Эвакуатор. Книга пятая

Возрастной рейтинг – 16+

– Я не услышал ответ на свой вопрос. Вы кто такие? – спросил я, пытаясь разглядеть стоящих в тени бойцов. Четверо бородачей в странной потертой броне, больше напоминавшей костюмы космонавтов, поверх которых надеты средневековые доспехи. Лиц не разглядеть, если они похожи на своего собрата в цепях, то с человеком тут мало общего. Скорее неандертальцы с массивными надбровными дугами и выдающимися вперед нижними челюстями.

– У нас проблемы? – раздался голос Михаила, и несколько лучей фонарей осветили коридор. Группа бойцов во главе с боксером перекрыла единственный выход, заодно вырвав из полутьмы соратников неизвестного, назвавшегося братом. Все бойцы держались за оружие – с нашей стороны за автоматы, с их – за странного вида трубки, крепящиеся к запястьям.

– Еще не знаю, – ответил я, а потом, поняв, что собеседник может не понимать нашего языка, переадресовал вопрос: – У нас есть проблемы?

– Верно, у нас общие враги и проблемы, – ответил закованный в рабский ошейник, не поняв намека. А может, просто пропустив его мимо ушей и сконцентрировавшись на самом главном. – Проклятый брат, я не желаю с тобой сражаться. У нас нет поводов для битвы.

– Миша, погоди, возможно, есть шанс уладить все миром, – произнес я, глядя на странное вооружение и одежду незнакомцев. Контакт нам, конечно, нужен, но в первую очередь – безопасность. – Представьтесь. Кто, откуда, зачем? Я Изяслав Блинкин, альпинист.

– Яндор Давд, принимающий проклятье десятого колена, – ответил стоящий передо мной мужчина. – А это мои товарищи, инквизиторы и палачи.

С последним переводчик древних чуть подзадержался, не позволяя точно определить значение сказанного. Не факт, что в их языке вообще содержались слова, несущие именно тот смысл, который в них закладываем мы. Да и само понятие «принимающий проклятье» вызывало тоже много вопросов. Вывод? Надо быть проще, чтобы друг друга понять.

– Ты раб? – спросил я, максимально убрав лишние смыслы из вопроса.

– Нет, я скован, но добровольно. Мое существование – знак доверия сородичей, – улыбнувшись, ответил Яндор. – Можем мы зайти?

– Зая, оденься, – сказал я через плечо, не сводя с крепышей взгляда. Мир у нас такой и судьба такая, что любое лишнее движение или доверие, кому не надо, – гарантированная смерть. И весьма поганая, если вспомнить одержимых. – Подождите здесь минуту.

– Кто они такие? – спросила Зая, натягивая тугой спортивный топ. Глаз не оторвать, если, конечно, знать, что скрывается под бронежилетом.

– Выясним, – ответил я, тоже приводя одежду в порядок. Общаться босиком и в разгрузке на голое тело – такое себе удовольствие. Не теряя времени, я полностью облачился в противоосколочную форму, дополнив ее бронепластинами. Черт его знает, спасет ли это от выстрелов странных палок на браслетах бородачей, но лучше не рисковать. Открыв дверь, я несколько секунд смотрел на пленника в цепях, принимая решение.

– Яндор Давл, я приглашаю тебя в мой новый дом как друга и гостя, – сказал я, отходя от входа. – Будь как дома, но не забывай, что ты в гостях.

– Благодарю тебя, Изяслав Блинкин, я принимаю твое приглашение и хочу преподнести тебе Дар, – сказал бородач, переступая порог бывшего офиса.

– Дар? – я тут же подобрался, если он и в самом деле может дать или передать способность, это будет прекрасно.

– Именно. Твое оружие – оно поломано. Я проклятый созидатель. Артефактор-конструктор в десятом поколении, – ответил Яндор Давл. – Позволь мне его починить.

– Дредзе! – тут же возразил держащийся за одну из цепей.

– Нет, инквизитор. Здесь проклятье не имеет зла. Мы не дома, и здесь множество раз было использовано проклятье, – ответил Яндор, чуть повернув голову.

– Я не приглашал твоих палачей, только тебя, – сказал я, остановив попытавшегося войти охранника, держащегося за цепи.

– Они мое… продолжение. К тому же на них проклятье не распространяется, как и связанные с ним правила, – ответил Яндор, наморщив лоб. – Они вольный народ подземелий.

Последнее слово явно было переведено с ошибкой и, скорее всего, имело не тот смысл, который в него можно было вложить. Что именно имелось в виду? Ладно, с этим можно разобраться позже, говорить в дверях я не собирался, с другой стороны, локализовать нахождение группы потенциального противника, практикующего рабство, – необходимость. Жаль, конечно, офис, но я в нем еще даже обжиться не успел. В случае необходимости разрушу до основания.

– Хорошо. Пусть проходят, но сидят в той стороне, – показал я на несущую бетонную стену без окон. Сдвинув один из столов в центр комнаты, поставил себе стул, бородач, не стесняясь, взял другой и сел напротив. – Говорить будем только мы. Миша, зайди. Я пустой, пара сюрпризов, не больше. Прикроешь.

– Понял, обеспечу, – не стал спорить боксер и, коротко отдав несколько приказов группе быстрого реагирования, тоже вошел в офис, встав рядом со мной.

– У вас нет повода беспокоиться, мы вам не враги. Больше того, я твой гость, – улыбаясь полным ртом ровных белых зубов, произнес Яндор.

– Ты, возможно. Они – нет. Мы не терпим рабства, а сейчас все очень на него похоже. Цепи, ошейник на шее, оружие, направленное на тебя так же, как и на нас. Тем более я не понимаю твоих слов о проклятье, – описал я ситуацию так, как она выглядела со стороны.

– Нам предстоит долгий разговор, – нахмурившись, сказал Яндор. – Но уверен, мы сможем прийти к взаимовыгодному соглашению. Но прежде, позволь, я починю твое оружие.

– Слава? – боксер за моим плечом напрягся, когда я достал из подпространства хлыст и положил на стол. Я не стал ничего говорить, лишь показав ладонью, что решение принято и говорить тут не о чем.

– Какое интересное сочетание, – улыбаясь, проговорил Яндор. Он покрутил лезвие кинжала в ладони, попробовал режущую кромку ногтем. Перейдя к узлу-косичке, хмыкнул и тут же взялся за язык хлыста. Вытянул его несколько раз, и я понял, что под руками этого странного бородача оружие меняет форму. Хлыст стал уже практически прозрачным, лезвие изменилось, сместился центр тяжести ближе к кончику. Даже рукоять стала другой, получив утолщение на конце, чтобы ладонь не скользила, и широкую гарду.

– И ты называешь свою способность проклятьем? – удивленно спросил я, когда мастер вернул оружие. Я тут же проверил лезвие – оно по-прежнему резало все, к чему прикасалось. Затем ударил молнией, которая мгновенно прошла от ручки до клинка. Взмахом послал треугольное лезвие в стену – оно вошло в бетон на всю глубину и еще втянуло за собой часть языка хлыста.