Фаина Ивановна

ФАИНА ИВАНОВНА

…Темный, прямой и взыскательный взгляд.

Взгляд, к обороне готовый.

Юные женщины так не глядят.

Юная бабушка, кто вы?

Марина Цветаева.

Фаина Ивановна лежала на грядке.

Все было в порядке.

С небес не упала Луна,

На месте зеленая плешь валуна.

А на ней альпийская горка.

А подле неё конфеты обёртка.

Её принесло атмосферы порывом,

Она была размером

Неприлично большого.

Ну, где-то в кружку коричного грога…

Она шагнула, забыв, что не в ванной.

И ножкой, подвернутой в земле влажной,

Наказан необдуманный порыв.

Новую страницу жизни открыв —

Пришёл нежданный перерыв…

Она лежала, размышляла:

"Ну, вот, какую дуру я сваляла…".

Фамильный цеппелин над дачей не поднят:

А значит: ветры сетку под ним не наполнят,

Никто небо над дачей её не закроет,

Металлическое насекомое враз не уроет…

Так протекла минута,

Нет больше у неё редута…

Вот легок на помине,

Жужжит над неё дрон,

Весь в голографической рванине —

Орудие информационной квашенины…

А вот другой,

Издалека летит. Дугой…

Но кто придёт на помощь?

Где тот детеныш,

Выросший в мужчину,

Несущий крашеную овчину

(Лежавшее на диване в прихожке,

Как будто медвежья шкура понарошку),

И закрывающий её заголённое женское бедро

От страшных любопытных глаз в бистро…

Вот истины момент:

Кому она готовит постамент —

Под бюст Героя-Избавителя

И долгой жизни Обновителя?!

***

Покуда Фаина Ивановна

Ждёт. Она не заплакана.

За покойным мужем нет недостачи.

Им была оставлена: дача

И квартира в придачу.

Манто и автомобиль,

Мобильный гриль…

Обедня прошла без её записки

И стояния у кустов тамариска.

Не было и рюмки виски:

Узки оказались обстоятельств тиски…

Покойного мужа она помянула

В душе. Встряхнула

Кудрявыми волосами

Насколько это возможно. Плечами

Худыми пожав, хотелось уйти,

Как это было когда-то на сцене. Ползти.

Сантиметр за сантиметром скрести,

Срывая до мяса ногти?!

А если полежать —

Быть может, кто-нибудь заметит?

Земля так близко. Ногами,

Руками

Всем телом она

Приглашена

Прочувствовать себя:

Свербя,

Сквозь ухо войдёт в неё червь,

И заноет её нерв,

Который самый главный…

И может быть ещё забавней

Услышать, как звучит

До-диез пятой октавы. Когда в её целлюлит

Войдет чрез пробитый в теле канал

Армада многоножек, разя соперников наповал, —

Улиток трупоядных,

Очень уж неприглядных…

Покуда Фаина Ивановна

Выбирает: ползти до цели, которая телу указана,

Или лежать,

На волю Бога уповать,

Мы осуществим короткий экскурс

В её жизнь: короткий перекус,

Найдем начинку у кекса…

***

Всё так прелестно начиналось:

Гналось,

Воспринималось…

Обонялось,

Удлинялось,

Исполнялось…

Вот так бы без остановки,

Без всякой концовки?!

Заполнилась души форма,

Поезд её жизни стоит на платформе:

Дача. Виноградник. Сад.

У дочери муж – азиат.

Из Индии приехал красивый супостат

И дочь увез в Калькутту, город-сад.

Внучка называет её грэндмами

И её дом далеко за горами…

Но смилостивилась судьба,

И появилась новая стропа

На прохудившемся парашюте,

Что со свистом летит к последнему приюту…

Сосед из новых русских, одинок,

Пусть стар, но краснощёк.

Как ягуар пройдет любой тропой,

Груз лет не тяготит. Прыжок затяжной

Продолжается. Пробитая пулей

Ножка сгибается.

Где молодой споткнётся,

Сосед всего лишь отрыгнётся…

Твердит он невпопад.

Ну, чуть ли не психопат:

"Клеопатра Иоанновна, я Ваш поклонник с юности,

Люблю я Вас в своей безумности…

Нет и грамма у меня склонности к преступности,

Весь я Ваш в совокупности…".

Что мешает Фаине Ивановне

Звучать с ним в унисон,