Душа дракона
Шрифт:
— Зачем? — спросил Дунбальд.
— Поставим в лесу возле замка засаду. Охране на воротах разрешим вздремнуть. Для вида. Калитку запирать не будем. И он сам выберется из убежища, попытавшись сбежать.
— Ты уверен в том, что он из замка побежит по дороге, а не попытается улизнуть другим путём?
— Мы поставим засаду совсем рядом с воротами, так, чтобы они хорошо просматривались.
— Чем тебя смущает обыск?
— Жертвами, — пожал плечами сероглазый. — Если мы начнём его выкуривать, то совершенно точно потеряем ещё людей. Они, конечно, особой ценности не представляют, — он пренебрежительно скосился на начальников гарнизона и караула, — но это всё равно нежелательно. В конце концов, если он уйдёт от засады, то с утра мы встанем ему на след и к обеду нагоним конным разъездом. А может, и раньше. В любом случае, как вы и предлагали, — поиграем. Заодно присмотримся к нему. Совершенно непонятный тип, но крайне интересный. Возможно, его можно было бы использовать. В перспективе.
— Хорошо, — кивнул Дунбальд.
Ближайший вечер. Где-то в замке
Дмитрий проснулся хмурый и раздражённый. Всё тело болело. Отчаянно хотелось жрать. Настолько, что вчерашний голод казался ничтожным. И ещё нормально помыться, а потом переодеться в чистую одежду и… в общем — хотелось многого чего, но ничего из этого не имелось. Хуже того — он сидел во враждебном замке, жизнь висела на волоске, и продержаться ещё хотя бы сутки казалось ему ненаучной фантастикой.
Спрятавшись во время пожара под притолокой сарая для сена, он днём несколько часов наблюдал за тем, как и чем люди тушила пожар, а потом занимались другими хозяйственными делами. И теперь Дмитрий понимал — он совершенно точно где угодно, только не у себя дома. Ни малейшего намёка на современную цивилизацию…
Наступила ночь.
Дмитрий снова аккуратно выглянул в щель, через которую наблюдал за двором, и с удивлением обнаружил, что стража на воротах спит, а калитка ничем толком не заблокирована. Даже костёр у них почти погас.
«Экие вы прыткие… — улыбнулся про себя парень, — Так вот куда стражники днём убежали. А я-то думал, что меня искать…. Осталось только ворота нараспашку открыть и табличку повесить, приглашая меня прогуляться за ворота. В заботливые лапы стражи…»
В общем, вместо того чтобы бежать к воротам, бывший узник решил лезть в главное здание с надеждой не сбежать, а попробовать отомстить. Да и куда ему тут бежать? Ни языка не знает, ни обычаев. Из денег десяток медяков, снятых с тюремщиков. В общем — бесперспективная личность в плане выживания в чужом для него мире. Разве что разбоем заняться, но и там проблема на проблеме… Награбленное-то как сбывать? Без связей с местными — тухлое занятие. А так, после того как днём часть стражников убежали в лес, а остальные стояли по стенам и на воротах, шансы на ответный визит вежливости у него сильно возросли.
«Особенно если эти… спят».
Час спустя. Главный корпус замка
Дунбальд стоял в зале Большой печати и думал.
«Уже полночь, а этот пленник никак себя не проявил. Кроме нескольких новых смертей. Видимо, слуг, наткнувшихся на него, убивал. А ведь охрана на воротах может и устать притворяться… О! Шаги. Спокойные. Уверенные. Терн. Наконец-то. Этот вряд ли явится без серьёзного повода после произошедшего. Тем более сюда», — Дунбальд обернулся к человеку, остановившемуся у него за спиной, и встретился с жёстким взглядом незнакомого лица. Это был так неожиданно, что отреагировать он не успел — чужак всадил ему тесак под рёбра. Снизу вверх.
«Ты что творишь?!» — раздался негодующий рёв в голове Дмитрия, и откуда-то справа начал надвигаться смутно знакомый человек. Парень же резко толкнул старика на звук и рванул в противоположную сторону, стремительно разрывая дистанцию.
— Это что вы творите?! Что это за проклятое место?!
«Не смей так говорить! — прорычал голос в голове. — Это место священно! Ты стоишь в зале Большой печати…»
— Да мне плевать! Хоть в зале великого сортира! — раздражённо крикнул Дмитрий, наблюдая с удивлением за тем, как странный мужчина быстро извлёк тесак из старика и начал что-то делать с тем, кого сам парень уже посчитал покойником. Впрочем, «мертвец» совсем не стремился умирать и время от времени страдальчески вздыхал с полуприкрытыми глазами. — Почему вы меня похитили?
«Нам было интересно узнать, что ты за человек, — спустя некоторое время снова раздался голос. — Ты не должен был там видеть ни нас, ни проклятую».
— Какую ещё, к чёрту, проклятую? Зачем вы гнались за той девчонкой?
«Она демон».
— Да какой она демон? Вы что, издеваетесь?
«Очень непростой. Мы её долго выслеживали. И если бы ты не помешал, то схватили бы».
— Вы что, психи? Какие демоны?
«Завязывай с оскорблениями. Я пока не убил тебя только потому, что мне важно понять, почему ты нас там увидел. Это совершенно невозможно. Но если ты продолжишь, то я ничего не гарантирую».
— Вы меня всё равно убьёте, — горько усмехнулся Дмитрий. — В сырой каменный мешок на гнилую солому не бросают просто так. Да и не избивают на регулярной основе без повода. Я как очнулся, долго не мог понять — как вы мне все рёбра не переломали. Одни синяки да ссадины.
«Если ты будешь с нами сотрудничать, тебе сохранят жизнь», — холодно, но спокойной произнёс незнакомец.
— В клетке? В качестве подопытной зверушки для опытов? — язвительно уточнил Дмитрий. — Да и после вот этого, — он кивнул на старика, — вряд ли мне светит что-то хорошее. Хотя я удивлён, что он всё ещё жив. С ножом в сердце не живут.
«Ты же знал, на что шёл, — выразительно выгнул бровь незнакомец. — Но это будет хоть какая-то жизнь».
— На что шёл? Хм… я шёл на защиту молодой и красивой женщины от насильников. По крайней мере, со стороны это выглядело именно так.
«Насильников? — зло прищурил глаза незнакомец. — Вижу, ты не хочешь миром договариваться».
— У меня на мирный договор нет шансов, — пожал плечами Дмитрий. — Зачем пытаться прыгнуть выше головы?
«Пойдём, выйдем отсюда. Это не место для поединков»
— Отчего же. Мне и тут вполне нравиться.
«Это зал Большой печати!» — буквально взревел голос в голове.
— И что? Я понятия не имею, что это значит.
«Если мы нарушим что-нибудь в плетении, то в этом месте появится ослабленный участок, через который смогут войти демоны. Ты готов подвергать смертельной опасности жителей планеты?»
— Да мне как-то на них наплевать. Сейчас не их судьба решается, а моя. Хм. Нарушить плетение, говоришь? Вот так это можно сделать? — с этими словами Дмитрий подцепил обеими руками тяжёлую кованую скамейку и запулил её с балкона, на котором стоял, вниз, прямо в узор печати.