Чтение онлайн

Карторис внезапно повернулся к рабу и отбросил его к противоположной стене.

— Свяжи его и заткни ему рот, Кар Комак, — закричал он.

Затем он схватился за ручки управления, и кабина понеслась вниз. Стрелок и раб боролись.

Карторис не мог оставить управления, чтобы помочь своему товарищу, так как если они достигнут нижнего этажа на такой скорости, все кончится моментальной смертью.

Внизу под собой он увидел потолок кабины в параллельной шахте и уравнял скорость со скоростью той кабины. Раб начал кричать.

— Заставь его замолчать! — приказал Карторис. Минутой позже тело раба опустилось на дно кабины.

— Он замолчал… — сказал Кар Комак.

Карторис внезапно остановил кабину на одном из этажей дворца. Открыв дверь, он схватил безжизненное тело раба и выбросил его из кабины. Затем захлопнул дверь, и лифт продолжал спуск.

Потом он опять догнал параллельный лифт, в котором спускались Асток и Вас Кор. Через минуту тот остановился. А когда остановился лифт Карториса, то он успел заметить, как два человека исчезли в одном из коридоров.

Утро второго дня заточения в восточной башне дворца Астока, принца Дузара, застало Тувию в безразличном ожидании прихода убийцы.

Она перебрала все возможности побега, осматривая вновь и вновь пол и стены, дверь и окна.

Девушка не могла даже поцарапать массивные плиты из эрзита, крепкое стекло в окнах не разбилось бы даже под ударами тяжелой кувалды в руках сильного мужчины. Дверь и замок были неуязвимы. Бежать было невозможно. И они отобрали у нее оружие — она поэтому не могла даже приблизить свою смерть, лишив их таким образом удовольствия быть свидетелями ее последнего часа.

Когда они придут? Совершит ли все Асток своими собственными руками? Она сомневалась, что у него хватит на это мужества. В душе он был трусом — она знала это с тех пор, как впервые услышала его хвастовство, когда была в гостях у его отца и он пытался поразить ее своей доблестью.

Она не могла не сравнить его с другим. А с кем могла обрученная невеста сравнивать своего неудачливого поклонника? С ее нареченным? Вы думаете, Тувия из Птарса сравнивала достоинства Астока из Дузара и Кулан Тита, джеддака Каола?

Она была на пороге смерти, она думала о том, что ей было приятно, но мечты ее были далеки от Кулан Тита. Мысли ее были заняты высоким и стройным жителем Гелиума.

Она мечтала увидеть улыбку, освещавшую его честное лицо, когда он беседовал с друзьями, и улыбку, трогавшую его губы, когда он сражался с врагами, — воинственную улыбку, унаследованную от отца.

И Тувия из Птарса, настоящая дочь Барсума, чувствовала, как учащается ее дыхание, а сердце бьется при воспоминании об этой улыбке — улыбке, которую ей не суждено больше увидеть. Со сдержанными рыданиями девушка опустилась на шелка и меха, которые были в беспорядке разбросаны у восточного окна, спрятав лицо в ладони.

В коридоре, у комнаты, где она томилась, жарко спорили два человека.

— Я еще раз повторяю тебе, Асток, — говорил один, — что я не сделаю этого, если ты не будешь находиться рядом в комнате.

В тоне говорившего было мало уважения, которое обычно оказывается особе королевского рода. Второй, заметив это, покраснел.

— Не заходи слишком далеко в надежде на мою дружбу, Вас Кор, — произнес он. — Моему терпению наступит конец.

— Здесь нет речи о достоинстве королевских особ, — ответил Вас Кор. — Ты попросил меня быть убийцей вместо тебя в нарушение строгого приказа джеддака. У тебя не такое положение, Асток, чтобы диктовать мне, и ты должен согласиться с моей просьбой присутствовать при убийстве, разделяя таким образом со мной вину.

— Почему я должен все это выносить?

Принц сердито посмотрел на Вас Кора, подошел к закрытой двери, отпер ее и, когда она повернулась на петлях, вошел в комнату вместе с Вас Кором.

На противоположном конце зала девушка, услышав, как они вошли, поднялась на ноги и повернулась к ним лицом. Мягкое, с теплым оттенком лицо ее слегка побледнело, но глаза смотрели храбро и холодно, а надменный наклон ее маленького подбородка красноречиво говорил о презрении и ненависти.

— Ты все еще предпочитаешь смерть? — спросил Асток.

— Тебе — да! — холодно ответила девушка.

Принц Дузара повернулся к Вас Кору и кивнул. Придворный достал свой короткий меч и направился через комнату к Тувии.

— На колени! — приказал он.

— Я предпочитаю умереть стоя, — ответила она.

— Как хочешь, — сказал Вас Кор. Большим пальцем правой руки он проверил острие своего оружия. — Именем Вутуса, джеддака Дузара! — закричал он и бросился к девушке.

— Именем Карториса, принца Гелиума! — донеслось от двери.

Вас Кор оглянулся и увидел пантана, которого он взял на службу в доме своего сына, бегущего к нему. Юноша проскочил мимо Астока со словами:

— После всего этого, ты — калот!

Вас Кор повернулся, чтобы встретить атакующего противника.

— Что означает эта измена? — закричал он.

Асток с обнаженным мечом бросился на помощь Вас Кору. Меч пантана скрестился с мечом придворного, и при первых же ударах Вас Кор понял, что имеет дело с опытным мастером.

Прежде чем он догадался о намерении чужестранца, тот уже был между ним и Тувией из Птарса и отчаянно защищался от двух мечей Дузара. Он сражался не как человек, припертый к стене. Он наступал, и хотя его сверкающий меч все время был между девушкой и ее врагами, ему все же удалось заставить их побегать по комнате, отражая его атаки. Девушке он приказал быть рядом с собой.

До тех пор, пока не стало уже поздно, ни Вас Кор, ни Асток не подозревали, что замышляет пантан, но наконец, когда юноша оказался спиной к двери, оба поняли — они оказались загнанными в свою собственную тюрьму, и теперь, самозванец, если пожелает, сможет убить их, так как Тувия из Птарса заперла дверь по указанию пантана, взяв ключ на противоположной стене, где Асток оставил его, когда они вошли.

Асток, как это всегда было с ним, увидев, что враг тут же не сдался перед его мечами, уступил главенство в сражении Вас Кору, и теперь, когда он внимательно присмотрелся к пантану, глаза его раскрывались все шире и шире, так как он медленно узнавал знакомые черты принца Гелиума.