Чтение онлайн

Лай собак раздавался все громче, и убегающие эльфы уже чувствовали мерзкий запах их шерсти и ощущали зловонное дыхание. Эти псы, как и сами люди, охотились не ради пропитания, а лишь из-за низменного желания убивать.

Не в первый раз этих животных запускали в лес. Огромные мастифы вдвоем или втроем могли свалить взрослого медведя и без труда догнать оленя. Они с шумом неслись сквозь кустарник и, словно обезумевшие волки, набрасывались на загнанную добычу и разрывали жертву в клочья.

Предводитель эльфов Амарил затравленно оглянулся. Скоро, очень скоро псы настигнут их, а там и люди не заставят себя ждать. Нетрудно следовать за сворой, если огромные псы оставляют за собой широкую просеку, словно уродливый шрам на теле леса.

Амарил даже не мог определить, кто страшнее – собака или человек. Он видел, что оставляют псы от пойманных эльфов, Гайлию, молодую жрицу его племени, свора мастифов загнала в железный капкан, а потом загрызла до смерти. Люди оставили изуродованное тело молодой женщины для устрашения эльфов. Позже, по отпечаткам башмаков, Амарил понял, что люди стояли и смотрели, как их псы убивают беспомощную жертву.

– На деревья! – коротко скомандовал он. – Разбегайтесь в разные стороны и прячьтесь. Встречаемся в сумерках в ясеневой роще.

Семеро эльфов с луками и колчанами, полными стрел с черным оперением, ловко, словно белки, забрались на вековые деревья. Там они будут невидимы для человеческих глаз и недосягаемы для их клыкастых четвероногих помощников. Все эльфы мгновенно скрылись в густых кронах и, перебираясь с ветки на ветку, растворились в зеленой листве.

Только Амарил, чувствуя себя загнанным на дерево енотом, остался ждать, когда подойдут охотники. Мастифы окружили огромный кедр и принялись лаять, рычать и прыгать на толстый ствол. Амарил отлично сознавал грозящую ему опасность и никогда не потребовал бы ничего подобного от своих собратьев. Но у него были вопросы, и эльф намеревался получить ответы на них.

Он терпеливо дождался, пока под деревом покажутся люди. Собралось два десятка охотников, но Амарилу нужен был всего один. Он узнал его по крупной фигуре и темной накидке, летящей за его плечами, словно грозовая туча. Да еще по подбитым железом сапогам. Эти огромные следы эльф видел совсем рядом с тем местом, где погибла Гайлия. В них не было крови, хотя земля вокруг была забрызгана алыми пятнами, а значит, этот человек стоял и наблюдал за ужасной гибелью эльфийки. А после боя, который стоил жизни двоим эльфийским воинам, Амарил приметил его накидку. Тогда этот человек унес тело одного из погибших эльфов. Для чего это было надо, Амарил не знал. Но в одном он был твердо уверен: в лице этого человека эльфы Тефирского леса имели злобного и опасного врага.

Эльф внимательно всмотрелся в лицо человека, чтобы оно запечатлелось в памяти. Его внешность нетрудно было запомнить – она полностью соответствовала злобным замыслам своего хозяина: чернобородого, с крючковатым носом и холодными серыми глазами, напоминавшими снеговые тучи над вершинами Звездных Гор.

Мужчина с проклятиями бросился к своре псов. Подбитым железом сапогом он сильно ударил вожака стаи.

Мощный пинок сбил с ног огромного мастифа. Пес упал на бок и остался лежать, жалобно повизгивая. Остальные собаки, поджав хвосты, отбежали в сторону.

– Бестолковые твари! – выругался человек и снова занес ногу для удара, но псы отбежали еще дальше.

– Поджечь дерево, Бунлап? – спросил один из охотников. – Мы быстро выкурим этих длинноухих ублюдков!

Предводитель резко повернулся к говорящему.

– Если бы боги дали тебе хоть каплю мозгов, – свирепо произнес он, – ты бы понял, что эльфов здесь давно нет. Они прыгают с дерева на дерево, словно мартышки на Чалтане.

– Что же делать? – спросил его помощник.

Бунлап пожал широкими плечами.

– Придется возвращаться. Отвратительно. Фермеры из окрестностей Мосстона, которые выращивают табак, обещали хорошо заплатить за рабов-эльфов. Говорят, из них получаются отличные работники.

– Сдается мне, что эти тощие бродяги не стоят затраченных на их поимку усилий, – заметил другой охотник, худой и гибкий парень с эльфийским луком на плече.

При виде оружия лесных эльфов Бунлап прищурился. Без сомнения, человек забрал оружие у мертвого эльфа – ни один из лесных жителей не расстался бы добровольно с таким сокровищем. На слова лучника Бунлап ответил с мрачной усмешкой:

– Кажется, тебе пришлась по вкусу эта вещица.

Амарил с трудом сдерживался, чтобы не послать залп «черных молний» в этих извращенных убийц. Это было нетрудно, его считали лучшим стрелком во всем эльфийском клане. И, что совершенно точно, мир стал бы намного лучше без этих злобных созданий! Но приходилось сдерживаться. Амарил был вождем лесного народа, а кроме его личной ярости существовали и более важные вещи. Люди стремились уничтожить эльфов, в этом не было ничего нового, но в последнее время нападения сопровождались странными инсценировками, и это тревожило Амарила.

– Соберите собак, и давайте выбираться отсюда, – приказал Бунлап.

Амарил дождался, пока собак взяли на поводки и люди начали покидать поляну. Как он и рассчитывал, предводитель немного задержался, такова была его привычка. Эльф отметил, что Бунлап был осторожнее и бдительнее, чем его спутники. Это делало его более опасным.

Высоко над его головой эльф медленно и бесшумно спускался с вершины на нижние ветки. Топот тяжелых башмаков и громкие разговоры облегчали ему задачу. Выбрав подходящий момент, Амарил легко спрыгнул на землю за спиной Бунлапа. Охотник обернулся, но Амарил одной рукой уже держал его за бороду, а другой приставил к горлу костяной кинжал. Закаленное в огне оружие было большой редкостью среди эльфов, а этот нож был достаточно длинным и имел тонкое зазубренное лезвие. Бунлап осознал, что даже костяной кинжал легко справится со своей задачей, и без слов поднял обе руки вверх.

– Ты забрался далеко от дома, – заметил Амарил таким спокойным тоном, словно обсуждал с приятелем погоду за кружками пенного меда.

При первых же звуках его голоса, слишком мелодичного, чтобы исходить из горла человека, обернулись остальные охотники. Вид меднокожего эльфа, неожиданно появившегося на поляне, заставил их оцепенеть. Никому из них еще не приходилось видеть лесного эльфа так близко. По крайней мере, тем, кто остался в живых. Представшее перед ними существо своей грозной красотой вызывало у людей одновременно и ужас и восхищение.