Ездовое собаководство Якутии

Представляемая читателю книга известного якутского краеведа А. Г. Чикачева посвящена истории ездового собаководства на Севере. По всей циркумполярной зоне использование ездовых собак сформировалось как транспортное обеспечение традиционных занятий коренного населения. Традиционный комплекс обеспечения жизнедеятельности якутского Заполярья, включающий в себя оленеводство, рыболовство, морской зверобойный, песцовый и охотничий промыслы, подразумевал транспортно-промысловое (ездовое) собаководство как неотъемлемую часть хозяйственной культуры.

В свое время транспортно-промысловое собаководство играло большую роль в жизнедеятельности человека на Севере. Экономически «встроенный» в песцовый и рыбный промысел, экологически безопасный вид транспорта — ездовое собаководство было особой культурно-хозяйственной сферой, бережно воспроизводимой и приносящей существенную пользу. Если роль и место лошади, тоже древнейшего спутника человека, в истории цивилизации достаточно широко освещены и получили должную оценку, то собаке уделено внимания очевидно меньше.

Преданный друг человека — собака, она и сторож, и помощник в охоте и в переноске добычи. Собака — пастух и проводник, тягловая и поддерживающая сила практически во всех культурах. Человек, приручивший собаку, в северных условиях нашел ей дополнительное применение — в качестве управляемого и безотказного транспорта. Собака в транспортной упряжке долгое время была символом хозяйственной и бытовой мобильности, возможностей заниматься песцовым промыслом, рыболовством, помогала поддерживать контакты с окружающим сообществом, проживающим на тундровых просторах. Бесспорно, длительное культивирование ездового собаководства превратилось в особую экономическую отрасль — со своими законами ухода и воспитания, кормления и дрессировки, воспроизводства поголовья и селекции лучших родословных, со своими «королями» и даже своей конкуренцией.

Двадцатое столетие радикально изменило социально-экономический и хозяйственный облик якутского Севера. Новые системы хозяйствования постепенно перешли на современную технику, вытеснившую и собак, и оленей, и лошадей в сфере транспорта. Не останавливаясь на всех последствиях технического перевооружения и урбанизации, нельзя не отметить экономическую целесообразность ездового собаководства в рамках малых хозяйственных ячеек и экологическую безопасность его использования в условиях Севера.

В мировой литературе по истории и культуре Арктики и Севера накоплена значительная позитивная информация об ездовом собаководстве. Путешественники и исследователи, предприниматели и искатели приключений единодушны в высокой оценке северных собак как проводников и тягловой силы. Собакам по праву принадлежит доля в славе освоения «белого безмолвия» приполярных областей Земли. Ездовые собаки разделяли с человеком все тяготы длительных переходов, все погодные и климатические трудности, все лишения и страдания. При этом, по точному наблюдению одного из путешественников, в отличие от людей собаки сдаются «только тогда, когда умирают».

Об удивительной психологической связи человека с собакой, особенно в условиях круглосуточной взаимной зависимости, написано немало. Пожалуй, нигде в мире, как на Севере, человек не бывает порой во власти своего четвероногого друга — от умения собаки ориентироваться, ее физической силы, выдержки, терпения, степени взаимопонимания и преданности зависела порой сама жизнь северянина.

К сожалению, культура северного собаководства сегодня практически утеряна. Попытки возрождения поголовья северных собак предпринимаются исходя в основном из опыта Северной Америки. При этом часто забывается, что предками знаменитых аляскинских «хаски» являются именно северные ездовые собаки с азиатского Северо-Востока. В современной России ездовое собаководство как культура исчезло, линии разведения ездовых собак в большинстве случаев утеряны. Ездовое собаководство, когда-то бывшее признанным занятием русских арктических старожилов и аборигенных народов, на наших глазах превратилось в нечто полузабытое, чужое и экзотическое. И это в республике, имевшей еще в первой половине XX века собственные собачьи питомники и знатоков — профессионалов подготовки ездовых собак.

А. Г. Чикачевым — уроженцем Русского Устья, некогда слывшего сердцем «Собачьей страны» (побережья Северо-Восточной Азии), представлено описание несправедливо забытой в наши дни отрасли. Поэтому многое в его книге — из «первых рук», фиксация оригинальной и достоверной информации, хранящейся в памяти и в личном архиве исследователя. И хотя автор не кинолог и не претендует на всеохватность и полную законченность своего труда, многое в его описаниях заинтересует и специалистов, и энтузиастов возрождения ездового собаководства. Тем более, что книга содержит наряду с историческими, статистическими данными весьма привлекательные краеведческие и публицистические моменты, проникнута искренним интересом и любовью автора к родному краю с его замечательным прошлым.

Книга адресована прежде всего историкам, этнологам, специалистам по организации и управлению экономикой, думается, что она найдет себе самого широкого заинтересованного читателя.

Винокурова Л. И., канд. ист. наук

Арктика — самый север нашей Планеты, край суровой и удивительной природы. Она всегда вызывала интерес российских и зарубежных исследователей.

Заполярье уже давно — несколько тысячелетий назад — обжито человеком. Осваивая арктическую территорию, северяне выработали специфические типы хозяйства и культуры, механизмы сохранения здоровья и жизни в особых природно-климатических условиях. В отличие от «европейского взгляда», рассматривающего Арктику как тяжелую, агрессивную, античеловеческую среду, они считают ее родной средой обитания, ощущая себя ее неотъемлемой частицей. Здесь существуют традиционные формы хозяйствования — оленеводство, охота, рыболовство, ездовое собаководство, морской зверобойный и песцовый промыслы.

Изучение традиционных занятий коренного населения Севера не может быть полным без переработки и обобщения материалов по песцовому промыслу и неразрывно связанному с ним ездовому собаководству. Это одна из актуальных задач сибирской историко-этнологической науки.

О ездовом собаководстве имеется определенная литература отечественных сибириеведов. Интересные наблюдения о нем есть в трудах М. Геденштрома [1] , Ф. Врангеля [2] , В. Пасецкого [3] , Г. Майделя [4] . Методы езды на нартах, виды упряжек, способы выращивания, отбора и лечения ездовых собак можно найти в работах А. Степанова [5] , П. Третьякова [6] , Б. Долгих [7] , М. Левина [8] , Л. Лащука [9] , Н. Михеля [10] , Д. Травина [11] , Э. Шерешевского [12] , И. Тихоненко [13] и др.

Большую ценность для своего времени представляла обширная статья В. Кротова «Транспортно-промысловое собаководство в Колымо-Индигирском крае», опубликованная в нескольких номерах журнала «Советская Якутия» в 1936 году [14] . В ней автор сделал попытку выяснить роль собаководства в хозяйственной жизни местного населения и наметить пути перестройки этой отрасли полярного хозяйства.

Из зарубежной, доступной нам литературы следует отметить интересные работы Р. Амундсена [15] , П. Виктора [16] , Н. Уэмура [17] , которые имеют повествовательный характер.

Однако трудно объяснить, почему в сибирской этнографической литературе до сих пор нет специальных обобщений, конкретных исследований об исторической роли транспортного собаководства, если не считать указанные выше довоенную брошюру И. Тихоненко и выпущенную в 1946 г. в Москве небольшую книжку Э. Шерешевского, которые давно стали библиографической редкостью. А ведь ездовое собаководство помогло жителям Крайнего Севера выполнить высокую миссию перед историей — экономически освоить огромную, почти не тронутую деятельностью человека, территорию и тем самым внести весомую лепту в развитие циркумполярной цивилизации.