Чтение онлайн

На экране появилась новая информация. Тора следила за нею со все более растущим интересом, пока не добралась в конце концов до "Истории второй мировой войны". Она о такой даже не слышала, но и мир тогда, надо сказать, был скромнее размерами, и нога человека еще не ступала на Марс, Венеру, тот же Меркурий, не говоря уже о Новых планетах. Взгляд устало скользил по тексту, ее раздражало утомительное перечисление народов и народностей, о которых и слух-то давным-давно загинул. Какие-то эстонцы, бельгийцы, хорваты... Пошла информация о Японии. Тора встрепенулась, это казалось более интересным. Объединенная Германия вела оживленную торговлю с Японией. И, по правде говоря, после победы в японо-корейской войне 39-го года японцы превратились в серьезных конкурентов, особенно в области производства космического снаряжения. Их ЛОРы, гарпуны, скафандры, аварийные шлюзы и даже модульные элементы космических станций завоевывали все большую популярность на мировом рынке, вытесняя с него соответствующую продукцию МЭ и иных германских фирм.

Тора, наконец, вновь наткнулась на дату "6 августа 1945 года". Прототип ядерного оружия - маленькая атомная бомба, сброшенная с американского самолета на японский город Хиросиму. После того, как вторая бомба чуть позднее взорвалась над Нагасаки, японский император подписал акт капитуляции.

Тора погасила экран компьютера и задумалась. За всем этим крылась некая тайна. Она нажала на кнопку звонка, появился слуга Карл - в нейтральной серой униформе, с гладко выбритой головой. Переступив порог, Карл низко поклонился.

– Карл, где-то в городе должно быть место, где собраны старые книги ну знаешь, такие с бумажными страницами в переплетах. Отыщи адрес. Обзвони музеи, древние культурные центры и тому подобное. Да, свяжись с Институтом утраченных ценностей - быть может, там что-нибудь знают.

– Слушаюсь, госпожа.

– Особенно меня интересуют книги 1945-1965 годов. И не копайся долго, займись этим немедленно.

Карл снова поклонился и вышел. Его семья проиграла в гонке за место в обществе: ни он сам, ни обе его сестры не сумели сдать тест на интеллектуальность и теперь вынуждены были на протяжении десяти лет работать в качестве прислуги - повсеместно принятая и чрезвычайно эффективная форма рабства.

Карл появился через двадцать минут, как раз тогда, когда терпение Торы готово было истощиться.

– Богатейший склад книг, о которых спрашивала госпожа, находится в Историческом музее.

– Он до сих пор существует, этот музей, кто бы мог подумать... И кто там этот, как его... директор, хранитель?

– Хайнри Годсмит. Библиотекарь.

– Я сама поеду к нему. Отвезешь меня. Подожди секунду, я только переоденусь и сменю белье.

Хайнри Годсмит трясся от вожделения, глядя на прекрасную молодую женщину. Впрочем, в этом не было ничего удивительного: Тора, остановившись на секунду у входа в музей, включила свой миниатюрный микроволновой стимулятор выделения адреналина, что и довело до кипения кровь несчастного библиотекаря. Сама Тора тоже чувствовала себя несколько неловко, смущенная неожиданным открытием.

– Надо же, я и подумать не могла, что за этими дряхлыми замшелыми стенами кроется такое богатство!
– воскликнула она, обшаривая взглядом полки, тесно уставленные старинными доэлектронными томами.

– В наше время мало кто интересуется прошлым, фрейляйн Пибрайт, сказал Годсмит - стройный, элегантно одетый, спортивного склада мужчина. Несмотря на то, что большую часть своего времени он проводил под землею, среди этих самых книг, лицо его было покрыто загаром, почти столь же ровным и глубоким, как и у нее.
– Текущие события и все эти новые открытия в космосе постепенно стирают в нас память о том, что творилось некогда здесь, на Земле.

– А так называемая вторая мировая война...

– Люди только тем и заняты, что воюют. В последних войнах погибало по миллиону человек в секунду, так какое значение может иметь то, что случилось Бог знает когда!.. Сто лет назад, (фи! Люди тогда и понятия не имели о том, что такое жизнь!

Изумленная услышанным, Тора воскликнула:

– А я-то думала, что вы любите эти смешные штуковины, которыми ведаете!

– С чего вы взяли? Работа как работа... как и любая другая... Наверное, есть и поинтереснее. А чем вы занимаетесь, фрейляйн Пибрайт, если не секрет? Чем-то, связанным с рекламой, не так ли?

– Так уж сложилось, что я вошла в Совет директоров "Всемирного агентства Задар энд Смит".

– О, простите меня, я не хотел бы показаться вам чересчур назойливым. Чем могу служить? И, кстати, мои мужские возможности тоже к вашим услугам, если пожелаете...

– Я здесь по делу, вы тоже на службе.
– Теперь, поставив нахала на место, она могла несколько расслабиться.
– Мы думаем над тем, как отпраздновать столетний юбилей ядерной эры. Хочу порыться в ваших книжках, исторический отдел орбитальной библиотеки слишком скуден, там вообще нет документов интересующей нас эпохи.

Годсмит взглянул на свои аккуратно подстриженные ногти.

– Вы не находите, что наши предки были редкими занудами?
– спокойно и несколько даже доверительно спросил он.
– Они терзались жуткими комплексами вины из-за секса, наркотиков, еды, войн, - словом, всего того, что нам, их потомкам, доставляет огромное удовольствие. У нас были веские причины забыть все эти бредни, вам не кажется?

Она пригляделась к нему повнимательнее.

– Вы выглядите весьма даже интеллигентно. Чем же вы занимаетесь тут, на этой бестолковой работе?

– Да вот, болтаю главным образом с бестолковыми клиентками. Так как насчет минутки дикого, необузданного секса, фрейляйн, не переменили мнения?

– Я занята.

Он посмотрел на нее испытующе.

– На лесбиянку вы, вроде, не похожи.

– Вас не касается, герр Годсмит, на кого я похожа. Вернемся к деловому разговору. Я покупаю ваши книги. Доставьте их мне домой по этому вот адресу.

– Они не продаются.

– Даю миллион краутов!

– Книги не продаются. Вам придется читать их здесь, у меня под носом.

– Под чем?!

Тора неделю работала в подземелье, частенько используя лучевой антиэректор, чтобы охладить пыл нахального библиотекаря. По мере того, как углублялись ее познания в истории, в душе росли брезгливость и неприязнь. Этот антипатичный ей герр Годсмит оказался прав: общественное сознание их предков в XX веке было действительно невероятно убогим, насквозь пронизанным бесчисленными комплексами и чувством вины за самые ничтожные прегрешения. Тора захлопнула последнюю книжку - биографию какого-то майора Изерли, которого сочла безнадежным глупцом и полным идиотом. Хайнри Годсмита поблизости не оказалось, поэтому она беспрепятственно вышла из библиотеки и направилась домой, где приняла небольшую дозу галлюциногена и приказала Карлу наполнить ванну.