Чтение онлайн

Я к ней привязалась, получается. Вот сегодня она незаметно для меня исчезла из библиотеки, и уже настроения нет. Но у неё же могут быть свои дела? Умом-то я это понимаю, а на душе грустно. Даже и не думала, что такая привязчивая… Наверное, это потому, что раньше таких подруг у меня не было. Моника хорошая, я точно знаю, наверное, увидимся за ужином…

Кажется, Творец решил, что испытаний мне недостаточно. Проходя по коридору мимо кабинета куратора, я слышу голос из-за неплотно прикрытой двери. Подслушивать, конечно, плохо, но голос Моники произносит моё имя, и я против воли останавливаюсь, прислушиваясь, благо мне отсюда хорошо слышно. Ну и, кроме того, я сплетаю руками заговор усиления звука, показанный нам на прошлой неделе на уроках. О чём же говорит с куратором моя подруга?

Вот о чём мне хотела сказать Моника! Слушая её голос и комментарии куратора, я понимаю – нет у меня подруги. Рядом со мной – соглядатай, рассказывающий преподавателям все мои секреты, даже мысли, всё, чем я с ней делюсь. Это открытие бьёт меня больнее, чем все наказания, вместе взятые. Моника рассказывает всё, даже то, о чём мы говорили вне стен школы, спокойным голосом, почти без интонаций, как будто книжку пересказывает, а я внутри корчусь от дикой, просто непредставимой боли.

– Очень хорошо, Моника, – слышу я голос куратора. – Ты отлично справляешься, что отразится в характеристике. Думаю, твои родители будут довольны.

– Благодарю вас, – так же спокойно и даже безмятежно отвечает ему моя… надсмотрщица. – Какие книги ей можно показывать из ограниченного списка?

– Вот эти две, – отвечает ей ангел. – Они наведут Катрин на правильные мысли. Как ты думаешь, девчонка не взбрыкнёт?

– Я удержу её, – в голосе Моники мне слышится обещание. – Даже не заподозрит ни о чём.

– Она должна максимально привыкнуть к тебе, – назидательным тоном произносит куратор. – Ты запомнила?

– Да, ангел Авиил, – произносит девочка, которую совсем недавно я считала своей единственной подругой. – Остальные вас хорошо поняли? Не будут пытаться подружиться?

– Нет, они мешать… терапии не будут, – Творец, с какой же издёвкой звучит это слово! – Ты не опоздаешь?

– Катрин сидит почти до упора с книгами, что-то ищет там… – а вот теперь я уловила едва заметную грусть в голосе Моники, но задумываться над её мотивами не хочу.

Теперь я всё понимаю. И почему у меня нет больше друзей, и почему были эти уроки в начале года. Моих одноклассников, скорей всего, убедили в том, что я нездорова, вот они и брезгуют со мной дружить. А Моника как единственная «подруга» вполне может делать со мной что угодно, как нам рассказывали на уроках манипулирования.

Я делаю шаг от двери и, внутри свернув себя в тугой комочек, иду в сторону столовой. Мне нужно взять себя в руки. Я просто обязана выглядеть и разговаривать, как всегда, но при этом ещё и усыпить бдительность Моники, которая, как оказалось, мне совсем не друг. Нужно держаться до моей комнаты, где я смогу себя отпустить и выреветься наконец. Нужно держаться, хотя хочется просто уйти, как уходят ангелы, когда приходит срок. Но думать даже о таком нельзя, на подобные мысли Творец или его помощники точно отреагируют.

Моника, получается, намекала мне на то, что она обманывает меня каждый день. Наверное, её совесть не позволяет ей спокойно к этому относиться, или же ей приятно было сказать и не сказать мне правду. Я иду, едва переставляя заледеневшие ноги, по направлению к столовой. Мне нужно держать себя в руках, чтобы никто не понял, как мне сейчас больно.

Кажется, сердце вырвали из груди, настолько там пусто сейчас, ведь Моника действительно была моей единственной подругой. Была. Я не смогу ей больше довериться. Она меня предала, как предали родители, как предают все ангелы. Зачем я ангел, зачем? Не хочу… Одиночество волной захлёстывает пустоту в груди, заполняя её холодом. Но я натягиваю на лицо улыбку, усаживаясь за столик в ожидании Моники. Нужно потерпеть совсем немного, совсем чуточку, а потом можно будет выплакаться, ведь я внезапно осталась одна. Совсем одна.

Когда-то мне было страшно даже представить такое, и вот оно случилось. Моя близкая подруга оказалась не подругой, а назначенной мне надсмотрщицей. А это значит, надо искать выход. Должна быть возможность убежать из мира ангелов, хотя… Ну вот, допустим, я убежала – и что? В людском мире у меня тоже никого нет, значит, этот вариант тоже так себе. Но что делать, что?

Появляется Моника. Со своей безмятежной улыбкой она входит в столовую. Всё, теперь держаться! Я с трудом поднимаю руку, махнув ей несколько раз, при этом стараюсь вести себя естественно. Насколько естественно можно себя вести, глядя в глаза предателю. Но, вроде бы у меня получается, или же Монике всё равно, что тоже, кстати, возможно.

– Ты сегодня рано, – замечает эта шпионка. – Случилось что-нибудь?

– Нет, что ты, – отвечаю я ей. – Просто надоело искать ответы на вопросы, которых нет. Закончила с уроками и решила пойти поесть, тем более тебя же не было…

Интересно, будет как-то объяснять своё отсутствие или нет? А если будет, что скажет? Я-то знаю, почему Моники не было, но она-то не догадывается, что я уже знаю, поэтому и интересно. Ну же!

Конец ознакомительного фрагмента.