Чтение онлайн

Резко торможу, когда замечаю, как в зал легкой походкой входит высокий парень в костюме, а я замираю, столкнувшись с ним взглядом. Андрей сразу же выхватывает меня в пространстве, останавливает взгляд своих темно-карих глаз на мне.

Улыбается, подмигнув, а я резко сажусь на место и отворачиваюсь.

– А этот что еще здесь делает?! – бросаю взгляд в сторону наглого развязного парня, который проходит к переднему ряду, не замечая никого вокруг.

– О, Авдеев тоже здесь?! – подмечает подруга. – Ты, Катька, глупая, такой парень на тебя глаз положил, а ты шарахаешься…

– Он не только глаз положил, но и рукам волю дал ни с того ни с сего, – отвечаю твердо, –я не терплю, когда посторонние хватают меня и зажимают у стены только потому, что им все можно.

– Вот именно, Елецкая, не зли его, Андрею все можно, запомни и не нарывайся. Он же тебя особо не трогает.

– Да, всего лишь перепугал до смерти и отпустил.

Говорю зло и передергиваю плечами от воспоминания, как после университета спешу на остановку, хочу обойти преградившую дорогу группу хохочущих парней, но внезапно поскальзываюсь. Крепкая рука ловит меня за предплечье, сумка с учебниками падает в лужу, и я нагибаюсь, чтобы ее поднять, а уже в следующую секунду лечу спиной на стену, запрокидываю голову в шоке, столкнувшись взглядом с самим Андреем Авдеевым, звездой университета, сыном одного из самых богатых людей округа и по совместительству мэра. Мажора, которого из московского вуза перевели сюда из-за мутной истории, чтобы не исключать.

– Зовут как? – спрашивает резко.

Его внимательные глаза проскальзывают по моему лицу и начинают темнеть. Парень, наверное, злится, потому что я умудрилась наделать много брызг, когда ремень соскользнул и сумка так неудачно шмякнулась на грязный асфальт.

– Отпусти, пожалуйста, – отвечаю как можно спокойнее. – Ты делаешь мне больно.

Пытаюсь вырваться из цепкой ручищи, которая продолжает меня прижимать к стене, и вдруг осознаю, что Авдеев ко мне уж слишком близко стоит, буквально вдавливает меня в стену своим твердым, как гранит, немаленьким телом.

Резкий мужской хохот рядом походит на залп снаряда, заставляет меня покраснеть и продолжать молчаливые попытки вырваться из крепких рук отвязного мажора, который мог бы казаться симпатичным, если бы лицо не искажало такое пренебрежение ко всему окружающему миру.

Он смотрит на меня, как на вещь, рассматривает и немого приподнимает темную бровь с каштановым отливом.

– Я спросил, как зовут, – говорит спокойно и чуть наклоняет ко мне лицо, – ответь и отпущу.

– Авдеев, опаздываем! – слышу окрик одного из друзей парня, но он, кажется, даже не реагирует, продолжая сверлить меня непонятным взглядом.

– Катя я. Теперь отпустишь?! – отвечаю все так же ровно, на агрессию и провокацию нельзя поддаваться.

Кивает, демонстративно отнимает от меня руки.

– Впредь смотри не только под ноги и останешься цела, Катя.

Отходит от меня, а я с трудом перевожу дыхание. Только сейчас понимаю, что дрожу всем телом и руками продолжаю сжимать ремешок своей объёмной сумки так, что пальцы от напряжения не разгибаются, дышу, успокаиваю себя, что ничего страшного не случилось в то время, как сердце заходится в груди в неровном, рваном ритме.

Наблюдаю, как местные мажоры садятся в припаркованные дорогие автомобили с низкой посадкой и через секунду гонят на скорости, пролетая на красный свет.

После того случая Авдеева становится что-то слишком много в моей жизни, сталкиваемся постоянно и это напрягает…

О нем много чего говорят, и лучшее для меня – никогда не попадаться ему на глаза. Андрей опасный человек, сын чиновника, и ведет не самый правильный образ жизни, говорят, что за многими разборками в городе стоит он и его сподручные.

Его лучше не злить…

– Елецкая, ты на ту блонди глянь, – опять Лена заставляет отбросить мысли и сфокусировать взгляд на высокой статной журналистке. Яркая женщина профессионально улыбается на камеру и выговаривает текст.

– Красивая.

– Та ладно, небось вся деланая-переделанная.

Пожимаю плечами. Все равно красивая, если даже и скальпель хирурга откорректировал изъяны. Журналистка выглядит очень органично на своих высоченных шпильках с алой подошвой.

Взгляд на ней не задерживаю, рассматриваю организаторов, снующих по залу туда-сюда. Напряжение буквально пропитывает воздух, и оно даже чувствуется в застывших позах наших управленцев, сидящих на первых рядах.

Я затылки вижу, но уже представляю, какое важное выражение сейчас на этих упитанных лицах.

Там рядом с шишками и Авдеев расселся, только, в отличие от остальных, Андрей, наоборот, развалился на своем месте и, повернув голову вбок, сверкая странной ухмылкой, переговаривается о чем-то с одним из гендиректоров.

Быстро отвожу свой взгляд, не хватало, чтобы он еще засек, как я глазею на него.

Когда что-то меняется в энергетике пространства, я чувствую сразу. Внезапно зал, наполненный шушукающимися и обсуждающими событие людьми, резко замирает. Замолкает. Погружается в вязкий вакуум.

Как по щелчку все вытягиваются в струнку, когда на сцене в сопровождении мельтешащей делегации из знакомых и незнакомых лиц появляется мужчина…

Сразу притягивает к себе взгляды. Заставляет выделить его среди всех.

Не ожидала, что даже с такого расстояния меня сшибет его харизмой, некой властностью, волнами исходящей от него.

Четкие движения. Резкие шаги к микрофону. Ледяной взгляд направлен в зал. Он его адресует всем и никому в целом.

Как и рассказывали девчонки, биг босс возвышается над всеми, как огромная скала. Широкие плечи обтянуты безукоризненным пиджаком, белизна рубашки буквально слепит, а черный галстук повязан виндзорским узлом.

В свое время я пыталась научиться завязывать такой по роликам в Интернете, чтобы помочь брату. Тогда у Феди ни на что времени не было, он день и ночь штудировал материал и готовился ехать в Москву на Олимпиаду по информатике. Многое он связывал с этой поездкой, надеялся…