Дурацкая история
Шрифт:
– Это тоже версия, – кивнула Мотька, – но самая примитивная!
– А у тебя есть посложнее? – не без ехидства спросила я.
– Навалом!
– Что ж, излагай, а я послушаю!
– Только давай сядем! – предложила Матильда, указывая на освободившуюся скамейку.
Мы сели.
– Ну? Начинай, Матильда!
Она открыла было рот, но вдруг что есть силы пихнула меня локтем.
– Мотька! – задохнулась я от боли.
– Смотри! – прошипела Матильда.
Я посмотрела, куда указывал ее взгляд, и увидала, что во двор входит давешний парень в сопровождении мужчины лет сорока с толстой золотой цепью на шее. И идут они не куда-нибудь, а прямиком к тому подъезду, откуда мы только что вышли.
– Аська, вперед! – скомандовала Мотька и со всех ног бросилась к подъезду, я помчалась за ней, а то мало ли что эта ненормальная выкинет.
Мужчина и парень ждали лифта. Мы с Мотькой тоже подошли к лифту. А тут как раз он и открылся.
– Девушки, вам какой этаж? – спросил мужчина.
– Восьмой! – ответила Мотька.
– А нам раньше! – сказал он и нажал на кнопку с цифрой шесть.
Мотька легонько пнула меня ногой: мол, я не зря говорила…
Они вышли на шестом, мы поднялись на восьмой и стали медленно, соблюдая предельную осторожность, спускаться по ступенькам. Не доходя на один пролет до шестого этажа, мы замерли и прислушались. Ничего. Тогда Мотька слетела вниз, я за ней. Дверь в квартиру была прикрыта, но не заперта.
– Ну и что все это значит? – донесся до нас сердитый голос мужчины.
– Не понимаю, просто не понимаю, куда он мог деваться? Я же своими глазами видел, как он тут лежал…
– Говоришь, своими глазами? – хмыкнул мужчина. – В таком случае где? Где он? Ты думаешь, я тебе мальчишка, чтобы со мной такие шутки шутить?
– Дядя Шура!
– Кретин! Мальчишка!
– Дядя Шура!
– Заткнись, идиот! Где ключи? Я спрашиваю, где ключи?
– Не знаю… Я как увидал… Обо всем забыл! Дядя Шура!
– Что дядя Шура? Сам понимаешь, что дело плохо? Я за тебя ручался, а ты…
– Но я же ни при чем! Я просто пришел, а он тут… лежит…
– Так куда он, скажи на милость, девался? Вознесся, что ли? А ты случайно не больной, у тебя глюков не бывает?
– Дядя Шура!
– Ну вот что, мне твои штучки уже обрыдли. Не годишься ты никуда! Тут нервы крепкие нужны! Чтобы к вечеру новый замок стоял. Замок хотя бы врезать сам сможешь?
– Я не пробовал…
– Остолоп! Олух! Болван!
– Дядя Шура, может, я ключи, когда бежал, выронил… Я поищу, а?
– Удивляюсь, как ты еще штаны на бегу не потерял! Ладно, иди ищи! Найдешь – твое счастье!
– А вы?
– А что я? У меня, думаешь, кроме твоих глюков, других дел нет? Все, иди! И чтоб не кое-как искал, а тщательно! Понял меня, дубина?
– Понял…
Мы с Мотькой мигом взлетели вверх. Дверь открылась, и эти двое, судя по всему, дядя с племянником, вышли на лестницу и вызвали лифт.
– Ты это что, на лифте ехать собираешься? – насмешливо спросил дядя Шура. – Небось, бежал как оглашенный по лестнице…
– Да-да, вы правы…
И парень стал спускаться по лестнице. Дядя Шура уехал вниз. Мы выглянули в окно. Дядя Шура стоял и ждал племянника, который осматривал лестницу. Но вот он вышел и разочарованно покачал головой. И оба скрылись из вида.– Ну, что ты думаешь? – спросила Мотька.
– Ничего я не думаю! Чепуха какая-то!
– Чепуха? Аська, что с тобой? Это Париж на тебя так подействовал? Ты не понимаешь, что тут явно был труп! И пропал!
– С чего ты взяла? Да тут что угодно могло быть и потом пропасть!
– Тогда чего этот тип испугался? Почему он несся как полоумный, ключи потерял, все на свете забыл?
– Да мало ли… Послушать его дядю, так он просто идиот!
– Ага, идиот! Как бы не так! Печенкой чую, здесь нечисто!
– Если хочешь знать, наоборот! Все так чисто, что следов не осталось.
– Значит, ты тоже думаешь, что тут что-то было?
– Не спорю, было, но определенно сплыло.
– Но труп не мог сам сплыть.
– Да что ты заладила – труп, труп! Был бы труп, старушки на лавке уж точно заметили бы, если бы кого-то отсюда выносили.
– Значит, ты думаешь, тут был кто-то, кого этот олух принял за труп… А потом встал и сам вышел?
– Это больше похоже на правду!
– Слушай, Аська, а ведь это ты! Все ты!
– Что я? Труп похитила?
– Нет, ты приехала, и мы сразу же вляпались в историю.
– К счастью, Мотька, мы никуда не вляпались. И не вляпаемся, если забудем про это, как про страшный сон. Или, вернее, дурацкий сон! Страшного пока, слава Богу, мы ничего не обнаружили.
– И ты сможешь? – усмехнулась Мотька.
– Что? – не поняла я.
– Удержаться? Не лезть в это дело?
– Запросто!
– Правда, что ль?
– Ей-Богу! Мне сейчас гораздо интереснее повидать всех наших, сюрприз им устроить, как тебе, а не соваться опять во всякую уголовщину! Из-за нее меня отсюда спровадили в Париж, а если опять что-то будет, меня в Москву вообще больше не пустят.
– Это да! – вздохнула Мотька. – Наверное, ты права!
– Конечно, права!
– Что, так просто и уйдем?
– Именно!
– Ну ты даешь! – удивленно посмотрела на меня Мотька, как будто не узнавая.
– А что ты предлагаешь?
– Я предлагаю залезть сейчас в эту квартиру, тем более она пустая!
– Зачем, интересно?
– Осмотреть все! А вдруг эти дядечка с племянничком что-то упустили, не заметили, а?
– Но мы ведь там уже были!
– Это разве были? Забежали, глянули и деру! Ну, Аська, давай в последний раз! Обещаю – если ничего интересного не найдем, я больше ни словечка про это не скажу. Забуду напрочь!
– Ты забудешь, как же!
– Аська! Клянусь… чем хочешь клянусь! Если ничего – я забуду!