Чтение онлайн

— Да.

— Значит так, — направил в кудрявого парнишу толстый палец Марк, — дуй к нему, помоги с осмотром, допросите соседей. Отчёт оставьте у Тима — вечером заберу.

— Э-э-э, Марк…

— Что?

— Ну… я тут подумал… может, попросим помощи у Харона?

Марк сурово нахмурился, уткнув кулаки в бока. Готовый разораться, он перевёл взгляд на потолок и с силой выдохнул. Вместе с воздухом вылетело и глухое раздражение. Шлепком ладонями по бёдрам здоровяк окончательно выразил своё отношение к словам Сэма:

— Забудь о Хароне! Он — псих и болван! Сколько его ни просили, он никогда не помогал.

— Я просто…

— К Уолтеру, Сэм!

Однокашник остался недоволен резким тоном, но быстро повеселел, когда в дверях встретился со мной. А вот и его давно знакомая манера блеять:

— Это… Кейт… ну, мы ещё повидаемся?

— Разумеется, — ответила я.

Всё, лишь бы он поскорее убрался. Даже когда улыбчивый донельзя Сэм хлопнул дверью, я больше минуты боялась пошевелиться. Из оцепенения меня вывел бас Марка:

— «Разумеется, да» или «разумеется, нет»?

— А какая, собственно, разница?

— Ну, не скажи: у Сэма с женщинами проблемы. Он так надеется. Он ведь раньше…

И кто его просил напоминать о глупостях молодости?

— Да, раньше он был ко мне неравнодушен, — я приблизилась к дяде и присела рядом на корточки. Впервые с его лица сорвали маску лучащегося оптимизма.

Марк застыл в паре метров: очевидно, шлёпает губами, пытаясь сказать что-то умное. Не разобрался за годы, где подыскивать правильные слова. Но чего-чего, а вытирать сопли мне сейчас не надо. Лучше просто меня не трогать.

Очень быстро здоровяк отвернулся и начал собственный осмотр места преступления: не успела я моргнуть, как в комнате оказался двойник Марка. Точная его копия неторопливо двинулась рыскать по закоулкам дома.

Марк — мутант, такие, как он, появились ещё до Недоброго Утра, но в Новые Времена их стало в разы больше. У каждого есть особый дар, природу которого, подчас, не понимают сами мутанты. Усатый полицейский, например, способен создавать своего двойника. Тот не способен взаимодействовать с предметами, зато служит Марку дополнительными глазами и ушами — очень полезен в поиске улик. Плюс ещё, двойник способен говорить. За свою способность Марк обзавёлся прозвищем Дубль.

Кто-то мутантов любит, кто-то — нет, кто-то к ним равнодушен, а кто-то их боится. Одни мутанты похожи на людей, другие — не очень. Одни скрывают свою суть, а другие заявляют о себе открыто. Что до меня, я, можно сказать, им даже завидую…

Пока клон на карачках исследует пол, Ферран присел за стол, чтобы разобраться с бумагами покойного напарника.

Я оставила дядю в покое. Как он всегда хотел, когда я начинала лезть со своими делами.

— А кто такой Харон?

— Харон? — нехорошо поморщился Марк. — Харон — местный отморозок. Настоящее его имя… Чедвер, Чедвер Гомаргольц. Регулярно нажирается в баре, нигде не работает, может пропасть на неделю… Неприятный, в общем, тип.

— А почему Сэм собирался просить у него помощи?

— Ну, Харон — мутант. И способность у него интересная: он ретранслирует прошлое. Как бы объяснить… Харон создаёт фантомы людей, которые повторяют всё то, что когда-то проделывали настоящие люди. С его помощью можно воссоздать события любого преступления, разглядеть лица преступников, но… Харон из тех, кто посылает полицию и даже не морщится.

Удивительное сокровище для шерифа этот Харон, сокровище, которое воротит нос и не желает помогать… Какой заманчивый персонаж.

— И где он живёт? — присела я на край стола.

— Говорят, что где-то у реки, правда, так просто вход в его логово не найдёшь, — устало выдохнув, Марк продолжил каким-то грустным голосом. — Собираешь с ним поговорить?

— Есть такие планы.

— А я думал, ты уже собираешься уезжать.

— До похорон Энгриля останусь, а потом… Мне нужно где-то жить.

Марк оторвался от ненаглядных бумаг и повертел головой по сторонам. Издав глупое мычание, он неуверенно протянул:

— Думаю, никто не будет против, если ты расположишься здесь. Если, конечно, тебя не смущает… тело.

— Не смущает нисколько.

— Его уберут вечером.

— Я же сказала, что он меня нисколько не смущает, Марк, — перебила я полицейского. — Твой клон будет осматривать спальные комнаты?

— Да, там тоже надо посмотреть.

— Тогда кину вещи и пойду погуляю по городу. Если я не нужна.

— Нет, можешь быть свободна.

Я направилась в свою комнату. Маленькой закуток, узкая кровать под самым окном, шкаф (возможно даже остались старые вещи), сундучок без крышки. Моя маленькая темница. Только брошу наспех собранную сумку и скорее рвану отсюда.

Попыталась выскочить из дома пулей, но Марк успел перехватить:

— Кейт, прости, забыл сказать: соболезную.

— Пустое.

— Я этого негодяя поймаю.

— Уж постарайся.

Вышла на улицу. Такое ощущение, что тучи стали гуще, чернее. Обозлились на меня? Потревожила вашу гнилую обитель, не так ли? Многих я тут потревожу: терпите.

Дядя, конечно, козёл, что не спас мои любимые яблони. Из всех пяти только две не были похожи на гнутые куски проволоки, и так случилось, что бесстыдная судьба сразила именно их.

Энгриль дал слабину. Все четырнадцать лет он казался мне твёрдым кремнем, несгибаемым стальным прутом, а тут вдруг… Единственное, за что я его уважала, так это за твёрдость, от которой даже Стальному Тиму станет неловко. Дал себя убить какому-то маньяку-детоубийце. Он вообще позволил этому мерзавцу появиться в округе. В былые годы давил подобный сброд, как букашек.

Как-то это неправильно: ну не мог Энгриль не понять, с кем имеет дело, когда впускал в дом маньяка. Пятно на репутации. А мой дядя слишком мёртв, чтобы его смыть. Непоправимо вляпался.