Чтение онлайн

Привратников было мало, чуть больше двух десятков, в последнюю четверть века о них становилось известно благодаря занятному дарованию Анастасии, почти неспособной к самому хилому предвидению земных происшествий и проявлявшей чудеса волшебного зрения в вопросах, пересекающихся с иномирными феноменами. Как Кольцов успел так шустро явиться ко мне? А привратники располагались в четко определенных точках Земли. Уходил один (люди смертны, и смертны внезапно, особо привратники), его место в течение нескольких суток занимал другой. «Склонность» к экзотической профессии возникала обычно на фоне сильнейшего эмоционального или физического стресса. (Меня приложило молнией.) Вот ушлый торгаш и караулил рыбку вместе с сестрицей. Ту специально командировали в место X — чем ближе к объекту, тем сильнее у Анастасии бывал всплеск предвидения.

Почему же о таких занятных людях и их фантастических гостях до сих пор не снимают кино, не трезвонят во всех средствах массовой информации? А потому что никому, кто не связан с вратами-порталами прямо или косвенно, привратник не мог сказать ни слова. Нет, сказать, конечно, мог, хоть круглые сутки трепись, из кожи вон лезь, только вся информация пройдет мимо ушей и глаз собеседника. Такая вот загогулина! У ученых «Перекрестка» бытовала версия, что таким образом мир защищал самое себя от угрозы извне и хаоса.

И вероятно, по тем же самым причинам встречаться привратникам между собой было нежелательно. «Перекресток» не запрещал, вот только со снявшимся с места, где открываются двери, привратником всегда происходило нечто заставляющее его вернуться на ПМЖ и к работе или огрести по полной программе.

В итоге, по словам Сергея Денисовича, выходило, что на меня не шаровая молния свалилась, а куча разносортных неурядиц вместо тихой и спокойной жизни. И избежать их просто невозможно, потому как порталы сюда будут открываться вне зависимости от моего сознательного желания, а вот для отправки гостя придется немного потрудиться. Ему вполне может не понравиться предлагаемый путь, сама рожа привратника или еще чего. Закончив инструктаж, куратор, так и не снявший ни плаща, ни перчаток, предупредил:

— Осторожнее с оружием дроу.

— Каким оружием? — рассеянно удивилась я, голова пухла от свалившейся информации.

Ладонь в перчатке указала на мою правую руку.

Я машинально перевела взгляд, поднимая пальцы к глазам. Широкий рукав съехал к локтю. Вдоль предплечья, без всяких ремешков или застежек, вплотную прилегая к коже, устроился черный обоюдоострый штырек, похожий на миниатюрный стилет. При повороте руки мне показалось, что темный металл еще и отливает чем-то лиловым, нанесенным на него. Смазка?

— Увы, подарок дроу нельзя выбросить или передарить. Он всегда будет с вами, Гелена. Яд на лезвии смертелен для людей и большинства созданий иных рас, достаточно одного укола заррой, потому будьте осмотрительны.

— Так я же сама порежусь, и капец котенку.

— Владеющему зарра не навредит, — опять тоном профессора МГУ, объясняющего первоклашке действие сложения, выдал информацию Сергей Денисович. — Ее продать и забрать от владельца невозможно, но какие-то другие вещи, оставшиеся от гостей, если в них не будут заинтересованы ученые «Перекрестка», вполне. Можете передавать их мне или, — брезгливое выражение снова нарисовалось на физиономии гостя, — если решитесь вести дела с господином Кольцовым, требуйте втрое больше его цены.

— Какой Кольцов? Вы же его выгнали взашей, — малость подзапуталась я.

— Посмотрите под тарелками, наверняка оставил визитку, — процедил совет куратор.

Он явно не одобрял Степаныча, но, с другой стороны, похоже, старый жучара был своим проверенным и привычным злом. И, имея с ним дело, привратник рисковал только пролететь на бабки, а не оказаться в большой Ж, пытаясь сплавить нечто ценное в обыкновенный ломбард. Кстати, никогда не имела дел с ломбардами и даже не знаю, как туда обращаться. Я бы, честно сказать, всякие штуковины из других миров как сувениры оставлять стала и ни куратору, ни Кольцову не отдавала. Меня опять озадачило собственное состояние: перегруз данными был, а вот сопутствующего психологического шока, который просто обязан возникнуть при таких фантастических вестях, — нет.

Решив, что хуже, чем есть, мнение куратора обо мне не станет — плинтус и так крайняя метка, — я задала вопрос. Удивительно, но на этот раз Сергей Денисович язвить не стал, напротив, в непроницаемо черном взоре даже промелькнуло что-то вроде сочувствия к вынужденной неадекватности, когда он ответил:

— При обретении способности открывать порталы в сознании и психике привратника что-то меняется. Необратимо. Необыкновенное и непривычное совершенно перестает пугать и шокировать. Скорее всего, так защищает себя талант. Не будь такого изменения, привратник сходил бы с ума в первые же сутки. Так думают ученые «Перекрестка».

— Вы еще и тестировали проводников, то есть привратников?

— Разумеется, Гелена Юрьевна. Минует небольшой период адаптации, тесты передадут и вам.

После нескольких почти ничего не значащих, по мнению куратора, вопросов явное неудовольствие и нетерпение на хищной физиономии Сергея Денисовича закончились закономерным предложением обдумать свое положение и составить перечень интересующих аспектов работы. В следующую неизбежную встречу мистер Черный Плащ обещал закончить просветительскую работу. Кажется, я его сильно раздражала, или не только и не столько я, а вообще все то, чем он вынужден был заниматься в «Перекрестке». Но за каким лядом он тогда вообще там состоит? Или у него, как и у меня сейчас, нет выбора?

Озвучивать свои соображения я не стала — что толку пытаться вызвать на откровенность неприятного человека в первый день знакомства? Если только нужно, чтобы он тебя качественно послал на хутор за бабочками, тогда, конечно, это вариант. На прощанье куратор проинспектировал мою способность ткнуть три раза пальцем в одну сигнальную кнопку металлического браслета, замаскированного под часы. Затем вручил личную визитку на экстренный (последнее подчеркнул особо, не преминув язвительно справиться, известно ли мне значение сего иностранного слова) случай и удалился. Я закрыла дверь, потом вспомнила, что забыла спросить, когда присылать отчет о визитерах, распахнула створку, но за порогом уже никого не было, и звука шагов по лестнице тоже не раздавалось. Исчез! На черном прямоугольничке белыми буквами значилось: Ледников Сергей Денисович, куратор, цифры рабочего телефона, имейл LSD-perekrestok и стандартный хвост почтового ящика.

«ЛСД, значит», — хихикнула я, закрепляя за начальством кличку, и отправилась на кухню искать визитку Кольцова.

Та, как и предсказывал ЛСД, нашлась под тарелкой с колбасой. Я обозрела шалман на кухне, грязные кружки и кучу еды. Не сказать, что я в плюсе после откармливания дроу и набега гостей из «Перекрестка», но баш на баш выходит. Продуктов стало поменьше, зато теперь я являюсь обладательницей эксклюзивной зарры. Отравленный стилет и после ухода ЛСД висел без ножен на руке, но колоться и травить свою обладательницу не собирался.