Чтение онлайн

Мать много времени проводила вне дома.

Обычно, когда она возвращалась, она была пьяна. Она сказала, что беспокоится о Джордже, потому что люди начинают задавать вопросы о нем, и если они не прекратят, могут возникнуть неприятности.

Но Эмили это не волновало.

Теперь от Джорджа почти ничего не осталось. Только какие-то кости и объедки, и Эмили снова проголодалась.

Когда мамы не было дома, Эмили иногда одевалась и смотрела на себя в зеркало. Боа из перьев и диадемы, свадебные платья и длинные вечерние пальто, которые не очень хорошо сидели. Эмили была уже не просто белой, а серой. На щеках и вокруг шеи у нее росли клочья моха. Он ужасно чесался. Иногда, когда она расчесывала волосы, из них выбивались пряди. На голове у нее было полно белых извивающихся тварей.

Однажды днем, когда Эмили была одна, в дверь постучали.

Она спряталась наверху. Кто бы это ни был, он просто не уйдет. Наконец они открыли дверь и вошли. Это была тетя Дорис.

– Лиз? Лиз, ты здесь?
– крикнула она. Она ждала ответа, но его не последовало. Но она не ушла. Она просто ходила вокруг, и Эмили слышала, как она говорит о запахе в доме, мухах и беспорядке.

Эмили спряталась наверху лестницы, наблюдая за ней.

Но тетя Дорис, должно быть, услышала ее, потому что обернулась и сказала: “Лиз, это ты?- Опять никакого ответа. Эмили хихикнула, хотя и не собиралась этого делать. Дорис просто стояла там. “Там кто-то есть? Кто там наверху?”

Эмили убежала прятаться.

Дорис поднялась по ступенькам, и Эмили почувствовала исходящий от нее запах страха. Ей нравился этот запах. От него ей захотелось есть. Это было похоже на хорошие запахи, исходящие из кухни, когда в старые времена готовили ужин. Эмили вспомнила, что никогда по-настоящему не любила тетю Дорис. Она всегда щипала Эмили за щеки и целовала ее, и ее дыхание всегда пахло чесноком, и ее духи были просто ужасны. Они не выветривались из дома несколько часов. Мама иногда называла тетю Дорис "нехорошей любопытной Нелли". Эмили это казалось забавным.

Но теперь она все поняла.

Тетя Дорис была слишком любопытна. Ей нечего было здесь делать, но она все равно пришла. Поэтому Эмили ждала ее в стенном шкафу в прихожей. Она старалась не хихикать, но это было нелегко. Тетя Дорис ходила взад и вперед, заглядывая в комнаты. Эмили все еще чувствовала исходящий от нее запах страха. Это был густой, кисло-желтый запах, о котором Дорис даже не подозревала. Она ходила вокруг, бормоча что-то себе под нос. Эмили спряталась в темноте. Это было похоже на игру в прятки. Интересно, любит ли тетя Дорис играть в прятки? Улыбаясь, Эмили постучала пальцами по внутренней стороне дверцы шкафа.

И это привлекло внимание тети Дорис.

Она стояла за дверью: “Там кто-то ... кто-то есть?”

Эмили хихикнула.

Тетя Дорис открыла дверь. Она открыла ее очень медленно, тяжело дыша, а потом распахнула до конца.

– Это ты, - сказала ей Эмили.

Тетя Дорис вскрикнула и упала, схватившись за грудь и корчась на полу. Эмили слышала, как бьется ее сердце, но оно подпрыгивало, то ускоряясь, то замедляясь. И она, конечно, продолжала кричать.

Поэтому Эмили прыгнула на нее сверху и била головой об пол, пока та не перестала двигаться. Потом она потащила ее в подвал и закопала в угольном бункере.

Мама никогда ничего не узнает.

***

В ту ночь, когда Эмили лишила сознания тетю Дорис, а потом разорвала ей горло в подвале, мать начала вести себя очень странно. Более странно, чем обычно, потому что мама всегда была очень странной. Мама очень много работала, чтобы содержать дом в чистоте. Она скребла, стирала и натирала воском, готовила большие обеды, такие как ростбиф и бифштекс, но в эти дни она никогда не готовила и не убирала. Она любила пить виски, курить сигареты и принимать таблетки. Она была очень худая и дрожащая, иногда плакала, а иногда прижимала ко рту подушку и кричала в нее. Но в тот вечер, вернувшись домой, она начала расспрашивать о тете Дорис.

– Эмили... она приходила сегодня?

Эмили только улыбнулась.

– Может, и так, но я спряталась, как ты и говорила.

– Ты ... ты не причинила ей вреда?

Эмили покачала головой.

– Я никогда никого не обижала. Но иногда я заставляю их замолчать.

– О, Эмили... неужели?

– Я сделала что-то не так, мама?

Но мать не могла задать этот вопрос. Ей нужно было выпить, покурить и немного поговорить с собой. Ей нравилось это делать. Иногда она часами лежала на полу, что-то бормоча и глядя в никуда. В такие моменты Эмили спускалась в подвал перекусить. Она выкопает всех своих кукол, и они устроят маленькое чаепитие. Эмили тоже притворялась, что они едят.

Эмили подождала, пока мама отключится, а потом пошла и села в своей комнате. Она слышала, как по соседству плачет ребенок Ли. Ему, конечно, очень нравилось плакать. Когда стемнело, Эмили вышла из окна и направилась к дому Ли. Она увидела через окно, что мистер и миссис Ли смотрят телевизор. Это были очень милые люди. У ребенка была комната в задней части дома. Эмили стояла у окна. Все было сделано в синем цвете, так что она знала, что это мальчик.

– Привет, малыш, - сказала она через оконную сетку.

Но ребенок спал, и Эмили знала, что малышам нужно много спать. Она осторожно отодвинула ширму и вошла внутрь. Она была очень тихой. Она не хотела беспокоить мистера и миссис Ли. Ребенок спал в маленьком голубом комбинезончике и подгузнике. У него в кроватке лежал плюшевый мишка и вертелся мобильный Винни-Пух.

– Привет, детка, - сказала Эмили.

Она подняла его, и он начал извиваться. Она прижала малыша к себе, и он заерзал еще сильнее. Он начал плакать. Сколько бы Эмили ни ворковала ему и ни напевала песенки вполголоса, малыш не переставал вырываться и плакать. Это было нехорошо. Если мистер и миссис Ли придут, они не позволят ей играть с ребенком. Они заберут его у нее, а она этого не хотела. Малыш был таким мягким, теплым и пухленьким. Эмили хотелось поцеловать его, прикоснуться к нему и высосать воздух из его маленького рта.

– Прекрати, малыш, - сказала ему Эмили.
– Перестань шуметь.

Но малыш не хотел, поэтому Эмили заставила его замолчать. Его маленькая толстая шея сломалась под лаской ее серых, шелушащихся рук. Держа ребенка за ноги, она выскользнула в окно. Задолго до того, как мистер и миссис Ли вошли в детскую и начались крики и суматоха, Эмили положила ребенка в угольный бункер. Она показала его тете Дорис.

А потом она начала играть с ним.

***

На следующее утро мама ушла, а телефон все звонил и звонил, пока Эмили играла в переодевание. Мама не хотела, чтобы Эмили подходила к телефону, но он все звонил и звонил, и Эмили больше не могла этого выносить. Ее слух был очень острым с тех пор, как она покинула могилу. Сейчас ей нравилось, чтобы все было тихо. Она любила холод, сырость и тишину. Но телефон продолжал звонить.