Единые души
Шрифт:
***
– Лучше бы во вторую Марсианскую попали, – осознав ответ чар точного времени, сообщил Иван. – А это даже не Тёмные Века, тут вообще доисторическое время, о котором мы ничего не знаем, то есть вообще.
– Дикие мамонты по городу бегут… – прохрипела робко улыбавшаяся Марья. – Но ни киан, ни кураторов, а об аграх они, по-моему, вообще не знают, и это хорошая новость.
– Учитывая, что у нас индекс сейчас такой, что лучше бить первыми, – вздохнул Иван, потому что эти-то чары работали исправно. – Итак, резюмирую: медицина почти не работает, боёвка тоже, зато действует бытовуха. Непонятно, что с менталом. Работа с мёртвой плотью невозможна совсем, несмотря на густой фон.
– Новости, получается, в основном плохие, – осторожно кивнула Марья. – Что делать будем?
– Пока прятаться, потому что ты не особо двигающаяся… Кстати, за что хоть тебя так? – поинтересовался он.
– Когда оплодотворить хотели, девочка испугалась, – объяснила она, разбираясь с наверченным на неё тряпьём. – И ударила ногой, судя по всему, хорошо попав. Но, получается, что в этом возрасте уже оплодотворяют?
– Судя по трупам, нет, – покачал головой Иван. – Просто звери попались, ну, помнишь, когда на Дари агр от гибели напарницы озверел?
– Вот прямо так озверели? – удивилась девочка, опуская тряпки, оказавшиеся чем-то вроде короткого плаща, в сторону ног. – Тогда уничтожение без вариантов.
– О чём и речь, – вздохнул он. – Значит, предлагаю так. Сначала маскируемся, потом добываем еду и оружие, хотя бы холодное, стараемся не попасться фауне. Принимается?
– Принимается, только обними меня сначала, – Марье, конечно, не впервой было чувствовать себя в окружении агрессивной фауны, но всё-таки ей отчего-то хотелось покоя, и эти свои желания она не понимала.
Осторожно пообнимав напарницу, Иван принялся копать – руками и бытовыми чарами, но силы уходили настолько стремительно, что пришлось остановиться. Выкопать удалось только небольшую яму, в которую он и затащил Марью, чтобы потом укрыть сверху элементами местной флоры. Маскироваться их учили очень хорошо, поэтому он надеялся на то, что замечены они не будут.
– Я полежу, – сообщил Марье Иван, залезая внутрь и укладываясь рядом с ней. – Штормит сильно.
– Так убили нас не самым приятным способом, – откликнулась она. – Потому и штормит.
Это он понимал и сам, поэтому, вытянувшись рядом с девочкой, прикрыл глаза. Сил не было, казалось, совсем, что означало – организм не справляется с многочисленными повреждениями, то есть они вполне так были критическими, что угрожало утилизацией. Но сейчас утилизировать их было некому, а учитывая индекс агрессии, ещё и опасно. Поэтому Иван настроился на выживание, для чего надо было найти что-то съедобное или убить кого-нибудь съедобного. Ну и разобраться с границами возможностей, конечно. Марья у него была пока лежачей, причина этого оказалась не ясна, но и долго задумываться не стоило, по его мнению.
Немного полежав, Ваня, стараясь не подниматься на ноги, выполз из укрытия, погладив задремавшую напарницу, на это никак не отреагировавшую. Добравшись до ближайшего ствола крупной формы флоры, он медленно поднялся, усилием воли гася дурноту, затем двинулся по спирали в поисках съестного. Медицинские чары работали в режиме определителя, поэтому довольно скоро Иван обнаружил заросли со съедобными ягодами. Сняв часть своей одежды, он использовал её как мешок. Набрав все доступные плоды, Иван вернулся к напарнице, чтобы употребить обнаруженное.
Ягоды оказались кислыми, с большим содержанием витаминов, но главное – они были натуральными, поэтому дети больше наслаждались самим фактом наличия именно такого питания.
Совсем не внезапно оказалось, что именно этого питания не хватало организмам, чтобы хоть как-то восстановиться, поэтому Марья через некоторое время почувствовала в себе силы подняться, но делать этого, разумеется, не стала, а вот Ваня разглядывал свою одежду. Выглядели что он, что девочка довольно неприятно, но не хуже, чем после более-менее серьёзной стимуляции, так что на эту тему Иван не задумывался. Сейчас задачи были довольно простые – питание и уничтожение любого, кто может угрожать.
– Ещё немного полежим, – предложил он напарнице. – А потом посмотрим, что здесь творится. Надо отойти подальше, потому что могильник может привлечь диких животных.
– Ты прав, – кивнула она в ответ.
Спорить тут было не о чем, напарник действительно был прав во всём, а это значило – надо найти в себе силы отойти вглубь густо заросшей флорой местности. Это и было основной задачей, по мнению Марьи. Поэтому сейчас она смирно лежала, напрягая и расслабляя мышцы, для того чтобы заставить их работать. Судя по всему, у местной фауны уязвимые точки находились там же, где и у них, что позволяло воздействовать на тело и без применения отчего-то забастовавшей магии.
Точное время им было тоже недоступно, потому что эпоха отстояла от их времени как-то очень далеко, поэтому цифры года не сказали почти ни о чём, а относительное время демонстрировалось такое, что хотелось проснуться. Кроме того, пространственные чары ответа не давали, а это могло значить и отсутствие возможности прямого перехода. Такая новость относилась к разряду очень плохих, при этом что делать, Марья не знала – к подобному переносу в реципиентов их точно не готовили.
– Вань… – поражённая новой мыслью, девочка задумалась. – А зачем нас вообще готовили вот так, с информацией о возможных реципиентах? И откуда знали о такой возможности?
– Хороший вопрос, – согласился Иван. – Нет у меня ответа на твой вопрос, поэтому отложим в риторические. Вот тот факт, что магия кастрированная, меня пугает, – признался он. – Не должно такого быть, но оно есть…
По науке перенос в реципиента заражал того магией, что в их случае оказалось неверным. Высказывать претензии, правда, было совсем некому, поэтому нужно было выживать «в чём есть». Сейчас необходимо обзавестись нормальной одеждой, а не изорванными окровавленными тряпками, хоть каким-то оружием и озаботиться своевременным питанием. Особенно Ваню беспокоило оружие, потому что какое оно тут, он себе и не представлял, надеясь только на то, что порох уже изобрели. Только на это и оставалось надеяться, потому что исключительно холодным оружием, по его мнению, многого навоевать не вышло бы.