Дорога Рока
Шрифт:
Тут Слава помрачнел. Увидев это, Мастер поднялся.
– Парни, у нас впереди… Черт знает, что. Здесь вообще происходит какая-то паранормальщина и мракобесие. Не скажу, что мне совсем не страшно. Но если и ехать в такое долбанутое приключение, то только такой командой, как вы. Даже при всей фигне, что между нами случилась, мы все равно стоим друг за друга, преодолеваем всех деревенщин-сектантов, потусторонних пиявок в еде, витязей-гопников и хитрожопых камней. И еще и лабаем жирный метал по ходу дела! Предлагаю не повторять ошибок. Конфликты решаем сразу и в лоб. А если кому-то будет угрожать… Да что угодно. Я буду стоять между молотом и наковальней. До последнего.
Его взгляд остановился на друге детства. Слава плохо сдерживал слезы.
– Мы все будем! – Вуди тоже встал.
– И моя секира! – вскочил Пуля – В смысле, да, я тоже.
– Вы пафосные ушлепки, – буркнул Рома, вытянув ладонь вперед.
Еще четыре руки упали одна на другую.
– ПЕР-КУ-НАС!
Слава оказался в центре огромного неудобного объятия, где ему отдавили плечо.
Телега двинулась вперед по последней тропе, Мастер сменил барабанщика на посту возницы. В этот раз ехали гораздо дольше. Все уже начали беспокоиться, Слава в особенности. Но вскоре подул ветер, и туман стал постепенно рассеиваться. Прежде, чем исчезнуть, он окрасился в алый, и друзья уже приготовились к худшему, но потом показалось солнце. Уже вовсю горел закат. Оказалось, что они ехали в поле по единственной дороге, которая превратилась в хорошую колею.
– Слыш, Слав, а разве мы не по твоей дорожке ехали? – спросил Пуля.
Слава только пожал плечами.
– Бро, ну и хорошо, что ничего не встретили! – отмахнулся Вуди – С меня хватило уже.
– Хоть одному из нас краснеть не пришлось, – хмыкнул Рома.
– Да просто интересно, что бы там было…
Окинув взглядом собратьев по долбанутому приключению, Слава вздохнул:
– Ну… Уже ничего.
Песнями колдовскими, да заговорами старыми и дремучими, аки черный лес, бился человек, взявший имя Кривда. Да не помогли они ему. Оставил его Перун, не делился боле силой Прави. А Навью одной не сдюжил он. Ведь те, с кем боролся он, Навью одной владели, а Навь владела ими. Одна лишь их песня сильнее всех его оказалась. Пал Кривда на колени, и взмолился:
– Не губите! Не губите старика, молю!
– Да какой же ты старик, балда! – смеялся над ним голова врагов его – Да и мужиком тебя только слепой назовет!
И трое других эхом смех повторяли его. Два глубоких голоса, один звонкий.
– Беги, убогий! Беги, да поживее! За деревья прятаться не забывай! А мы луки свои проверим. Да ты не робей! Мы ж не видим тебя! Э-хэ-хэ-хэ!
Четверо слуг Слепого бога, все аки один с глазами, завязанными черной лентой, взялись за оружие. И побежал Кривда быстро как мог, и вилял он, и за деревья забегал. И первая стрела пролетела близ уха его. Вторая сквозь шкуру медвежью под рукой прошла. А треться другую руку достала. И смеялись слуги бога Слепого ему вслед.