Дураки
Шрифт:
Софья. До завтра, учитель.
Леонн. Никогда еще я не ждал предстоящего дня с таким нетерпением.
Софья. Вы самый замечательный из всех учителей. Я буду Бога молить, чтобы вы… остались у нас в Куличовке.
Уходит.
Елена. Она нашла дверь! Сама нашла!
Доктор. Первый раз вижу Софью такой сияющей… Елена, знаешь, о чем я подумал?
Елена. Нет. Я даже не знаю, о чем я подумала.
Доктор. Я подумал, что новый учитель пришелся по сердцу нашей Софье.
Леонн. Если это так, доктор, то перед вами счастливейший из смертных. Скажите, кто-нибудь уже просил ее руки?
Доктор, Руки? Пусть сначала палец попросят!
Леонн. Я хотел сказать, нет ли у нее поклонников? Ну, мужчин, которые влюблены в нее?
Доктор. У нас это не принято.
Леонн. То есть как?
Доктор. Не принимаем и все. Ни одного человека. Даже его.
Леонн. Его?
Елена. Он хотел сказать, что для НЕГО мы делаем исключение.
Леонн. Значит, кто-то есть! Кто же? Я должен знать. Это очень важно.
Доктор. А вы никому не скажете?
Леонн. Никому.
Доктор. Вы слышали о… графе Григории Михайловиче из Куличовки?
Леонн. Не могу сказать, что слышал.
Доктор. Не можете сказать? Но это совсем не трудно. Даже Елена может.
Елена. Граф Григорий…
Леонн(раздраженно). Я могу сказать это! Кто он?
Елена. Один из… них. Из-за которых у нас зачатие.
Леонн. Так он Юзекевич?
Доктор. Последний в роду.
Леонн. И что у него с Софьей?
Доктор. Он делает ей предложение два раза в день.
Леонн. Два раза?
Доктор. Ну да. Утром в шесть пятнадцать и вечером в половине восьмого.
Леонн. Неужели он так ею увлечен?
Доктор. Нет-нет, Софья его никуда не увлекала. Это родовая месть. Если Зубрицкая выйдет замуж за Юзекевича, они успокоятся, и занятию придет конец.
Леонн. А что Софья.
Доктор. Она уже много лет отвечает ему отказом, но долго так продолжаться не может. Бедняжка мечтает хоть разок выспаться.
Леонн. Что за человек этот граф?
Доктор. Он… такой же, как и мы.
Леонн. Значит, над ним тоже тяготеет заклятие?
Доктор. Нет, он тяготеет к путешествиям. Но ему нельзя выезжать из Куличовки.
Леонн. Понятно. Итак, у меня есть соперник. Что ж, тем лучше. Посмотрим, кто кого… Да, совсем забыл. Как у вас тут с жильем?
Доктор. Ради бога не беспокойтесь. Мы и здесь переночуем.
Леонн. А… ясно. Тогда до завтра.
Елена. Господин Толчинский! Спросите нас еще раз! Ну, пожалуйста. Сразу чувствуешь себя такой… умной.
Леонн. Да, конечно. Какова цель человеческого существования?
Елена. Ах, меня опять в жар бросило. Вы душка.
Доктор. Постойте! Я… я, кажется, знаю.
Елена. Знаешь?
Доктор. Первый раз я не понял вопроса. А сейчас мне показалось, что я… Ой, а вдруг я в самом деле отвечу?
Леонн(возбужденно). Так отвечайте же, господин Зубрицкий! Скорей!
Доктор. По-моему, ДВЕНАДЦАТЬ!
Леонн. Что??
Доктор. Неверно? По лицу вашему вижу, что неверно. четырнадцать?
Леонн. Боюсь, вы не совсем поняли…
Доктор. Во всяком случае, меньше ста. Уж на это моего ума хватает. Восемьдесят три?.. Сорок шесть?
Леонн(идя к двери). Мы это обсудим, когда займемся философией. А пока не ломайте себе голову. Ложитесь лучше спать. Спокойной ночи. (Выходит на улицу и громко вскрикивает) ДВЕНАДЦАТЬ!
Елена. Зачем ты влез со своим ответом? Такой прекрасный вопрос испортил.
Леонн(на улице). ДВЕНАДЦАТЬ!!
Доктор. А вдруг бы я угадал? Мы бы тогда могли продать правильный ответ. На этом у нас можно заработать целое состояние.
Они уходят. ЛЕОН скрывается из виду, затем возвращается.
Леонн(в зал). Я вернулся, чтобы проститься: Вообще-то я намеревался остаться здесь и попытаться снять это чертово заклятие, но когда он сказал «двенадцать»… Увы, я должен забыть Софью.
На балконе появляется женская фигура.
Софья. Учитель!
Леонн. Софья?
Софья. Я здесь.
Леонн. Почему вы без шали? Вы же схватите простуду.
Софья. А как ее хватают? Я еще не научилась.
Леонн. И слава Богу. Не всему надо учиться.
Софья. Ах, если бы вы увидели меня такой, какой я была бы, не стань я такой, какая я есть!