Чтение онлайн

– Прекрати это! Больше никаких кодограмм – говори че-ло-ве-чес-ким языком! – потребовал Симон.

– Прошу прощения, командир.

– И дыши, я вижу, ты совсем не дышишь, с такими манерами ты нас всех подставишь, спалишь и…

– Подведешь, – подсказал Курц, собирая взрывное устройство.

– Правильно, – кивнул Симон. – Но ты тоже не всегда дышишь.

– Это было раньше, командир, – возразил увлеченный работой Курц. – Теперь я умею даже кашлять.

– Ну-ка, покашляй.

Курц покашлял. Получалось довольно по-человечески, но Симон не спешил хвалить подчиненного. Старательно выпятив нижнюю губу, он осуждающе покачал головой. По части исполнения человеческих жестов Симон был явным лидером.

– Я тоже умею кашлять, – напомнил о себе Ленц.

– А ты иди в туалет, – сказал командир.

– Я был там час назад.

– Сходи еще раз. Люди абсолютно бессистемные существа, поэтому принимать материалы внутреннего расщепления и сбрасывать продукты этого расщепления они могут сколько угодно раз в сутки. Именно поэтому поведение этих… тварей так трудно имитировать.

– Готово, командир, – доложил Курц и продемонстрировал собранный фугас.

– Отлично, положи его под диван.

– Вы имеете в виду эту… платформу? – неуверенно уточнил Курц.

– Я сказал – диван!

– Извините, командир, я еще не все усвоил.

– А когда ты собираешься усваивать? Ты думаешь, люди-убийцы дадут нам несколько возможностей отомстить им?

– Нет, командир, я так не думаю, – пролепетал Курц.

– Ты разве не видел запись убийства императорского представителя?

– Извините, командир. Я сейчас же повторю всю базу данных.

– Повтори ее трижды и перестань называть меня командиром, я для вас – Симон.

– Да, Симон, – виновато кивнул Курц.

Из туалета вышел Ленц и, сунув руки в карманы, прошелся вдоль стен, рассматривая висевшие на них фотографии.

– Странно, – произнес он. – Это ведь даже не голограммы, зачем хранить двумерные изображения, ведь это самый малоемкий формат?

Симон подошел и встал рядом, пытаясь посмотреть на эти изображения по-человечески.

– Полагаю, это объекты так называемого эмоционального настроя.

Ленц кивнул.

– Эмоциональный настрой – это я помню. Фиксированный спектр статичных полей. Это значит, что люди, когда смотрят на эти изображения, меняют параметры тонкого поля.

– А разве в их программном обеспечении отсутствует пакет тарировочных таблиц? – удивился Курц, выбираясь из-под дивана.

– О чем ты говоришь? У них нет даже главного процессора.

– Как же они существуют?

– Они целиком полагаются на свою органику.

– Примитивная раса.

– Это так, – согласился Симон, – однако нам до сих пор не удается подчинить их именно потому, что мы не можем полностью предсказывать их действия. У них совершенно отсутствует логика.

– Дикари.

– Вместе с тем не следует забывать, что мы посланы совершить возмездие и покарать не простых варваров, а одних из сильнейших. – Симон помолчал и добавил: – А возможно, и самых сильных. Да, у нас было мало времени на подготовку, да, мы выступаем в неудобном для нас формате, но мы обладаем огромной силой. То, как мы расправились с этими людьми на швартовке, подтвердило это.

– Мне они показались невесомыми, – усмехнулся Курц. – Кстати, Симон, почему форматная прошивка судна стала барахлить? Забавно было видеть, как они замерли, пораженные увиденным.

– О форматной прошивке судна можно не беспокоиться, мы им больше не воспользуемся, и эта тайна уйдет в небытие вместе с кораблем…

Симон посмотрел на наручные часы:

– О, уже двенадцать десять, время обеда! Я разыщу стюарда, а вы уберите подальше кофры, нельзя, чтобы какая-то незнакомая деталь заставила человеков насторожиться.

– Да, конечно, Симон, – кивнул Курц и стал прятать спецсредства обратно в кофр.

В двенадцать пятнадцать на камбуз поступил заказ: обед для трех человек – подать в капитанскую каюту. Заказ принял помощник кока и принес своему шефу заполненный бланк. Кок взял листок, поправил белый колпак и стал щуриться, будто плохо видел, но едва помощник ушел, поспешил в кладовку.

– Вы здесь, сэр? – спросил он, включая освещение.

– Да, сержант, возле испанского окорока, – отозвался лейтенант-наводчик из боевой части корабля.

– Вот. – Кок протянул офицеру бланк с заказом.

– Суп зеленый… Тефтели… Рис… Мороженое… – Лейтенант пожал плечами. – Как будто ничего особенного, а, сержант?

– Не совсем так, сэр. – Кок немного нервничал и комкал в руках салфетку. – Бывает, что двое заказывают одинаковый набор блюд, но трое – почти никогда. По крайней мере, я с таким ни разу не сталкивался, хотя служу уже четырнадцать лет. У нас прекрасный выбор, семь первых блюд, пять мясных на второе, десяток гарниров, двадцать восемь соусов… Одним словом, странный выбор.

– Ладно, давай куртку…

– Но, сэр, может, не стоит? Если узнает капитан…

– Брось, сержант, я же не яд собираюсь им подать. Или ты не хочешь знать, что случилось с твоим земляком из команды «грачей»? Может, желаешь спросить об этом капитана?

– Простите, сэр. Струхнул малость.

Кок выскочил в рабочее помещение и вернулся с белой поварской курткой, с накрахмаленным колпаком и парой длинных салфеток, чтобы набрасывать на руку – так подающий выглядел опрятнее.

Лейтенант быстро оделся, позволил сержанту чуть поправить колпак и сказал:

– Готовь заказ, я доставлю.

– Одну минуту, сэр, все уже на пару.

Через несколько минут лейтенант-наводчик Кларк уже толкал по коридору сервировочный столик с накрытыми салфеткой тарелками. При встрече с матросами он опускал голову, чтобы кто-нибудь не узнал его.

Поднявшись на лифте на тихий ярус высшего командования, лейтенант неслышно подкатил столик к капитанской каюте, сунул руку в карман и включил датчик определения плотности. Это был миниатюрный прибор, который записывал показатели плотности объектов и их реальные формы. Стоило лишь повернуться на месте, чтобы объектив датчика просканировал все, что находилось рядом.