорил мужчина.

Последовала пауза в несколько секунд, а затем хриплый мужской голос сказал:

— Стокгольм? Какого черта вы делаете в Стокгольме, миссис Рул? Вы что, не смотрите телевизор? Вы хоть понимаете, что там происходит?

— И это говорит директор? — вежливо поинтересовалась Рул.

— Вы чертовски правы, и я хочу немедленно знать, что вы делаете в Стокгольме. А эта линия связи безопасна?

— Это не секретная линия, но мы же не собираемся в течение этого разговора обсуждать секретные дела. А что я делаю в Стокгольме, об этом я расскажу вам завтра утром в Нью-Йорке, — сказала Рул.

— Завтра утром у меня совещание в Совете Национальной Безопасности, и я вовсе не собираюсь быть в Нью-Йорке.

— Слушайте меня очень внимательно, — сказала Рул. Это очень серьезно. Я хочу, чтобы завтра, в шесть часов утра вы, Саймон Рул, Алан Никсон и Эд Роулз оказались в комнате для отдыха первого класса компании «Скендиневиен Эйруэйз Систем».

— Да о чем же ты говоришь, женщина?

— Вам придется послушать меня; у входа в комнату отдыха первого класса будет очень большой контингент представителей американской свободной прессы. Если вас там не будет, я поговорю с ними, и поверьте, вам не понравится прочитать об этом в газетах.

Последовала длительная тишина.

— Вы хоть понимаете, что вы делаете, миссис Рул? — наконец сказал директор. — Вы представляете, во что может превратиться ваша карьера прямо сейчас? Вы понимаете, что произойдет, когда вы вернетесь в Ленгли?

— Я не вернусь в Ленгли, пока вы и эта группа по моему требованию не окажется завтра утром, к шести часам в Нью-Йорке. Если вас там не будет, то предстоящие месяцы мне много времени придется провести на экранах телевизоров. Мы поняли друг друга?

Вновь долгое молчание.

— Хорошо, миссис Рул, мы будем там.

— Это не все, — сказала Рул. — Ни один из остальных не должен знать о нашей встрече до завтрашнего дня. Позвоните им домой, чтобы хватило времени только успеть на вертолет.

— Еще что-нибудь?

— Да, еще мне там понадобятся два агента ФБР. Только они не должны прибыть вместе с вами в вертолете, и остальные не должны знать о них. И ставлю вас в известность, что, если будут предприняты попытки арестовать или задержать меня, я уже приготовила для прессы полную информацию о моих новостях.

— Хорошо, черт побери!

— И еще, последнее, — сказала Рул. — Позвоните Саймону, чтобы он захватил на эту встречу моего сына. Или Питер будет там, или разговора у нас не получится, понятно?

— Понятно, — подавленно сказал директор.

— До свидания, — сказала Рул и положила трубку.

Она руками сжала сзади шею и помассировала. Если она сейчас не примет ванну и немного не поспит, то не сможет успешно провести все это дело утром. А она должна справиться.

Когда они приземлились в Нью-Йорке, Рул ощутила себя необыкновенно бодрой. Только первый раз за два дня она по-настоящему отдохнула в огромном кресле первого класса. Она обратилась к Ли, который сидел рядом.

— О'кей, как ты думаешь, у нас все получится?

— Можешь не сомневаться.

Она передала ему один экземпляр компьютерных дискет и дюжину копий с досье Майорова.

— Побудь где-нибудь рядом с комнатой отдыха, пока мы не выйдем оттуда. Хорошо бы, если бы те журналисты, которым ты позвонил, были там.

— Они будут там — из трех ежедневных нью-йоркских, из «Вашингтон Пост», «Тайм» и «Ньюсуик», из телеграфных агентств и с трех радиостанций. Сенатор Карр разрешил упоминать его имя.

— О'кей, если меня возьмут, я буду драться, вопить на этой встрече, тогда ты все расскажешь и распространишь досье Майорова. Ты знаешь обо всем столько же, сколько и я, так что я буду зависеть от тебя, если на этой встрече моя голова не уцелеет.

— Мне твоя голова дорога; береги ее.

Из громкоговорителя раздался голос пилота:

— Не будет ли так любезна миссис Кэтрин Рул объявиться обслуге?

Рул махнула стюардессе, которая подошла.

— Миссис Рул? Мы получили сообщение, что у выхода вас встречают, так что мы бы хотели, чтобы вы первая вышли из самолета, если вы не возражаете.

— Прекрасно, — ответила Рул, поднимаясь с сиденья. Она подмигнула Уиллу. — Лучше будет, если ты сделаешь вид, что не знаком со мной, — сказала она.

Он притянул ее к себе и поцеловал.

— Вечером ужин за мной?

Она обняла его в ответ.