Шрифт:
Александр Бушков
Еще о космической экспансии
– Прекрасная планета, - сказал Фельдмаршал, глядя в чистое голубое небо.
– Так точно, - преданно поддакнул Генерал. Восходящее солнце робко коснулось лучиками его тридцати орденов, висевших в шесть рядов.
Где-то в вышине покачивались ветви исполинских деревьев, огромные цветы распространяли дурманящий аромат.
– Пахнет приятно, - сказал Фельдмаршал.
– Только солдату больше пристало нюхать пороховую гарь.
"Скоро понюхаем", - подумал Генерал и оглянулся назад, где черной башней высился десантный звездолет. Вокруг него кипела работа артиллеристы выкатывали орудия, дымились походные кухни, остервенело орали шнырявшие взад-вперед фельдфебели. А поодаль, на большой поляне, строилась в каре надежда, слава и гордость Империи - Галактическая пехота. Лихие молодцы в беретах набекрень, с закатанными рукавами, огнем и мечом распространявшие Бремя Цивилизации. "Так будет и здесь", - подумал Фельдмаршал. Огромная планета, райский уголок, масса полезных ископаемых. В короне Императора немало жемчужин. Теперь прибавится еще одна. Фельдмаршал зажмурился, и в сладкой розовой дымке ему виделся Орден Благорасположения первой степени.
На поляну выскочил юркий вездеход - вернулись разведчики. Через борт перемахнул нагломордый лейтенантик, вытянулся перед Фельдмаршалом, бросил ладонь к берету:
– Докладываю: обнаружено поселение аборигенов!
– Подробнее. Внешний вид, уровень развития, вооружение?
– Внешний вид - страхолюдины, - сообщил лейтенант.
– По развитию дикари-дикарями, они там строят что-то, так все таскают на себе, бревна, камни. Механизации никакой. А оружия тоже никакого, дубин и тех нет.
– Это хорошо, - сказал Фельдмаршал.
– Трубача!
Заревела труба, мимо машины Фельдмаршала потянулись колонны десантников.
– Не подведи, орлы!
– молодецки подбоченившись, рявкнул Фельдмаршал. За Императора и цивилизацию!
– Ура! Ура! Ура!
– дружно откликнулись орлы. Старый вояка приказал ехать следом.
На поселение аборигенов наступали по всем правилам стратегии, тремя колоннами - слева, справа и в лоб. Фельдмаршал ехал с той колонной, что наступала в лоб, поэтому они первыми увидели аборигенов: огромные чудовища волокли куда-то бревна и камни и на появившихся из-за поворота десантников не обращали внимания. Такое пренебрежение к представителям Императора не понравилось Фельдмаршалу, и он приказал:
– Батарея - огонь!
Ухнули пушки, снаряды разорвались в гуще аборигенов. Запахло порохом, осела поднятая взрывами пыль, и аборигены молча, без крика бросились на колонну, и это их безмолвие было страшнее самых лютых воплей. Первые ряды десантников смело мгновенно. Затрещали автоматы, полетели гранаты, но остановить противника не удавалось. Аборигены с полнейшим презрением к смерти лавиной катились на врага, падали замертво, а со всех сторон бежали новые толпы.
В конце концов уцелевшие десантники дружно бросились бежать, преследуемые безмолвными аборигенами. Машину командующего перевернули в суматохе, и Фельдмаршал с Генералом припустили назад, к звездолету. Бежать было трудно, они давно отвыкли от этого. С генеральского мундира градом сыпались ордена всех степеней. Фельдмаршала пребольно колотила по бедру вопящая рация, сообщавшая, что и остальные колонны атакованы, разбиты и бегут, батареи опрокинуты, потери огромны.
Остатки Галактической пехоты быстро погрузились, бросив пулеметы и пушки.
Заревели двигатели, звездолет взлетел над кустами цветущей малины, поднялся выше верхушек берез и растаял в небе, а минутой позже на полянку выбежали разозленные аборигены. Убедившись, что враг позорно бежал, они принялись собирать разбросанную военную технику.
С пулеметами муравьи справлялись поодиночке, но пушки приходилось нести вдвоем.